Фантастика 2024-158 - Андрей Третьяков
— У меня средство есть, — правильно расценил моё молчание маг. — Найди среди моих зелий кисет, завязанный белой тесьмой. Если я до утра доживу, высыпешь порошок в воду и меня напоишь. До храма дойти, сил хватит, — ответил он на мой вопросительный взгляд. - А потом… Я всё равно умираю. А так, если Трое будут благосклонны, может за Невронда посчитаться успею.
— Для всех нас настало время за что-то посчитаться, — согласилась с ним Дин, решительно поднимаясь. — Ну, что же. Ждать осталось немного. Подождём.
***
Ночь выдалась тёмной. Небо натянуло на себя плотную пелену облаков, напрочь скрыв не только усыпанный россыпью звёзд небосвод, но и низко нависший осколок луны, погрузив всё в непроглядные сумерки. Но сбиться с пути мы не могли. Оставшиеся у храма степняки, запалили вокруг ворот цепочку костров, служащий во тьме прекрасным ориентиром. И захочешь, мимо не пройдёшь. Тут, главное, в какую-нибудь рытвину не свалиться и ногу не подвернуть.
Герхард не обманул. Непонятный порошок чудесным образом поднял мага на ноги и теперь он шёл, не отставая от других. Вопрос только, на сколько его хватит? Рану мы ему перетянули, но все эти телодвижения на пользу точно не пойдут.
— Ну, что, рванём? — прошептало мне в ухо голосом Дин чёрное пятно. — Или будем Утвару ждать? А вдруг никакого Утвары тут и нет? Вдруг Толик опять обманул?
Я только зубами проскрипел, стараясь не выругаться в ответ. Может и обманул. Когда дело с Толиком имеешь, ни в чём быть уверенным нельзя. Иногда я думаю, что он сам себе верит, когда врёт.
— Подождём, — просипел с другого бока Герхард. — Если к рассвету это ваше чудище не объявится, попробуем прорваться. К тому времени степняки сонные будут. Нельзя постоянно на страже быть.
Постоянно нельзя. Но на эту ночь выносливости у кочевников вполне должно хватит. А больше им и не надо. Я думаю, что не только мы, но и престарелый шаман отлично понимает, что именно сегодня всё и решится. Тут как говорится: пан или пропал. Переигровки не будет. А значит, одну ночь можно и потерпеть.
— Ты сам-то как?
— Дотяну.
Голос мага оптимизма мне не прибавил. Судя по всему, действия порошка подходило к концу и его начал бить озноб. Но тут я ничего поделать не могу. Скоро рассвет. Может, и вправду, дотянет. В крайнем случае…
Додумать я не успел. Гортанный крик разрезал ночную тишину словно нож сливочное масло. Лагерь кочевников сразу взорвался сумбуром движений, в сторону крикуна рванули всадники, вскидывая наскаку луки.
Вот оно! Началось! Сейчас или никогда!
— Бежим, пока они сражаются! — крикнула Дин, схватив меня за рукав.
— Вперёд, — продублировал я её команду.
Бежали мы не быстро. Дин несла на руках Маришку, а Герхард, рванув было вперёд, начал на глазах замедляться, всё больше сбавляя шаг. В итоге, пришлось замедлиться и мне. Я бежал рядом с Дин, сжимая в руках меч и крутя головой по сторонам. Лишь бы пронесло. Не должны степняки на наше появления среагировать. Они же сейчас с в схватке с Утварой и Албычем увязли.
Не пронесло. Мы уже миновали круг из чадящих густым дымом костров, вырвавшись на освещённое место, когда из-за шатра шамана выскочил старик с тремя рычащими от ярости лучниками. Впрочем, лучниками они оставались недолго, с проклятиями бросив их на землю и выхватив мечи.
— Видал, как ругаются?! — раздался с боку ненавистный для меня голос. — Я им тетивы незаметно подрезал, чтобы тебя стрелами не нашпиговали. Цени!
— Ах ты, сволочь! — дёрнулся я было к коротышке, но набегающие степняки заставили развернуться к ним.
— Я тоже за тебя беспокоюсь! — не остался в долгу Толик. — Пробивайся к Вратам. Шамана я возьму на себя.
Вот же, гад. Беспокоится он. Интересно, скольких уже до могилы этакое беспокойство довело? Думаю, внушительная цифра получится.
— Маришка, беги!
Как и было уговорено заранее, сестрёнка со всех ног бросилась к воротам, огибая по широкой дуге степняков.
Ну, и правильно. Нечего ей под ногами у сражающихся мешаться. Не убьют, так затопчет кто. А так добежит до входа в храм и подождёт, чем дело кончится. Пробьюсь, с собой в храм возьму, нет… Ну, тут уж я ничего поделать не смогу.
А в следующее мгновение стало не до Маришки. Набежавшие степняки разом набросились на меня, игнорируя, в стремлении уничтожить перевёртыша, моих друзей. Рывком отскакиваю чуть назад, не позволяя двум остриям клинков дотянутся до моего горла и живота. Удар третьего умело отбивает Герхард и тут же бьёт в ответ, уводя своего противника в сторону.
— Ах ты, отрыжка Стёртых! — взвизгнула с другого бока Дин, взбешённая тем, что позволила сразу двум противникам напасть на меня. Очевидно девушка просто не ожидала, что предполагаемый визави её проигнорирует, не приняв в расчёт и сосредоточившись на приоритетной цели.
Вот только зря он это!
Герцогиня, несмотря на свой возраст, мечом владела довольно прилично и остаться статисткой в начавшейся рубке, не пожелала. И через миг от меня отваливается ещё один противник, орошая вытоптанную траву каплями крови. Вот только мне и последнего оставшегося со мной один на один противника, за глаза хватило.
Поняв, что с наскока меня прикончить не удалось, степняк взвинтил темп, бешено атакуя со всех сторон. Его меч тянулся острием к моему лицу, свистел рядом с незащищённой шеей, пластался над землёй, норовя подрубить ноги. Опытный мечник не только рубил, но и колол мечом как рапирой, не гнушаясь ударами эфесом и ребром небольшого щита. Я лишь пятился, с огромным трудом парируя удары и даже не мечтая о контратаке.
Выходит, не соврал в этот раз Толян. В гильте шамана слабых воинов нет. Тут даже навыки, доставшиеся в наследство от Янхеля, не спасают. Вернее, пока спасают, но это «пока» совсем ненадолго. И минуты не пройдёт, как он меня на ошибке подловит. И тогда всё. В этот раз брать меня живым, никто не собирается.
— Отстать от Вельда, жаба степная! Отстань от братика, кому говорят!
Вот только Маришки тут не хватало! Сказал же ей; в драку не лезть. Ещё срубит кто мимоходом.
— Маришка не
