Инженер 4 - Алим Онербекович Тыналин
Я подошел к нему.
— Материал скоро привезут. Сорок бревен, пять возов досок. Гвозди, скобы и петли вот, в мешках.
Морозов опер лопату о землю, вытер пот со лба тыльной стороной ладони.
— Хорошо. К вечеру участок расчистим, по углам вобьем колышки. Утром сразу начнем класть валуны.
— Валуны где возьмете?
— Пошлю Егора с Ваней на реку, они там найдут. Мужика с телегой наймут и привезут к обеду. Камней надо не так много, четыре крупных валуна по углам, остальные помельче под стены.
Я кивнул и прошел в мастерскую. Трофим стоял у наковальни, расклепывал заклепку на железной детали. Поднял голову при моем входе.
— Здравия желаю, Александр Дмитриевич. Семен пошел с человеком от Баташева, показать насосы, а еще приходил посыльный от Савельева, сказал, что там уже начали карету делать по вашему чертежу. И вечером зайдет нарочный от Баранова.
— Хорошо. Я с ними встречусь.
Я снял сюртук, надел фартук, и встал за станок обтачивать цилиндры в помощь Семену. Обрабатывал поверхность медленно и аккуратно, длинные равномерные движения, медная стружка сыпалась на пол.
Вскоре пришли остальные: Семен, и Филипп. К вечеру работа закончилась.
Я вытер детали промасленной тряпкой, сложил в деревянный ящик. За окном севастопольцы уже убрали весь бурьян, земля лежала ровная, темная и утоптанная. Морозов с Петром вбивали колышки по углам будущей пристройки. Я вышел во двор и приблизился к ним.
Морозов натянул веревку между колышками, проверил длину аршином, восемь аршин ровно вдоль стены мастерской. Потом отмерил ширину, получилось три аршина десять вершков. Вбил третий колышек и протянул веревку к четвертому углу. Петр держал веревку натянутой, Морозов проверял, чтобы углы вышли прямыми.
— Диагонали измерьте, — сказал я. — Если равны, значит, углы верные.
Морозов кивнул, протянул аршин от первого колышка к противоположному. Записал длину в уме, потом измерил вторую диагональ. Покачал головой удовлетворенно.
— Сходится. Завтра начнем.
Солнце клонилось к закату. Севастопольцы сложили инструменты в сарай и ушли в свой угол мастерской. Я запер дверь на ключ, отправился домой через вечернюю Тулу. По дороге думал о том, куда подевался лес, его должны были привезти сегодня.
На следующее утро я затемно пришел к мастерской. Отпер дверь и зажег лампу. Севастопольцы уже проснулись, Морозов умывался у рукомойника, остальные одевались. Я дал ему денег.
— Семен, пошли Егор с Иваном на реку за валунами. Пусть наймут мужика с телегой покрепче.
Морозов вытерся полотенцем и кивнул.
— Егор, идите к перевозу, там мужики с телегами стоят. Наймите одного, привезите валунов штук тридцать. Крупных четыре, по два пуда каждый, остальных поменьше, по пуду. Гладкие выбирайте, без острых краев.
Работники надели шапки и вышли за ворота. Я прошел во двор и осмотрел размеченный участок. Колышки стояли ровно, веревка натянута туго. Земля плотная, утоптанная вчерашней работой.
Через час послышался скрип колес. В ворота въехала телега, запряженная здоровой лошадью.
На телеге громоздились валуны, серые, обкатанные водой, размером от двух кулаков до половины сундука. Егор и Иван шли рядом. Мужик-возчик осадил лошадь, спрыгнул с козел.
Семен подошел к телеге, осмотрел камни, похлопал по самому крупному.
— Хорошие. Давайте разгружать.
Иван взялся за первый валун, поднял и понес к углу разметки. Опустил на землю с глухим стуком. Семен присел рядом, покачал камень, тот лежал устойчиво, не качался. Кивнул.
— Ровно. Теперь остальные по углам.
Иван принес второй крупный валун, положил в противоположный угол у стены мастерской. Потом третий и четвертый, в оставшиеся углы. Морозов проверил каждый и постучал по ним молотком. Звук получился плотный, камень не качался.
— Теперь разложим между углами, под нижний венец, — сказал он.
Иван с Егором таскали средние валуны, раскладывали их вдоль веревок на равном расстоянии друг от друга, по три камня на каждую сторону. Я подносил мелкие камни, совал их в щели между крупными, чтобы выровнять высоту.
Работа шла споро. К середине дня все валуны стояли на своих местах.
Семен прошелся вдоль разметки с ватерпасом, деревянной рейкой с пузырьком воды в трубке посередине. Приложил рейку к камням в одном углу, посмотрел на пузырек, тот застыл ровно посередине. Перешел к следующему углу, снова проверил. Удовлетворенно покачал головой.
— Горизонталь держат. Можно венцы класть, как только лес привезут. А сейчас полдничать будем, ваше благородие.
Севастопольцы уселись на бревнах у стены мастерской и достали узелки с едой, переданной Матреной Ивановной. Семен развязал тряпицу, вынул ломоть черного хлеба и кусок сала. Резал ножом и медленно жевал.
Я прошел в мастерскую, где Трофим уже работал у горна, ковал какую-то деталь. Искры летели снопом, в углу светилась раскаленная заготовка.
— Александр Дмитриевич, сегодня доделаю скобы для цилиндра, что вчера начали, — сказал он, не оборачиваясь.
— Доделывай. Я пойду посмотрю, где лес задержался.
Я вышел на улицу, прошел несколько шагов по Пятницкой. У дома городничего стояла длинная телега, запряженная тройкой лошадей.
На телеге громоздились бревна, перевязанные веревками. Приказчик с лесного двора сидел на козлах, покуривал трубку.
— Что застряли? — спросил я.
— Да вот, ваше благородие, колесо чинили. Гвоздь выскочил, обод соскочил. Сейчас поедем.
Еще две телеги подъехали следом, тоже нагруженные лесом. Приказчик погнал лошадей и обоз двинулся к моей мастерской. Я шел рядом.
Телеги въехали во двор. Рабочие с лесного двора спрыгнули, начали развязывать веревки. Бревна скатывались на землю с тяжелым громом. Севастопольцы подошли и помогли сложить лес аккуратными штабелями вдоль забора.
Приказчик слез с козел и подошел ко мне.
— Сорок бревен, как договаривались, ваше благородие. Доски на остальных телегах.
Подъехали две следующие телеги, начали разгружать доски, толстые половые и тонкие кровельные. Рабочие складывали их отдельными кучами под навесом, чтобы не намокли от дождя, если пойдет.
Через полчаса разгрузка закончилась. Я осмотрел материал, бревна ровные, смолистые, без крупных сучков. Доски сухие, без трещин. Все как полагается.
Отсчитал приказчику оставшиеся двадцать рублей. Тот спрятал деньги и поклонился.
— Спасибо за товар, ваше благородие. Если еще что понадобится, обращайтесь. Не гневайтесь, что припоздали, вчера подвод не было.
Телеги развернулись и выехали за ворота. Я подошел к севастопольцам. Семен стоял у штабеля бревен, осматривал их и постукивал обухом топора.
— Лес хороший, — сказал он. — Сейчас начнем нижний венец класть.
Иван с Егором выбрали два самых толстых бревна и поволокли к разметке. Положили первое бревно вдоль стены мастерской, на валуны.
Семен приложил ватерпас, проверил горизонталь. Кивнул. Егор
