Нежданная кровь - Эльхан Аскеров
– Добре. Тогда ты завтра за братами в стан едешь, а мы тут за этими пришлыми присматривать станем. И ежели они вздумают уйти куда, следом пойдём, а тебе знак на земле оставлять станем, – подвёл Беломир итог разговору.
– Какой? – тут же спросил Елисей.
– Стрелу вот такую рисовать станем, – вытянув из ножен кинжал, пояснил парень, быстро рисуя простую стрелку. – Куда наконечник смотрит, туда и иди. А ежели свернут где, тогда и стрелку загнём, – добавил он, рисуя указатель поворота.
– Ловко, – одобрительно кивнул казак. – И не спутаешь ни с чем, и продержится не долго. Быстро ветром затрёт.
– Ладно, браты. Давайте спать ложиться, – от души зевнув, предложил Беломир. – Силы нам всем завтра надобны будут.
– Это верно, – дружно согласились казаки и принялись раскатывать кошму.
Этот кочевой матрас оказался на удивление удобным при ночёвке в степи. И от земли холодом не тянет, и возить легко. К тому же у всех троих листы кошмы были подшиты плотной дерюгой. Это уже было изобретение Беломира. Так всегда было понятно, какая сторона грязная, а на какую надо ложиться. К огромному огорчению парня, тут ещё не придумали такой полезной штуки, как брезент, но и плотная дерюга, из которой шили мешки, тоже отлично подошла.
* * *
Три недели семеро казаков кружили вокруг непонятных лазутчиков, то и дело уменьшая их поголовье. Из трёх десятков в живых осталась только дюжина. Сам Беломир в трансе проводил едва ли не больше времени, чем в нормальном состоянии, отслеживая каждый шаг противника в их лагере. Но определить, кто из пяти монахов главный, так и не получалось. Тот словно чуял, что на него идёт охота, и делал всё, чтобы ничем не выделяться из общей массы.
Слушая тихую ругань парня, казаки только головами качали, понимая его затруднения. Впрочем, были и хорошие моменты. Ни один монах даже не пытался покинуть лагерь. В походы к станицам и на охоту уходили только рядовые воины и холопы. По задумке парня, казаки, призванные на помощь, увозили тела убитых воинов подальше и хоронили в каком-то овраге. Так что с момента начала этой охоты люди у противника стали просто исчезать.
Один раз трое бойцов попытались пройти по следу ушедших соратников, но и сами пропали. Так что теперь из лагеря княжьи подсылы выходили только вооружёнными и не менее чем по три человека. Пока это их спасало. К тому же сами монахи вели себя так, словно чего-то ждали. Чего именно, никто не мог понять. Беломир, каждый раз входя в транс, первым делом совершал над степью долгий облёт, на пределе своих возможностей, и только после возвращался к лагерю противника.
Но сутки сменялись сутками, а ничего не происходило. Парень уже начал склоняться к тому, чтобы устроить налёт на лагерь и таким образом просто разрубить этот узел, когда вдруг увидел в степи полсотни всадников. Опустив свой дух, ка, или хрен его знает, как оно там правильно называется, пониже, Беломир с удивлением узнал в степняках хазарский отряд.
«Вот тут не понял, – бурчал про себя парень, зависая над отрядом. – Они движутся прямиком в сторону лагеря лазутчиков. И, похоже, точно знают, куда надо идти. Так, а это у нас что такое?» – насторожился Беломир, приметив в середине отряда человека в кожаном доспехе, из-под которого торчала ряса.
– Так, браты, – вынырнув из транса, хрипло произнёс он, протягивая руку за флягой с водой. – Верстах в двадцати от того перелеска идёт отряд в полсотни хазар. С ними один чернорясный. Надобно срочно в станы сообщить и пару наших тюфяков сюда привезти.
– Чернорясные с хазарами? – растерянно переспросил Елисей, недоумённо оглядываясь на Григория.
– Да они хоть с чёртом лысым сговорятся, лишь бы нас извести, – отмахнулся Беломир, напившись. – Они потому и сидят в том лагере не вылезая, что полусотню эту ждут. Выходит, поздно мы про них узнали. Они уже к драке готовы.
– Мало полусотни будет, – подумав, медленно проговорил Григорий. – В станах наших казаки хоть и пашут землю, а до драки злые. Враз их воинство ополовинят. Я одного никак в толк не возьму. Хазарам-то это к чему?
– Рабы, – коротко выдохнул Беломир. – Мор роды татарские шибко уменьшил, вот они, похоже, и решили верх в степи взять. К тому же теперь ни половцев, ни амазонок не стало. Уже легче.
– А остальные? – удивлённо поинтересовался Григорий.
– Поодиночке бить станут, – отмахнулся парень. – Промеж них никогда ладу не было.
– Кому в стан ехать? – подумав, осторожно уточнил Григорий.
– Давай ты, друже, – ответил Беломир, глядя ему в глаза. – У нас в стане тюфяков всяко больше. К тому же под них мы ещё и передки сделали, чтобы возить можно было. Да и старшин наших ты быстрее окоротишь, коль кобениться вздумают.
– Добре. Справлю, – хищно усмехнулся казак, сообразив, что у него появился очередной шанс залить старшинам сала за ворот.
Это противостояние давно уже стало раздражать не только характерников, но и простых казаков. Бойцы отлично понимали, что разведчики ничего просто так не говорят, и если они приняли какое-то решение, то это надо сделать именно так, как задумано. Но так называемая светская власть никак не желала это принимать, считая, что их мнение гораздо важнее. В итоге споры возникали едва ли не перед каждым походом. Чего именно эти старшины добиваются, Беломир прекрасно понимал.
Им очень хотелось получить ещё больше власти. Зачем? Сложный вопрос, но как он успел заметить, подобная проблема возникала почти в каждой станице. В итоге парень всё больше приходил к выводу, что старшинами в станицах должны выбирать тех, кто сам участвовал в походах и боевых действиях и имеет хоть какой-то авторитет среди именно боевой части обитателей станиц.
Но всё это предстояло в будущем, а сейчас нужно было решать возникшую проблему.
Отдышавшись и передохнув, Беломир снова улёгся на свою кошму и, велев казакам поглядывать, в очередной раз погрузился в состояние транса. К его собственному удивлению, с каждым разом получаться это стало всё быстрее и быстрее. В который уже раз поднявшись над биваком, он направил свой дух, для краткости, парень решил называть это так, в сторону, где приметил хазар. Убедившись, что менять направление движения полусотня не собирается, Беломир поднялся ещё выше и направился по широкой дуге.
Задумка у парня была простой. Если монахи сумели договориться с хазарами серьёзно, то один отряд это только первая ласточка. Казачьи станицы
