Я – Товарищ Сталин 10 - Андрей Цуцаев
Рябинин сел на свободный стул напротив Войцеховского, официант тут же подошёл и поставил перед ним бокал коньяка — армянского, пятилетней выдержки, в хрустальном стакане с тонким узором в виде виноградных лоз, тёмного янтарного цвета с золотистыми отблесками у краёв. Фишки уже лежали аккуратными стопками перед каждым игроком: белые по десять злотых, красные по пятьдесят, синие по сто, сделанные из бакелита с тонкой золотой инкрустацией по краю и приятные на ощупь. Колоду карт — новую, в красной картонной коробке с золотым тиснением и целой печатью на клапане — взял в руки пан Новак, чтобы сдать первую раздачу.
— Начнём с малого блайнда в двадцать злотых и большого в пятьдесят, как обычно, — объявил пан Тадеуш, раскладывая перед Рябининым стартовую стопку фишек на две тысячи злотых, аккуратно выровненную по цветам. — Господин Рейнольдс, в Англии вы, наверное, привыкли к бриджу или висту на светских вечерах, но здесь мы предпочитаем покер — он быстрее, динамичнее и позволяет лучше узнать человека по тому, как он блефует, держит удар или выходит из трудного положения. Сдаёт пан Новак, он у нас мастер равномерной тасовки и никогда не жульничает, даже если очень хочется.
Новак взял колоду, несколько раз профессионально перетасовал её — карты шуршали, перелетая из руки в руку, — и начал раздавать: по одной карте каждому игроку по часовой стрелке, пока у всех не оказалось по две карты, лежащие рубашкой вверх прямо перед ними на зелёном сукне, в специальных выемках. Рябинин осторожно приподнял краешек своих карт большим и указательным пальцами, чтобы никто не увидел, и заглянул под них: в одной руке у него оказался туз бубен — самая старшая карта в красной масти бубен, а во второй король пик — старшая карта в чёрной масти пик. Это была очень сильная стартовая комбинация, одна из лучших в покере, но окончательная сила руки зависела от пяти общих карт, которые откроют позже на столе.
Перед открытием общих карт нужно было сделать обязательные ставки — блайнды. Поскольку Новак сдавал, малый блайнд — минимальную обязательную ставку — поставил сидящий слева от него пан Краковский: он просто взял две белые фишки по десять злотых и аккуратно положил их в центр стола, образуя небольшой начальный банк в двадцать злотых. Большой блайнд — вдвое больше — поставил следующий по кругу пан Левицкий: он отсчитал пять белых фишек и положил их рядом, увеличив банк до семидесяти злотых. Теперь очередь делать ходы переходила по часовой стрелке, начиная с игрока слева от большого блайнда.
Первым ходил пан Войцеховский. Он посмотрел на свои две карты, потом на блайнды в центре, и решил не сбрасывать и не повышать, а просто уравнять большой блайнд: взял пять белых фишек из своей стопки и положил их к центру стола, чтобы его ставка сравнялась с пятьюдесятью злотыми Левицкого. Следующий — пан Тадеуш — решил не просто уравнять, а повысить: он отсчитал две синие фишки по пятьдесят злотых каждая и аккуратно сдвинул их вперёд, поднимая общую ставку до ста злотых. Теперь всем, кто хотел остаться в игре, нужно было положить не меньше ста злотых.
Рябинин взглянул ещё раз на свой туз и короля — комбинация была слишком хороша, чтобы сбрасывать на ранней стадии, — и решил остаться: он взял две синие фишки из своей стопки и положил их к центру, уравнивая повышение пана Тадеуша. Последним перед открытием общих карт ходил пан Новак, который сдавал и уже вложил малый блайнд. Он приподнял свои карты, задумался на секунду, потом сложил их вместе и положил в центр стола рубашкой вверх — это называлось сбросить или фолд, то есть выйти из текущей раздачи и не участвовать в борьбе за банк.
Поскольку в игре остались пятеро — Тадеуш, Рябинин, Войцеховский, Краковский и Левицкий, — Новак как сдающий взял верхние три карты из оставшейся колоды и открыл их в центре стола — это называлось флоп. Он положил их рядом с уже лежащими блайндами и ставками, аккуратно выровняв: туз треф, десятка червей и семёрка бубен. Теперь у Рябинина с его тузом бубен в руке получилась пара тузов — старшая пара на столе, потому что туз треф был общим для всех, но его личный туз бубен делал пару, а король пик мог стать кикером при равных комбинациях.
После открытия флопа ход начинался с первого активного игрока слева от сдающего — это был пан Тадеуш. Он посмотрел на три общие карты, потом на свои две в руке, и решил не ставить дополнительно, а пропустить ход — сказал «чек», просто постучав костяшками пальцев по сукну два раза. Следующий — Рябинин — с парой тузов решил проявить силу и заставить других заплатить за продолжение: он отсчитал двадцать белых фишек, что составляло двести злотых, и аккуратно положил их в центр, рядом с уже лежащими ста злотыми от каждого. Пан Войцеховский посмотрел на флоп, на свою стопку фишек, подумал секунду и решил уравнять: положил те же двадцать белых фишек рядом со своими картами. Пан Краковский, следующий, приподнял свои карты, нахмурился, потом сложил их и положил в центр — сбросил, вышел из раздачи. Пан Левицкий, у которого уже был большой блайнд и уравнивание, решил не просто уравнять двести злотых, а повысить: он добавил ещё тридцать белых фишек к своим двадцати, то есть поднял общую ставку до пятисот злотых.
Теперь ход вернулся к пану Тадеушу — он посмотрел на повышение, покачал головой и сбросил карты в центр. Рябинин, уверенный в своей паре тузов, уравнял повышение, добавив тридцать белых фишек к своим. Войцеховский задумался, потёр висок пальцами, потом тоже сбросил свои карты. Остались только Рябинин и Левицкий, банк вырос до нескольких тысяч злотых.
Новак открыл четвёртую общую карту — тёрн: валет пик, чёрной масти. Было четыре карты на столе: туз треф, десятка червей, семёрка бубен, валет пик. Пара тузов Рябинина оставалась старшей. Рябинин решил продолжать давление: отсчитал десять синих фишек — тысячу злотых — и положил в центр. Левицкий, не моргнув глазом, уравнял, добавив тысячу своих.
Пятая и последняя общая карта — ривер: шестерка червей, красная масть. Теперь на столе лежали: туз треф, десятка червей, семёрка бубен, валет пик, шестерка червей. У Рябинина — туз бубен и король пик в
