Нежданная кровь - Эльхан Аскеров
Заметив его взгляд, Векша повернулся в ту же сторону и, понимающе усмехнувшись, презрительно фыркнул:
– В таком сундуке кататься – самому себе смерти искать. Пыльно, душно, да ещё и наружу не выглянешь.
Высказывание кузнеца полностью соответствовало действительности. Это сооружение и вправду больше всего напоминало сундук, поставленный на колёса. К тому же ещё и низко сидящий. Любая глубокая яма, и карета сядет на днище. А ям на местных дорогах было больше, чем нужно. Услышав их ленивый разговор, Григорий всмотрелся в нужную сторону и, моментально подобравшись, негромко сообщил:
– Вы, браты, поглядывайте. Крестопоклонники приехали. Как бы не вздумали кого скрасть.
– На торгу? – растерялся Беломир от такой заявки.
– С этих станется, – скривился казак.
– Нешто вздумают баловать, все в степи полягут, – зло пообещал подошедший к приятелям Елисей.
На торг он приехал со своими станичниками, прихватив и племянника Елизара. Паренёк уж прибегал поздороваться с Беломиром. Вот и теперь он крутился рядом, старательно грея уши в разговоре взрослых. Приехавшие встали своим лагерем, отдельно от всех, и прислуга тут же начала суетиться, устанавливая шатёр. К повозке Беломира подошли несколько степняков, и парень вынужден был отвлечься от новичков.
Пожилой, но ещё крепкий татарин, с интересом осмотрев цепочки из золота, одобрительно цыкнул зубом и, тыча в украшения пальцем, гортанно спросил:
– Сколько таких есть?
– Сколько тебе нужно, уважаемый? – вежливо поинтересовался Беломир.
– Пять штук хочу.
– Ты сильный человек, если готов купить украшения сразу всем жёнам, – одобрительно кивнул парень, тут же добавив: – Есть пять штук.
– Не все жёнам беру, – гордо подбоченившись, пояснил степняк. – Три жёнам, а две дочкам.
– У такого отца дочери с хорошим приданым будут, – отреагировал Беломир, доставая товар. – Изволь, уважаемый. Пять штук. Все одинаковые. Мудро поступаешь. Для всех одинаковые украшения купил, и никому из женщин не обидно, и тебе никто голову не клюёт, что меньше любишь, – подпустил он чуточку лести.
– Правильно сказал, – гордо кивнул татарин. – Ты тоже умный. По одной вещи не возишь.
Благодарно кивнув, парень назвал цену за весь товар, и начался торг. Отдав все пять цепочек за двадцать два золотых, Беломир с каменной физиономией ссыпал полученные деньги в кошель и, мысленно поблагодарив свою удачу, машинально погладил пальцами громовую стрелу, висевшую на груди. В ответ наконечник чуть нагрелся, дружески толкнув его. Похоже, древний бог присматривал за своими адептами постоянно. Именно это пришло парню в голову после такого ответа.
Следом за цепочками ушло сразу три зеркала. К огромному удивлению парня, самым большим спросом пользовались зеркала среднего размера. А вот меньше всего брали большие. Маленькие уже почти все расхватали. Эта градация серьёзно озадачила Беломира. Ведь купец брал у них все зеркала и даже не поднимал темы по поводу как-то изменить номенклатуру товара. Брал всё, что привозили, и ещё спрашивал. Похоже, опытный торговец точно знал, кому сможет продать такой товар.
От размышлений Беломира отвлекли новые покупатели. На этот раз, словно для разнообразия, это оказались пять женщин. Две постарше и три молодые, точнее, юные девчонки, едва вступившие в пору своего расцвета. С интересом оглядев их, парень вежливо улыбнулся и, жестом указав на товар, предложил:
– Подходите ближе, красавицы. Товар добрый, как раз вам под стать.
– Кто это делал? – осторожно коснувшись пальцем цепочки из проволоки, уточнила одна из девиц.
– Разве это важно, уважаемые? – иронично усмехнулся Беломир. – Главное, что товар здесь, перед вами.
– Это точно серебро? – не унималась девчонка.
– Я, уважаемые, плохим товаром не торгую. Имя дороже. Серебро и золото. У меня даже из латуни украшений нет.
– У тебя? Значит, это твоя работа? – тут же зацепилась за оговорку женщина постарше.
– Моя, – спокойно кивнул Беломир, внимательно рассматривая всех пятерых.
Среднего роста, крепкие, с отлично развитой мускулатурой, и в одежде, больше подходящей кочевникам, чем оседлым жителям степи. Штаны тонкого сукна, рубашки из хорошей холстины, широкие кожаные пояса, на которых висели широкие кинжалы, и кожаные безрукавки. В такой одежде ходили почти все, кто жил в степи. Но внимание парня привлекла не столько одежда, сколько сами женщины. В пластике их движений с первого взгляда была заметна хорошая военная подготовка.
Это были не крестьянки или гаремные обитательницы. Они не казались воинами. Они ими были. Особенно это проявлялось в женщинах постарше. Эти даже смотрели, как опытны воины.
– Я хочу такую, из серебра, – заявила задававшая вопросы девчонка и тут же потянулась рукой за товаром.
– Она стоит три золотых, уважаемая, – твёрдо ответил Беломир, перехватывая её кисть.
– Ты посмел прикоснуться ко мне? – вдруг возмутилась девчонка.
– Заплати деньги, и можешь выбрать любую из этих цепочек, – ответил парень, не обращая внимания на её возмущение.
– Как ты смеешь?! – возмущению девчонки не было предела. – Ты посмел трогать меня, да ещё и указываешь, что делать?! Ты, раб! – буквально выплюнула она.
– Хочешь встретиться со мной в кругу? – жёстко спросил Беломир, глядя ей в глаза. – Я казак, девочка, и врагов щадить не умею.
От такого ответа юная нахалка окончательно потеряла дар речи. Распахнув глаза во всю ширь, она, беззвучно хлопая губами, отступила на пару шагов назад. Понимая, что торговли с этим бабами не будет, Беломир молча накрыл свой товар чистой холстиной и, развернувшись, уже шагнул к своей телеге, когда девчонка, очнувшись, на весь базар взвыла:
– Раб! – и метнувшись вперёд, левой рукой дёрнула парня за рукав, правой хватаясь за рукоять кинжала.
Отходя, Беломир продолжал отслеживать непонятных баб, краем глаза наблюдая за их тенями. Так что рывок девчонки не стал для него чем-то неожиданным. Подчиняясь её движению, он стремительно обернулся и, дав ей выхватить оружие, начал свою игру. В момент, когда девчонка нанесла удар снизу, он плавно шагнул в сторону и, перехватив вооружённую руку, потянул её чуть дальше, одновременно немного разворачиваясь. Потом, перехватив конечность противницы второй рукой, он стремительно развернулся в обратную сторону, выворачивая руку с кинжалом в обратную сторону.
Взвыв от боли в вывернутой неестественным образом руке, девчонка перелетела через собственное плечо, со всего размаху грохнувшись на землю. Не выпуская её руки, Беломир тут же в два шага перевернул её на живот и, выгнув девчонке кисть гусиной лапкой, отобрал кинжал. Удерживая противницу на земле, он перехватил оружие и, зло глядя на её растерянно замерших подруг, угрюмо спросил:
– Мне её прямо тут прирезать или на круг вывести?
– Ты умрёшь, – чуть вздрогнув, прошипела одна из
