Пионер. Книга 1 - Игорь Валериев

Перешел в зал. Мамуля прятала деньги в подушки кресел. Они имели съёмные чехлы. Расстегнул молнию у первой подушки, залез внутрь рукой и проверил. На третьей подушке повезло. Ещё один конверт и пятьсот семьдесят рублей в нём. Не помню, чтобы родители на что-то копили в это время. Надо же было кредит за квартиру выплачивать. А может, и копили, я просто не знал. В этом мире уже полно нестыковок с моей памятью о прошлой жизни. И заначек в трёх местах оказалось на тысячу без пяти рублей.

Так чьи деньги в конверте на днище шкафа? Мои или отца? Вот проблема возникла. Своих таких денег я не помнил из прошлой жизни. И о таком способе хранения денег узнал уже в милиции во время проводимых обысков. Как же хреново, что я так многого не помню. Ладно, пока оставляем, всё как есть. Посмотрим за пару — тройку месяцев, в каком конверте денег прибавится. Если под днищем не будет изменений в сумме, то можно будет их неожиданно при родителях найти. Жаль будет, если спалю отца. Но, где тогда мои деньги?

Приклеив конверт на место, обновив лейкопластырь, пошёл на кухню, пора было приступить к приготовлению ужина и щей. Пока готовил, нашел время записать три песни «Дорога, дорога», «Ты неси меня река», «Ты прости меня мама» группы Любэ. До прихода родителей успел ещё исписать пару страниц по Колобанову.

После ужина, во время которого получил очередную похвалу отца за вкусные котлеты, пюрешку, салат из капусты и щи, которые отец только попробовал из кастрюли, пошли в зал смотреть документальный, короткометражный фильм «Паша + Ира = Сцены из жизни молодожёнов». Когда с отцом уселись в кресла, а мамуля прилегла на диване, я поинтересовался:

— Папуля, а ты с Владиславом Казимировичем говорил?

— Да, Миха, поговорил по телефону. Он сильно расстроился, но поддержал тебя в том, что с такой проблемой с трамплина ни в коем случае нельзя прыгать. Но надеется, что у тебя это пройдет. Я тоже надеюсь, — батя вопросительно посмотрел на меня.

И что мне после этого оставалось сказать?

— Я тоже надеюсь, — произнёс я, а потом, чтобы сменить тему разговора выложил на журнальный столик четыре абонемента на книги, достав их из кармана трико.

— Андрей Николаевич передал, — теперь уже я вопросительно смотрел на отца.

— Чёрт возьми, я же совсем забыл. С этой твоей болезнью и всем остальным, — отец как-то разражено махнул рукой, а потом внимательно посмотрел на меня. — А ты, что вспомнил про абонементы и договорённость с Николаевичем и Сергеевичем?

— Нет, не вспомнил, — дальше пришлось рассказывать о моей поездке к магазину «Книга», в который я так и не зашёл, ошеломлённый новостями.

Отец после моего рассказа вытащил из кладовки пожарного перехода две литровые бутылки венгерского вермута «Кечкемет», в которых была жидкость цветом, похожая на чай.

— Завтра отвези мужикам. А то неудобно получилось. Сможешь с одной рукой?

— Сегодня в магазин ходил, мясо через мясорубку пропустил. Смогу. Рука болит значительно меньше. Я сегодня уже без косынки обходился. Но стараюсь руку не нагружать сильно.

— Вот и молодец. Пойдём, горючее упакуем. Да, Николаевичу напомни, чтобы он бутылку пустую из-под «Букета Молдавии» вернул и эти потом тоже, а то мне наливать не во что будет, — с этими словами отец ушёл в прихожую, где сложил бутылки в сумку.

После этого родители обсудили, какие книги надо будет купить сразу, а какие попозже. В результате, мне вручили червонец для покупки завтра книг Дюма. Два тома «Американских трагедий» Драйзера решили купить позже, после аванса.

Вечер закончился совместным просмотром после окончания короткометражки, первой серии фильма «Шофёр на один рейс» и программы «Время». На следующее утро опять продрых до десяти. Потом небольшая зарядка, контрастный душ, на поздний завтрак или ранний обед навернул щей с майонезом. Впереди было много дел, следующим приемом пищи будет ужин с родителями.

Быстро записал три песни группы «Белый Орёл»: «Потому что нельзя быть красивой такой», «Без тебя не могу» и «Как упоительные в России вечера». По поводу последней были сомнения, что Главлит пропустит такую песню, если только её пристроить в какой-нибудь фильм, как романс «Не обещайте деве юной» в фильме «Звезда пленительного счастья».

Потом набросал, какую информацию буду искать сегодня и завтра в библиотеке. Прихватив в сумку тетрадку с материалами по Колобанову, направился на остановку. Без десяти час был у приемного пункта, до этого успев зайти в магазин, где купил романы Дюма на врученный родителями червонец, а также несколько тетрадок уже на свой сэкономленный рубль. Показал сумку Сомодову, который опять принимал макулатуру на улице. Тот кивнул на вход в подвал, а потом объявил, что через десять минут у них обед. Как и вчера начались возмущённые выкрики, после чего Сергеич ткнул пальцем в табличку на двери с расписанием работы и слово в слово повторил вчерашнюю фразу.

Спустившись вниз, я нашёл Кошелева в их комнатке, где он что-то записывал в тетрадь и считал на калькуляторе.

— О, Миха, привет, — увидев меня, поздоровался бывший кардиохирург.

— Здравствуйте, Андрей Николаевич. Вот принёс, — с этими словами я поставил сумку на стол, а потом достал из неё две бутылки.

— О-о-о, красота какая, — Кошелев, взяв одну из бутылок, открутил крышку и понюхал. — Так и не пойму на чём настаивает Гера эту живительную влагу. Чернослив чувствуется, по-моему, яблоко сушёное, а что ещё не пойму. Твой отец сказал, что это семейная тайна.

— Я точно не знаю, но видел, как батя разбавляет самогон крепко заваренным чаем, используя или «Букет Грузии», или «Индийский» высшего сорта. Потом добавляет сушёный чернослив, грушу и какие-то травы, которые сам собирает и сушит во время летнего отпуска. Вот это уже действительно семейная тайна. Этому сбору его в детстве ещё моя прабабушка научила, как и гнать самогон. Да, Андрей Николаевич, папа просил, чтобы вы вернули пустую бутылку «Букет Молдавии» и эти потом тоже. А то ему наливать будет некуда.

— Не волнуйся, Миха, всё вернём. Кстати, передай отцу, что в конце месяца придут абонементы на трилогию Яна «Чингиз-хан», «Батый» и к «Последнему морю». Брать будете? — Николаевич вопросительно уставился на меня.

— Думаю, будем. У родителей уточню, и сообщу. Вернее всего, в субботу подъеду, заодно макулатуры прихвачу.

—