Кредо сиротинушки - Квинтус Номен
Даже в компании Андрея достаточно, а ведь теперь и несколько других компаний усиленно старались «разрушить стальную монополию Розанова». С переменным, так сказать, успехом старались, но только в Москве и ближайших окрестностях заработали два завода по переработке стального лома, а по инициативе профессора Владимира Ефимович Грум-Гржимайло была проведена разведка месторождения в районе Гусевых гор и теперь там строился новый (причем очень немаленький) металлургический (и полностью уже казенный) завод: выяснилось, что руду там можно добывать просто в карьере. И, хотя руда там была очень бедная, в ней было очень много ванадия, необходимого в том числе и для изготовления высоколегированной стали, а еще тамошнюю руду было можно довольно легко обогатить, так что Коковцов счел строительство нового завода в тех краях весьма обоснованным делом (в том числе и для «ликвидации монополии Андрея Розанова»). И, хотя «монополия» Андрея в целом оказалась для России очень выгодной, триумвират решил, что зависимость всей русской промышленности фактически от доброй воли одного человека — это все же нехорошо, и ситуацию постарался исправить. Впрочем, Саша и сам точно так же считал, поэтому и несколько других потенциальных «решений» подсказал. Но «инвестировать» в эти решения не стал: раз у казны появились лишние деньги…
А деньги появились, и Владимир Николаевич даже сам изрядно удивился, узнав, сколько же их на самом деле. Ведь только на прекращении выплат «на содержание царского дома» страна получила возможность на развитие промышленности направлять свыше двухсот миллионов рублей в год. А еще дополнительно казна получала в виде выручки с бывших «царских земель» свыше сотни миллионов рублей. Конечно, «земельные» миллионы получились главным образом благодаря тому, что на этой земле были организованы колхозы — но раньше-то их там обустроить было нельзя. А теперь получалось, что только за счет отмены самодержавия Россия свой бюджет увеличила одним махом на десять процентов — и когда такая «статистика» стала достоянием широкого круга лиц (из числе «руководящеuо состава» конечно), то даже генерал Юденич согласился с тем, что самодержавие (особенно в исполнении Николая II) было абсолютным злом. Сам Николай Николаевич был теперь генерал-губернатором Южной Причерноморской области (со столицей в Константинополе), и четыре губернии области пока еще «не вышли на самоокупаемость», так что для него дополнительное финансирование было весьма важно. И поэтому он очень положительно относился в том числе и к деятельности компании Андрея в этой области: Саша в Смирне уже почти выстроил огромный рыбоперерабатывающий завод, а весной туда должны были поступить и первые полсотни траулеров для лова рыбы в Средиземном море. И новые колхозы там создавались, хотя пока что не особенно быстро — однако, по Зоиным подсчетам, скоро эти области все же начнут «избытки сельхозпродукции» в остальную часть России поставлять. Не сразу, а когда там появится много новых фабрик по производству разных консервов…
Которые все же еще и построить нужно было — а строек и без того более чем хватало. Те же школы: весной началось строительство более тысячи школ только в городах, а в селах их начали строить чуть ли не десятки тысяч. Но в селах-то ладно, там они строились довольно небольшие и недорогие, и пока что в них и всей «стандартной инфраструктуры» не создавалось — просто потому, что на нее не было ни денег, ни материалов. А в городах для каждой школы нужно было и дома учителям построить, и те же ТЭЦ, и много еще чего. А для этого строительства требовалась и куча не самого простого оборудования, которое нужно было изготовить — но на заводах просто уже рабочих не хватало. Конечно, школы (главным образом школы компании Андрея) должны были к лету выпустить почти пятьдесят тысяч новых «образованных детей» — но их как раз на заводы выпустить стало невозможно. Хотя бы потому, что по составленным Зоей планам лучших выпускников школ-четырехлеток предполагалось отправить на дообучение в педучилища, причем не только выпускников текущего года, но и минимум двух предыдущих лет — и новых (из числа «не лучших») даже на замену изымаемым с заводов молодым парням и девушкам не хватало. Немного все же картину скрашивало то, что все же большую часть «будущих учителей» собирались готовить из выпускниц школ деревенских, колхозных — но на текущий год проблема не решалась.
Вообще никакая проблема чаще всего не решается, если ее не решать. А если все же за нее взяться всерьез, то большинство проблем все же решить оказывается возможно. Александр Николаевич Шварц, которому о программе подготовки учителей все же в подробностях рассказали — хотя бы потому, что вся эта программа именно по его ведомству и проходила — специально заехал к Саше в гости со своим уже предложением:
— Александр Алексеевич, я неплохо знаю, с какими проблемами вы столкнулись в деле быстрой подготовки новых учителей для начальных школ, и, как мне видится, у вас наблюдается острая нехватка людей, имеющих подготовку в пределах четырех классов. В то же время среди рабочих компании господина Розанова таких весьма немало, особенно среди молодых людей, в деле обучения на учителей весьма годных — но вы их не имеете возможности на учительские курсы направить без нанесения ущерба для производств компании.
— Ну, это вообще не секрет.
— Да, и я обсудил данный вопрос с господином Рузским, и совместными усилиями мы выработали некоторые предложения относительно того, как вам в столь важном деле помочь. Николай Владимирович согласился с тем, что выделение вам в помощь сотни тысяч солдат, некоторое обучение уже прошедших…
— Боюсь, что солдаты на учителей обучены быть
