Кредо сиротинушки - Квинтус Номен
Причем развивал он компанию не только в России, в последнее время предприятия компании и в нескольких других странах появились. И речь не о заводах BMW — эти уже давно работали, и, откровенно говоря, Валерий Кимович несколько раз уже собирался их как-то ликвидировать, но пока все же воздерживался: пока что эти заводы давали возможность Саше и как-то автопромышленность германскую контролировать в определенной степени, и — что Саша считал гораздо более важным — быстро перенимать и новые уже чисто германские достижения в области моторостроения и автомобильного производства. По крайней мере по части трансмиссий для тяжелой техники немцы вырвались вперед, обогнав и англичан, и американцев — а в России их делали (не особо афишируя источник технологий) на вполне «германском» уровне. А учитывая то, что почти вся горнодобывающая промышленность России опиралась на тяжелые грузовики, это было очень и очень важно.
Но вот новые заводы и фабрики компании в Корее, Манчжурии и Персии помогали решать множество иных проблем — в том числе и проблему с нехваткой денег. И в особенности персидские заводы помогали такую проблему решать: компания выстроила в Персии несколько консервных фабрик и оттуда пошли довольно мощные поставки консервов из помидоров (в основном чего-то вроде «томатной пасты» и производимого по рецепту Валерия Кимовича кетчупа, пользующегося большим спросом в России). А сырье для фабрик приобреталось у местных крестьян за деньги, получаемые от продажи персам (главным образом разным госконторам и армии) автомобилей, выпускаемых сборочным заводом в Тегеране.
А еще Саша планировал в самом ближайшем будущем «найти в Персии нефть», а пока на «арабском» берегу Персидского (уже целиком персидского) залива один за другим поднимались опреснительные заводики. Местное население за эти заводики очень уважали персидскую власть, а персы — Сашу лично и Россию вообще, так что уже шах подписал договоры о будущем распределении добытой на еще не открытых месторождениях нефти.
И вот всем этим Саше стало заниматься гораздо проще, чем раньше. Если раньше он с изрядными трудностями сам как-то рассчитывал «грядущие выгоды» (причем не всегда у него это получалось проделать достаточно хорошо), то теперь все чисто экономические расчеты «придумываемых» им проектов проводила Зоя Гаврюшина. И он с девушкой проводил чуть ли не половину рабочего времени, а периодически еще и таскал ее с собой в «командировки». И в какой-то момент у него в голове родилась простая мысль:
— Зоя, я вот о чем еще вас попросить хочу: мы ведь с вами уже больше полугода вместе работаем, я теперь очень хорошо понимаю ваши возможности. А вы, мне кажется, теперь понимаете и то, что я собираюсь для страны сделать…
— Вы хорошо умеете объяснять, так что вас понять совершенно нетрудно.
— И это радует, но меня сильно беспокоит то, что мы все же мало можем работать именно вместе. Даже не так: иногда у меня появляется какая-то идея, требующая рассмотрения и математического обоснования того, что она не полностью идиотская, а мне когда день, а когда и почти неделю приходится ждать встречи с вами. И это, мне кажется, сильно мешает нашему общему делу. Поэтому… и не только поэтому, а и по ряду других причин я хочу вам предложить: а выходите вы за меня замуж. Мы тогда будем больше времени проводить вместе и даже, допускаю, нам и работать будет полегче…
— Вы это мне из-за работы предлагаете?
— Да плевать мне на работу! То есть не то, чтобы плевать…
— Я поняла. И ответ дам сразу же: вы так хорошо умеете людей уговаривать, что я согласна…
Глава 15
Валерий Кимович в молодости однажды уже собирался создать семью. Он тогда даже наметил день и место для того, чтобы сделать предложение руки и сердца самой замечательной девушке — но за несколько дней до намеченного события она погибла в автокатастрофе: опаздывала на работу, взяла такси — и в машину врезался грузовик. Собственно, из-за того давнего события он и оказался здесь: прекрасно помня события того дня, Валерий Кимович неоднократно их прокручивал в голове и понял, что от летящего навстречу колеса он не увернулся лишь потому, что осознал, что едущие в двух машинах за ним девчонки-эксперты из оперативной группы от него увернуться уже не успеют, так как они этого колеса могли и не увидеть. А девушкам (или молодым женщинам) попадать в аварию просто недопустимо.
А девушки «современные» его вообще не интересовали, все же «интеллектуальный уровень» их был, мягко говоря, низковат. Не у всех — но вот у тех, кто пытался его захомутать, он явно был сравним с уровнем какого-нибудь провинциального ПТУ (и в прошлой жизни такие Валерию Кимовичу встречались достаточно часто). А вот Зоя из этого «коллектива» явно выбивалась — и интеллектом, и образованием, и отношением к жизни. И в какой-то момент Валерий Кимович понял, что она — именно та, кого ему так в жизни не хватает. Но все же он свое «признание в любви» представлял несколько иначе, и поэтому, услышав от Зои согласие, не придумал ничего более умного, как спросить:
— А почему?
Зоя рассмеялась:
— Просто невозможно отказать человеку, не сумевшему придумать более умный повод сделать предложение. А если всерьез… вы мне нравитесь, не буду этого скрывать. И я вижу, что вам тоже очень нравлюсь. А еще… Мне Оля рассказывала, что вас Андрей много лет уговаривал жениться, а вы ему всегда отвечали, что женитесь, когда завоюете мировое господство или встретите ту, с которой захотите прожить всю оставшуюся жизнь. А так как я что-то не вижу на вашей голове короны мирового властелина… Я же по работе должна делать выводы из разных статистических данных, и тут вывод получается совершенно очевидным и однозначным. А еще… я же вижу, как вы любите детей: после моего отчета относительно школ вы только обустройством школ и занимаетесь, причем придумываете очень много всего для того, чтобы детям в школе и вне школы жилось лучше. Так что вы
