Малолетка 2. Не продавайся - Валерий Александрович Гуров
Игорь уже был на месте. Он встал ближе, чем я, но так, чтобы снаружи его не увидели, пока он сам этого не захочет. Присел у стены, опёрся плечом о сырой кирпич и вытянул ноги так, будто просто сел перевести дух.
Он держал в руках цепь, завёрнутую в мешковину.
Шкет торчал дальше, как и договорились — на стрёме. Я видел его боковым зрением — тёмная фигурка у облезлого забора. Он то переносил вес с ноги на ногу, то чуть высовывался, то тут же вжимался обратно. Подойти ближе ему хотелось страшно. Только приказ он всё-таки выполнял. Смотрел туда, куда я сказал, а не туда, где самому интереснее.
Зина дошла до нужного места и остановилась. Сумку она так и держала перед собой.
Шкет первым услышал машину. Я понял это по тому, как он вытянулся по струнке, замер. Через секунду звук работающего двигателя дошёл и до меня. Зина тоже услышала. Я видел, как у неё на сумке сильнее сжались пальцы.
Звук мотора приближался. Потом я увидел первые блики фар, скользнувшие по пыльной земле, а затем и по облупленной кирпичной стене.
Машина подъехала к воротам и, поскрипывая тормозными колодками, остановилась. Я остался в своей тени и только чуть сместился, чтобы лучше видеть лобовое. За рулём сидел тот самый браток. Я узнал его сразу, ещё до того, как он вышел из машины. Тот самый молодой хмырь, который тогда крутился в доме у псарни и до того ходил к Зине.
Я коротко перевёл взгляд на Зину. Она всё так же стояла с сумкой в руках, чуть ссутулившись, и ждала, когда браток выйдет из машины. Просто тётка, которую прижали и заставили принести деньги. Именно такую он и ожидал увидеть.
Машина хоть и остановилась, но браток не спешил глушить двигатель сразу. Это я отметил. Значит, браток приехал по-быстрому: взять бабки и уехать, не задерживаясь.
Я скосил глаза на Игоря — пацан внимательно смотрел на меня и ждал сигнала. Я медленно поднял руку, показывая большой палец, и начал подкрадываться к автомобилю сзади.
Дверь машины наконец щёлкнула и открылась. Браток вышел легко, всем своим видом показывая, что у него всё схвачено. Захлопнул дверцу небрежно, поправил куртку, провёл взглядом по Зине сверху вниз и чуть усмехнулся. Даже отсюда я видел эту усмешку.
Он встал так, как ему было удобно. Полубоком к машине, чтобы и сумку взять, и назад развернуться быстро. Грамотный, надо отдать ему должное.
Зина сдвинулась с места, опустив глаза. Браток дождался, пока она подойдёт ближе. Морда у него была сытая и спокойная — брату деньги, которые должны были идти на детдом, ему было явно не западло.
— Ну чё, хозяйка, наскребла? — спросил он.
Зина остановилась в двух шагах от него. Я видел, как у неё ходят скулы от напряжения.
— Да. Всё здесь…
Браток скользнул взглядом по сумке, и его ухмылка стала ещё шире. Как только деньги появились у него перед глазами, всё остальное у братка отошло на второй план. А потому он даже не заметил, что в этот момент происходило сзади его автомобиля. Да и Игорь работал не шумя.
— Показывай, — сказал браток.
Зина чуть подалась вперёд и приподняла сумку. Браток взял сумку за ручки почти по-хозяйски, будто это уже давно была его вещь.
— Во-от, — протянул он. — Совсем другой разговор.
Я держал его в поле зрения и одновременно боковым зрением ловил остальное. Игорь заканчивал возиться с машиной.
Браток приоткрыл сумку, заглянул внутрь и чуть кивнул сам себе. В этот момент он окончательно поверил, что всё идёт как обычно.
— Нормусик, — сказал он. — Сразу бы так.
Зина ничего не ответила. Только опустила глаза.
Браток бросил взгляд на машину.
— Садись, посчитаем, а то ж ты баба ушлая…
Зина на долю секунды застыла. Я видел этот микроскопический стоп — ей было страшно. Но заведующая всё же кивнула и пошла к пассажирской двери.
Браток ещё постоял с сумкой в руках, глядя на ворота детдома. Пока Зина открывала дверь и садилась внутрь, Игорь наконец закончил со своей частью плана и скользнул обратно к стене, как тень.
Зина села в машину. Дверцу закрыла осторожно, без хлопка. Браток сам уже взялся за ручку двери и собрался садиться за руль, а значит настало время включаться мне.
Я оттолкнулся от забора и не спеша вышел из тени.
— Огонька не найдётся? — спросил я.
Браток замер на полдвижении и повернул ко мне голову. Взгляд у него сразу стал злой, но ещё спокойный. Я для него был пока всего лишь мелкой помехой, пацаном из двора, который вылез не вовремя. Он пробежался по мне глазами оценивающе, но скорее на автомате: кто такой, откуда взялся, чего надо. Моя морда с Аниной мазнёй сработала как надо.
— Тачка у тебя бодрая, — я кивнул на машину. — Почём брал?
Он ничего не ответил — только недовольно фыркнул, сунул руку в карман куртки и достал коробок спичек.
— На, — бросил он. — Оставь себе.
Я спокойно взял спички, как будто мне и правда надо было прикурить. Браток уже от меня отвернулся. Распахнул свою дверь, сел за руль, с коротким раздражением хлопнул дверцей и сразу завёл мотор. Я думал, он дождётся, пока я верну ему коробок, а Игорь в этот момент подкрался бы к нему сзади. Но делать этого браток не стал.
Что ж… на то и был план с вариантом «Б».
Двигатель завёлся. Машина чуть дёрнулась и… не пошла как должна. Браток сперва даже не понял. Я видел, как он просто чуть наклонился вперёд. Машина снова рванулась и осталась на месте. Звук мотора стал злее, но без толку.
— Чё за…
Он осёкся и дал газу ещё раз. Колёса пошли в натяг, кузов качнулся, а толку — хрен. Машина не шла.
— Да вы издеваетесь, что ли… — процедил он себе под нос.
Он обошёл дверь, шагнул к боку машины и наклонился, пытаясь понять, в чём дело. Вот теперь он и стал по-настоящему наш.
— Чё, не едет тачка? — хмыкнул я. — А на вид вроде ничё такая.
