Хозяева океана. Книга 2 - Сергей Фомичев
По его расчетам, химическая промышленность и производители удобрений станут платить по тридцать астр за тонну гуанового концентрата. На долю перевозчика придется пятнадцать-двадцать астр, а колонии будут забирать себе остальное. И все будут довольны, все будут при прибыли.
Кстати говоря, с кокосами ситуация получалась аналогичная. Колонии получали в год в среднем 15 тысяч орехов с гектара (по 150 с каждой пальмы). Выходило пятнадцать тонн. Но когда получать копру и давить масло стали прямо на островах, выход получался примерно тонна копры или пять десятиведерных бочек масла. Разумеется, копру или масло везти выгоднее, чем орехи. Мало того, жмых после отжима масла подмешивали в корм местным коровам и козам, и даже свиньям и птице.
Скорлупу же Тропинин предложил пережигать на уголь там же на островах — его активировали перегретым паром и поставляли винокурням и другим фабрикам. Правда пресс и печи следовало приводить в работу углем. То есть возникала нужда возить уголь, как встречный груз.
Всё это вместе, наряду с идеями выращивать каучуконосные растения и жемчужниц, были призваны изменить ситуацию.
* * *
Совещание Складчины, посвященное развитию океанской колониальной системы, вышло не слишком большим. Камерным, как говорил Тропинин. Всего дюжина членов правления и шкиперы, прибывшие с новостями с разных концов океана. В гавани Виктории стояло сейчас сразу несколько шхун, что вернулись из дальних рейсов. Их команды редко собирались вместе, месяцами пропадая в плавании. Это была особая группа морского резерва, что чаще других выполняла задания Складчины. Они были лучшими. И раз уж так совпало, что несколько выдающихся шкиперов оказались дома, то Правление решило поговорить с ними. Всем было интересно узнать истории из первых уст, а не из сухих отчетов на бумаге.
Люди расселись в уютных креслах, расставленных полукругом, а выступающие занимали место напротив. Пылающий камин придавал обстановке уют и побуждал говорить без чинов и оглядки на авторитеты.
Митя Чеснишин рассказал о бурном развитии Батама и изолированном, но развивающемся обществе на Кусае. Нырков поделился исследованиями гуано на прибрежных островах и поисками удобных мест на Галапагосах. А затем слово предоставили Александру Онисимову, шкиперу «Касатки».
Его связи со Складчиной имели долгую историю. Жесткие методы Онисимова по установлению порядка на северных островах давали лучший результат, чем уговоры, а Складчина, случись что, оставалась в стороне.
Но одним севером Онисимов не ограничился. Однажды он спустился вниз вдоль берега Америки и обследовал несколько удаленных засушливых островов, о которых услышал в Кантоне от одного бостонца. Места оказались перспективными.
Проревев в очередной раз «Это мой котик!», Онисимов высадился на остров Гваделупе, совсем не случайно известный как Котиковый. Обнаружив на пляжах огромные стаи животных, шкипер оставил половину команды со всеми пушками и мушкетами, приказав стрелять по любому чужому кораблю, если тот посмеет высадить промысловую бригаду.
Сам Онисимов вернулся в Викторию и осаждал Складчину до тех пор, пока Галина Ивановна не согласилась основать на Гваделупе колонию. Уже через год к владениям присоединили еще два необитаемых острова — Сокорра и Санта-Роза (Кларион). На последнем нашлась значительная популяция котика.
Не удивительно, что именно Онисимова Складчина наняла, чтобы доставить партию колонистов на дальние острова, а заодно разведать океан к югу от Новой Зеландии. Характер сурового шкипера отлично подходил ревущим сороковым и неистовым пятидесятым.
— По договору со Складчиной я проследовал к острову Опара… — начал шкипер рассказ.
Опара [Опоро или Рапа-ити] являлся самым южным островом в центральной части Тихого океана. Он располагался даже южнее тропика Козерога и на его почвах уже не росли кокосы. Зато имелась неплохая гавань.
— Гавань защищена от волн, однако достаточно ветрена и много кораллов, которые порвали мне якорный канат, — сказал Онисимов. — Да и черт с ним! Мы высадили первую дюжину колонистов, помогли поставить форт и городок. На счет характера местных жителей не уверен. Нападений при нас не случилось, но я видели их укрепления в горах. Возможно подлецы ждали нашего ухода. Ну да, думаю, оружия у парней осталось достаточно для вразумления.
От Опары я проследовал к Новой Зеландии. Большую часть времени пришлось идти против сильного ветра со сносом к северу. Но, бог миловал, добрались благополучно. На Чатемах высадили вторую дюжину колонистов и помогли обустроиться. Местные оказались миролюбивым и не противились поселению. Однако, форт мы все же поставили.
Тут возникла незадача. Семенной картофель, что мы везли с собой, весь сгнил, свиней мы тем более не довезли. Вонищи от них, скажу я вам… В общем, кроме кур никакой живности на развод. А на острове с питанием очень скудно. Кроме того, прежде чем двигать на юг мне требовалось пополнить команду. Колонистов-то всех высадил, а у меня двое сбежали еще на Опаре, да один помер от простуды. С местными договориться не удалось, они чё-то меня побаивались. Так что я решил прикупить всё нужное в Новой Зеландии. Благо до Южного острова было не так далеко. В команде у меня имелся гаваец и я надеялся, что он поможет с переговорами.
На берегу большого залива мы нашли поселение. Язык их на гавайский оказался совсем не похож, разве что отдельные слова. Но это мне мой гаваец потом разъяснил. А тогда мы объяснялись больше руками, рисунками. Из рабов у них нашлись только женщины и дети. Да и то, сейчас думаю, что может и не рабы то были, а свои же соплеменники из бедных. Тогда я предложил их парням поступить матросами на два года и пообещал каждому по мушкету за службу, не считая кормежки и прочего. Желающие нашлись, я отобрал троих. Затем выкупил рабов за мушкет и десяток пустых консервных банок. И в добавок получил свиней несколько штук и семенной картофель.
Шестилитровые консервные банки давно превратились в своеобразную валюту у туземцев по всему океану. Иные шкиперы отбивали затраты на консервы только обменом пустых банок на сандал или жемчуг. На заводе Тропинина черную жесть прокатывали через погруженные в олово вальцы, почему и стоила она куда дешевле европейской, на которую уходило слишком много дорогого олова и много труда.
— В общем, свиней, картофель и рабов мы отвезли на Чатем в нашу колонию, кроме одного мальчонки, которого я взял юнгой. Тут как раз наступило южное лето и мы двинулись дальше в океан, чтобы приискать новые острова и уточнить уже открытые.
Первыми были острова Баунти. Они
