Летние каникулы - Виталий Свадьбин
– И что это значит? – спросил Костян, у которого с иностранными языками было совсем грустно.
– Можно перевести, как «Конец» или «Завершение». Но это не важно. Пока, мальчики, и спасибо за запись, – попрощалась Егорова и вышла из комнаты Карпенко.
По пути домой Катя размышляла, как она сделает аранжировку песни «The End» группы «The Beatles». Понятно, что вместо звучания голосов, она вставит звуки скрипки.
– Надо бы добавить ударных инструментов и переходы на барабанах, увеличить темп, а соло на гитаре заменить звуками синтезатора, – незаметно для себя Катя произнесла фразы вслух.
Было бы неплохо сделать что-то вроде концерта, то есть провести аранжировку всех песен, получатся новые синглы. Всё это объединить в один альбом, дать название, что-то вроде «Ответ Ливерпулю», ну или что-нибудь другое в названии придумать. Весь вечер она трудилась над нотами, а на следующий день весь коллектив старательно репетировал новую композицию. При чём парни и девушки делали это с энтузиазмом.
Через несколько дней позвонила Ошерович. Сообщила, что она зафиксировала авторские права, а также порадовала, что пластинка точно выйдет, Брук договорился с руководством «Мелодии». Через несколько дней Ошерович обещала вернуться, чтобы быть рядом с Катей, когда будет решаться вопрос о поступлении в консерваторию. Новости приятные, но не заканчивались. Буквально в этот же вечер за ужином поделилась новостью мама.
– Пришла аппаратура, музыкальный центр, радиола, и три магнитофона. Я заказала в «Трансагенстве» доставку на завтра. Катюша тебе надо быть после обеда дома. Пусть сгружают всё в Мишину комнату. Там только одних кассет, куча коробок. Миша приедет, пусть сам разбирается.
– Мам, радиоаппаратура кому, Мишке, или вся семья будет пользоваться? – не удержалась от вопроса Катя.
Родители переглянулись. На молчаливый вопрос Виктора к жене, Галина отрицательно покачала головой.
– Миша приедет, всё расскажет сам, – отмахнулась мама, чем только подогрела любопытство Кати.
Но в этот вечер, она так и не добилась правды от родителей, которые продолжали молчать, как партизаны.
Софья Яковлевна Ошерович прилетела из Москвы в понедельник, двадцать восьмого июля. Вечером позвонила на домашний телефон Егоровых.
– «Катюша, завтра оденься во что-то строгое, например жакет и юбка, никаких кричащих цветов в одежде. С собой возьми скрипку. Нас ждут к двенадцати часам в консерватории. Очень хотят посмотреть на тебя, а возможно даже послушать твоё исполнение».
На следующий день Екатерина одела костюм, тёмно-синяя юбка, такой же жакет, белая сорочка, туфли чёрные, на маленьком каблуке. С Ошерович встретились в консерватории. Быстро прошли в зал, где собралась комиссия. Ну как комиссия? Ректор консерватории, Блинов Евгений Григорьевич, который вступил в должность Уральской государственной консерватории, буквально в июне этого года. Завкафедрой истории русской музыки Орлова Елена Михайловна, завкафедрой сольного пения Вольтер Наталия Александровна, завкафедрой композиций Гуревич Леонид Иосифович. Двое мужчин и две женщины сидели за столом, что стоял посередине. Ошерович прошла к окну, где стояли стулья, там и присела. Кате стул не предложили, так что она осталась стоять.
– Думаю нет смысла заставлять Егорову, играть что-то из классической музыки. Зная Софью Яковлевну, даже не сомневаюсь, что она подготовила свою воспитанницу. Катерина, я слушал твою композицию, с поэтичным названием «Розы любви и печали». Лично мне понравилось, хорошая работа, – высказался ректор консерватории.
– Евгений Григорьевич, позволите? – спросил завкафедрой композиций, на что ректор кивнул головой.
Гуревич встал из-за стола и прошёл к роялю, который стоял у стены. Подозвал ближе Катерину, вручив ей чистые нотные листы.
– Я сейчас кое-что исполню, ваша задача, Екатерина, попробовать на слух определить ноты и записать их в нотные листы, – предложил Гуревич и сел за рояль.
Играл он недолго, секунд двадцать, остановившись внимательно посмотрел на Екатерину. Взяв шариковую ручку, Катя записала ноты в нотные листы и предала Гуревичу. Леонид Иосифович просмотрел ноты и повернулся к остальным членам комиссии.
– Идеальный слух, у меня нет вопросов, – произнёс Гуревич и прошёл на своё место за столом.
– Екатерина, подождите в коридоре, – предложил Блинов.
Катя вышла, в этот момент она почувствовала крайне высокое волнение. Ошерович не выходила минут тридцать. За плотно закрытыми дверями совсем не слышно, о чём совещается комиссия. Когда Катю уже начало потряхивать, вышла Ошерович, она улыбалась.
– Поздравляю, Катенька, тебя принимают вне конкурса, – сообщила приятную новость Софья Яковлевна.
Домой Екатерина ехала, будто летела на крыльях. А вечером обрадовала родителей. В связи с этим, мама выставила на стол бутылку вина. Даже Кате налили совсем немного, на донышке бокала. В эту ночь, Екатерина уснула поздно, пережитое возбуждение совсем отбило сон, но молодой организм взял своё, девушка всё же погрузилась в царство Морфея. Первый этап пройден, она гарантировано становится студентом консерватории, а через несколько лет получит профессию композитора.
Глава 7.
Интерлюдия 5. ГДР. Берлин. Эрика Краузе.
Эрика Краузе буквально вчера вернулась из Болгарии, где они с мамой отдыхали на курорте «Златни Пясыци»1, который расположен на берегу Чёрного моря. А сегодня Эрике, просто необходимо, поделиться впечатлениями с лучшими школьными подругами, Урсулой и Катрин. Проснувшись в девять утра, Эрика созвонилась с подругами. Принято решение встретиться и погулять в парке Кёльнишер, тем более все девушки живут рядом, на соседних улицах. В парке не только погуляли, но и поели мороженного. Два часа обменивались новостями. Приличным немецким девушкам, всегда есть о чём посплетничать, в том числе обсудить мальчиков и юношей постарше.
– Эрика, ты познакомилась на курорте с каким-нибудь жгучим брюнетом? Говорят, что в Болгарии, сплошь брюнеты и все симпатичные, – проявила любопытство Урсула.
– Пфр, скажешь тоже. Всяких хватает, но особо симпатичных я там не видела, – фыркнула Эрика, постаралась ответить с видимым безразличием.
– Подозреваю, что кто-то там был, кто мог заинтересовать нашу Эрику, которая старается выглядеть снежной королевой, – пошутила Катрин.
– Вы знаете, что Хорст, после школы, планирует поехать в Советский Союз, чтобы там учиться в МГИМО. Он говорит, что это вполне возможно. А если не получится поступить учится на дипломата, то будет подавать документы в МГУ, который находится тоже в Москве, – сменила тему Эрика.
– Хорошо ему, у Хорста отец служит в Министерстве иностранных дел. Было бы странно, если бы он не пошёл по стопам отца, – прокомментировала Урсула.
– Твой отец тоже не повар в кафе, наверняка сможет похлопотать, если изъявишь желание учится в СССР, – съязвила Катрин.
– Не думала об этом. Эрика, а ты куда планируешь пойти учиться после школы? – спросила Урсула.
– Отец говорит, что в Советском Союзе очень хорошее образование, но я пока не думала,
