Хозяева океана. Книга 2 - Сергей Фомичев
— Так-с. Что тут у нас. Ага. Льюистон и Кларкстон. Какое совпадение. Слияние Змеиной и Чистоводной. Бывал, бывал там.
Он свернул карту и, подойдя к большой, что висела на стене, ткнул пальцем в нужное место.
— Мы еще поначалу спутали направление и Чистоводную за Змеиную приняли. Там у нас… — он пригляделся. — Ага. Там неподалеку фактория меховой компании и рядом обитают наши братья из народа ниипуу. А наши саньки их сахаптинами кличут, ну они всех тамошних так называют. Итак, я знаю, где появятся американцы. Пока не знаю, когда они до нас доберутся, но знаю где мы их встретим.
Глава 13
Гонолулу
— Похоже, мы опять пропустили зиму, — заметил Семен Барахсанов, проведя обсервацию.
Он сделал запись в судовом журнале, затем оглядел горизонт.
Первую зиму они пропустили, когда отправились на Нуку-Хива и потом на Галапагос. Затем экспедиция на острова Риау, которая заняла полтора года. И потом «Незевай» сопровождал еще три каравана туда же на Батам. Новый год они отмечали или на пути туда, или на пути обратно, или на Батаме, но никогда в Виктории.
Замечание Барахсанова было явным преуменьшением. Заканчивалась весна, а они только только подплывали к Оаху.
Впрочем, Митя не жаловался. Он не скучал по снегу и холоду. Разве что Рождество вспоминал с улыбкой. Зимние развлечения, вроде игры в снежки или катания на санях.
— Мне больше желтые листья увидеть хочется, погулять в парке, пошуршать, — произнес он.
Вернулась с бака Тулика.
— Там большой остров с горами, — сказала она, указав рукой направление.
Направление было верным. Барахсанов недавно провел обсервацию, а широту и долготу ближайших островов лоции указывали довольно точно. Так что незевайцы и без девчонки знали, что подплывают к Гавайям.
Тулика, однако, приборами не пользовалась и вообще попала в эти воды впервые. Не могла туземка с Кусая так далеко заплывать.
— Откуда узнала? — спросил Барахсанов.
Она показала на облака.
По мнению Тулики именно они свидетельствовали о приближении островов. Горы заставляли облака закручиваться, создавая особый рисунок.
Ни Митя, ни Барахсанов ничего особенного в облаках не разглядели.
* * *
Гавайские острова еще не оправились от эпидемии, которая случилась два года назад. Она унесла десятки тысяч жизней. Оаху пострадал меньше других благодаря общественной медицине насаждаемой железной рукой Складчины и владельцами Сахарной компании. Большая часть сахарных плантаций и заводов, крепости, фактория, а так же дружественные туземные селения почти не понесли урона.
Тем не менее и здесь все только-только возвращалось к обычной жизни.
Ещё до входа в гавань на борт вместо лоцмана поднялся инспектор с санитарной проверкой. Он потребовал вывести экипаж на палубу для осмотра и предъявить журнал. Потребовал довольно жестко. А его требования подкрепляли жерла орудий, смотрящие с Семеновской крепости.
— Откуда прибыли? — спросил инспектор, листая журнал.
— Порт-Эмонтай, — ответил Митя. — Делали остановку на Кусае и посетили еще один атолл по пути. Лос-Хардинес по испанским картам или вроде того.
— Сколько времени прошло после последней встречи с людьми?
Инспектор видел записи в журнале (Митя никогда не манкировал заполнением), но такова у него служба всё перепроверять.
— После атолла? — переспросил Чеснишин. — Считай, месяц в море были.
— С кораблями встречались?
— Нет. Так чтобы близко подходить, нет.
— Ладно, — инспектор вернул журнал. — За месяц уже трупы были бы, если бы кто лихорадку подцепил.
Он уже возвращался в лодку, когда наткнулся взглядом на бочку под мачтой, в которую собирали дождевую воду для умывания и стирки.
— Не пьете из неё? — строго спросил инспектор.
— Конечно нет, — заверил Митя.
— На стоянке меняйте воду каждые три дня.
Он перебрался через борт и лодка отправилась к еще одной шхуне, только что подошедшей к острову.
* * *
Они не бывали на Оаху с тех пор, как отправились отсюда на остров Рождества, пытаясь заработать пару астр. Затем их закрутила история с «Бланкой», вступление в Морской резерв и работа на Складчину. Основной маршрут через океан пролегал гораздо севернее, независимо от того, в какую сторону они плыли.
За эти пять лет многое изменилось. Канал, ведущий в Жемчужную гавань, углубили и обустроили. По берегу вдоль него организовали тропу, по которой мулы или лошади тянули корабль. Это было куда удобнее чем буксировать шхуну шлюпкой или ждать подходящего ветра с течением. Правда стоило целую астру, что впрочем Митя, в его нынешнем положении, вполне мог себе позволить.
Город тоже разросся. Степановская крепость, запирающая вход в Перл-харбор, порт и фактория старой компании слились в единое поселение. Дороги, что протоптали между ними теперь превратились в улицы. Их соединили проулками, застроили домами и складами. Но места перестало хватать и город раздался вширь. Его теперь называли Гонолулу.
— Надо найти нового матроса на замену Васятке, — сказал Митя, когда они закрепили швартовы у пирса. — А лучше юнгу. Мы все еще в Морском резерве и положено иметь шестерых на борту.
— Чем тебе Тулика не угодила? — с усмешкой спросил Барахсанов. — Она со снастями ладит, как мало кто из наших. И стороны света определяет даже в туман, и погоду чует. Уж поверь, у меня глаз наметан. Мы с ней как с фигурой Девы Марии на носу манильского галиона.
— Нам нужен юнга, — повторил Митя. — Займись этим. Я схожу в контору Сахарной компании, справлюсь на счет попутного груза. А ты поищи человека по кабакам.
Барахсанов пожал плечами.
Митя отправился в город.
В конторе он без труда договорился о попутном грузе. Теперь небольшим купцам не требовалось лично посещать Оаху, чтобы договориться о поставках, а Сахарной компании не требовалось держать большой запас на складах по всему побережью. Купцы делали заказ дома, а компания отправляла им небольшие партии на попутных шхунах. В данном случае партия составляла двести пудов чистого сахара в головах, столько же коричневого,
