Я - Спартак. Реинкарнация. Империя пепла - Сергей Свой

---

На следующий день в здании бывшей Курии, теперь переименованной в Зал Совета, собралось ядро новой власти. Это было не похоже на заседания римского сената. Не было пурпурных тог, неторопливых речей и сложных церемоний. В просторном, полутемном зале за длинным дубовым столом сидели люди в походных туниках и доспехах, многие – со шрамами на лицах и руками, привыкшими сжимать рукоять меча, а не стиль для письма.

Спартак сидел во главе стола. Справа от него – Дазий, его правая рука и начальник штаба, теперь – министр обороны и координатор всех военных вопросов. Рядом – Луций Либо, бледный, но собранный, в чистой, но простой тунике: министр внутренних дел и гражданской администрации. Слева – Неоптолем и Диодот, уже чувствовавшие себя не просто наемными стратегами, а правителями провинций. Рядом с ними – Мутил, мрачный и сосредоточенный, и Гай Кассий, молодой, но уже испытанный в боях командир «железных людей», теперь – военный комендант Рима и Лация. В конце стола, в тени, сидел Агенобарб, уже не просто начальник «Теней», а глава нового Агентства внутренней безопасности (АВБ). И напротив Спартака, нервно перебирая свитки, сидел Леонтий, теперь – главный инженер и начальник Управления развития и технологий (УРТ).

— Итак, — начал Спартак, положив на стол свиток с набросками планов. — Война окончена. Теперь — отчет о том, что мы имеем, и план на ближайший год. Дазий, военный обзор.

Дазий откашлялся.

— Армия Конфедерации насчитывает около ста тысяч человек под копьём, включая союзные контингенты. Из них около сорока тысяч — наши ветераны и «железные люди», основа. Остальные — самниты, понтийцы и новые рекруты из италиков. Дислоцированы они сейчас так: двадцать тысяч в Цизальпийской Галлии под командованием Неоптолема для контроля границы и проведения земельной реформы. Пятнадцать тысяч в Самнии и Кампании под началом Мутила. Десять тысяч — флот и гарнизоны портов под командованием Диодота. Пятнадцать тысяч — здесь, в Лации, под моим и Гая Кассия общим руководством. Остальные распределены по мелким гарнизонам и находятся в процессе демобилизации для получения земель. Финансовое содержание такой армии… разорительно. Нам нужно либо сокращать ее, либо находить постоянные источники дохода.

— Сокращать будем постепенно, — сказал Спартак. — Но не за счет боевого ядра. Ветераны и «железные люди» остаются на службе на постоянной основе, на жалованье. Их мы превратим в регулярную армию — профессионалов. Союзные контингенты, те, кто не захочет остаться в Италии, получат расчет и будут отправлены домой с честью. Те, кто хочет земли, — переходят в статус военных поселенцев с обязанностью службы в милиции. Таким образом, через год у нас должна быть постоянная армия в сорок тысяч профессионалов и мобилизационный резерв из ста тысяч поселенцев. Либо, какова ситуация с границами?

— На севере — тишина. Смерть Цезаря и разгром его армии парализовали галльские племена. Но это ненадолго. Кто-нибудь из вождей попытается объединить их под своим началом, используя лозунг мести. На юге — Сицилия. Сенат в изгнании под руководством Катона не представляет военной угрозы, но это идеологический центр сопротивления. Они пытаются организовать блокаду, подстрекают пиратов. На востоке — наши собственные провинции. Самниты и луканы лояльны, пока Мутил у власти и пока идет раздача земли. Но могут возникнуть трения между новыми поселенцами-ветеранами и местным населением. На западе — море. Пока под контролем Диодота, но нужен сильный флот для защиты от пиратов и сицилийских угроз.

— Хорошо, — кивнул Спартак. — Значит, наши приоритеты: первый — внутренняя стабилизация и земельная реформа. Второй — нейтрализация Сицилии. Третий — укрепление северных границ. Переходим к внутренним делам. Луций, твой отчет.

Луций Либо развернул несколько свитков.

— Данные переписи еще не полные, но примерная картина такова. Население Италии к югу от Рубикона после войны сократилось почти вдвое. Где-то до четырех миллионов человек, включая рабов. Из них около миллиона — в городах, остальные — в сельской местности. Продовольствия до нового урожая — в обрез даже с учетом сицилийского зерна, которое удается закупать тайно. Нужно вводить жесткое нормирование и ускорить весенний сев. Экономика в состоянии коллапса. Деньгам не доверяют. Римский денарий еще в ходу, но его ценность падает. Наши новые монеты пока не пользуются доверием. Нужен единый, обеспеченный чем-то твердым денежный знак. И самое главное — кадры. Управленцев, знающих грамоту и счет, — единицы. Я вынужден использовать бывших рабов-писцов и перебежчиков, но их лояльность сомнительна.

— Деньги, — сказал Спартак, — будут обеспечены землей и зерном. Мы создаем Государственный банк Конфедерации. Его капитал — конфискованные земли и зернохранилища. Он будет выдавать ссуды под низкий процент на обустройство и закупку инвентаря новым поселенцам. А также выпускать новые монеты — спарты, обеспеченные этим капиталом. Что касается кадров… Агенобарб.

Глава АВБ поднял глаза.

— Школа уже набирает первых учеников. Двести мальчиков от восьми до двенадцати лет, сыновей ветеранов и способных детей из италийских семей. Учат читать, писать, считать, основы геометрии, истории и… законоведения. Через пять лет мы получим первую партию. Но это долгосрочно. Для текущих нужд… мы можем ускорить подготовку бывших военных писцов и центурионов. Они знают дисциплину и имеют базовую грамотность. Трехмесячные курсы управления могут дать нам несколько сотен лояльных чиновников низшего звена.

— Сделай это, — приказал Спартак. — И обеспечь их лояльность. Теперь о главном — о земле. Неоптолем, Мутил, как продвигается межевание?

Неоптолем, выглядевший усталым, но довольным, развернул карту.

— В Цизальпийской Галлии работа кипит. Мы конфисковали земли у всех, кто открыто поддерживал Цезаря или бежал. Это огромные массивы. По нашим планам, здесь можно разместить до пятидесяти тысяч семей. Уже распределено около десяти тысяч наделов. Но есть проблемы. Местное галльское население смотрит на это с подозрением. Они видят, как на их землях селятся чужаки. Возможны стычки.

— Решай это дипломатией, — сказал Спартак. — Пригласи вождей, предложи им выгодные торговые договоры, право на службу в нашей армии за жалованье, даже землю их знати в обмен на лояльность. Но граница наших поселений должна быть четкой и охраняемой.

— Понимаю, — кивнул Неоптолем.

Мутил пробурчал:

— В Самнии проще. Земли хватает. Мои люди рады получить ее дома. Но они не хотят, чтобы здесь селились чужаки — твои ветераны-неиталики.

— Они будут селиться компактно, в отдельных поселениях-колониях, — ответил Спартак. — И подчиняться твоей власти как наместника. Но закон для