Криминалист 4 - Алим Онербекович Тыналин
Дженнифер права, баланс нарушен. Но Орхан я могу изменить это сейчас? Все направления критичны, все требуют внимания.
Дженнифер должна понять. Она умная и рациональная. Она медсестра, знает что такое критические ситуации, когда работа требует полной отдачи.
Просто нужно время адаптироваться.
Через час я встал и выключил телевизор. Тихо прошел в спальню.
Дженнифер лежала на кровати, спиной ко мне. Не спит, я слышал ее неровное дыхание.
Разделся, лег рядом. Не прикасался, оставив пространство между нами.
— Спокойной ночи, — сказал я тихо.
Дженнифер не ответила.
Проснулся от будильника. Дженнифер уже не было в кровати, она ушла в ванную, оттуда слышался плеск воды.
Я встал и оделся. Рубашка, брюки и галстук. Приходится даже в выходной. Дженнифер вышла из ванной и сразу отправилась на кухню.
Я тоже вышел на кухню. Дженнифер уселась за стол с чашкой кофе и газетой. Не подняла головы когда я вошел.
— Доброе утро.
— Утро. — она ответила так и не поднимая головы.
Налил себе кофе, сел напротив. Между нами повисло тяжелое и неудобное молчание.
— У меня дежурство сегодня. С восьми до двух.
— Понятно.
— Вернусь после обеда. Может быть поужинаем вместе.
Дженнифер перевернула страницу газеты.
— Может быть.
Допил кофе и встал.
— Тогда увидимся позже.
Никакого ответа.
Взял ключи и вышел из квартиры.
Мы приехали в Бетесду в семь пятьдесят вместе с сонным Паркером. Elm Street, обычная позиция под дубом.
Тим О’Коннор и еще один агент, Патрик Райли, сидели в коричневом седане Плимут. Тим допивал кофе из термоса. Увидел нашу машину и помахал.
Я остановился рядом, спросил у О’Коннора через открытое окно.
— Что-то было интересного за ночь?
— Абсолютно ничего. — О’Коннор зевнул. — Восемь часов смотрели на пустую улицу. Проехали всего три машины. Ни одной синей.
— Хорошо. Идите домой, отдыхайте.
О’Коннор кивнул и потянулся.
— Удачи. Надеюсь ваша смена будет интереснее.
Они уехали. Мы остались с Паркером.
Я взял бинокль и привычно навел на дом 1247. Все спокойно. Черный седан маршалов у ворот, шторы закрыты.
Восемь ноль ноль. Радио зашуршало.
— База вызывает Наблюдателя Один. Проверка связи.
Взял радио.
— Наблюдатель Один на позиции. Обзор чистый, активности нет.
— Принято. — я узнал голос Томпсона.
Следующие шесть часов тянулись медленно. Жара поднялась до девяноста градусов к полудню. Рубашка прилипла к спине, Паркер открыл окна машины, но толку мало ветра нет, воздух как в печи.
Девять тридцать. Доставка газет. Десять пятнадцать. Сосед выгуливал собаку. Одиннадцать сорок. Почтовый фургон.
Никаких синих фордов. Никакой подозрительной активности. Паркер отчаянно зевал.
Четырнадцать ноль ноль. Радио снова захрипело.
— База вызывает Наблюдателя Один. Смена завершена.
— Наблюдатель Один принял. Еду в офис. Сэр, вы будете на месте, есть одна мысль посоветоваться?
Томпсон помолчал.
— Да, буду.
Завел двигатель, выехал с Elm Street. Мы поехали в Вашингтон.
Приехали в офис в три часа дня. Воскресенье, здание почти пустое. Паркер уехал домой, а я поднялся на третий этаж.
В офисе никого нет. Томпсон сидел в своем кабинете, дверь открыта. За столом также сидел Роберт Холмс, начальник отдела организованной преступности. Массивный, лысеющий, лицо серьезное. То что надо, они оба мне нужны как раз.
— Митчелл, входи. Закрой дверь.
Я вошел, закрыв дверь и сел.
Томпсон закурил сигару.
— Неделя наблюдения за Манчини. Ноль результатов. Киллер не появился.
— Да, сэр. Пока тихо.
— Слишком тихо. — Холмс наклонился вперед. — Мои информаторы говорят что мафия не отказалась от плана убить Манчини. Заказ активен, деньги предложены. Но киллер не действует.
— Может быть ждет удобного момента, — сказал я. — Изучает обстановку и планирует.
— Или знает что мы организовали засаду, — возразил Холмс. — Профессионал чувствует ловушку. Видит слишком много агентов, слишком сильную защиту. Не рискует.
Томпсон затянулся сигарой.
— Что ты хотел предложить, Митчелл?
Я помедлил мгновение.
— Сэр, если киллер не придет к Манчини, нужно заставить его прийти. Создать ситуацию где он не сможет ждать.
— Как? — спросил Томпсон.
— Сделать вид, что он будет выступать в суде. Это возможно сэр? — я посмотрел на Холмса.
— Да, можно изменить график. — Холмс открыл папку. — Манчини должен давать показания четырнадцатого октября. Предварительные слушания, суд округа Колумбия. Мы можем распространить слух что дата изменилась. Показания перенесены на пятнадцатое августа. Через две недели.
Томпсон мгновенно понял план.
— Срочность. Если мафия думает что показания будут через две недели, у киллера не останется времени ждать. Он должен будет действовать быстро.
— Именно. — я кивнул. — Плюс мы можем создать утечку информации. «Случайно» сообщить где Манчини будут перевозить в суд. Слить маршрут, время и транспорт.
— Спровоцируем атаку на конвой? — спросил Томпсон.
— Да. Но конвой будет пустой. Вместо Манчини будет загримированный агент. Он будет выглядеть как Манчини, но на самом деле это будет наш человек. Когда киллер атакует, мы возьмем его.
Холмс добавил:
— У меня есть агент похожий на Манчини. Джозеф Ламарка, сорок два года, итальянец, такого же роста и телосложения. Профессиональный гример может сделать его Манчини за час.
— Рискованно, — сказал Томпсон. — Если киллер профессионал, может распознать подмену.
— Может. Но может и не распознать если все сделаем правильно. — я наклонился к столу. — План такой. Во вторник, послезавтра, распространим слух что Манчини переводят в федеральный суд на предварительные слушания. Маршрут будет идти от его дома в Бетесде до здания суда на Constitution Avenue. Отъезд в девять утра. Только вопрос, как лучше распространить слух?
Холмс усмехнулся.
— У нас есть свой человек в семье Гамбино. Работает на нас, но мафия его не подозревает. Мы сольем информацию через него, что Манчини перевозят во вторник утром. Информация дойдет до верхушки за день.
— Киллер получит заказ к вечеру понедельника, — продолжил Томпсон. — Во вторник утром организуем конвой. Три машины: две машины эскорта маршалов, одна с ложным Манчини в центре. Агент Ламарка под гримом будет сидеть на заднем сидении, рядом два маршала. Все будет выглядеть как настоящий конвой.
— А настоящий Манчини?
— Остается в безопасном доме. Даже не узнает о нашем плане. — Холмс закрыл папку. — Конвой едет медленно,
