Фантастика 2025-40 - Ольга Ярошинская
Едва заслышав воинственные крики Ронды, Верлим буквально впился в нее взглядом, и глаза его загорелись удивленным восхищением. Все время, пока процессия шла к Столбам Скорби, король безотрывно смотрел на храбрую гномку.
Та, увлеченная битвой, некоторое время не замечала идущих нам навстречу соплеменников, а когда, наконец, увидела, отскочила от голема и с восторгом вытаращилась на повозку.
Шествие остановилось, король, забыв степенность, спрыгнул на землю и поспешил ко мне с протянутыми руками. На лице его сияла улыбка.
— Рокот, друг, как же я рад тебя видеть!
— Ваше величество!
Мы обнялись, потом Верлим перешел в объятия Элмера (которому был буквально по пояс), Сереги, Верхового, Маруси, других друзей и знакомых. Но нет–нет да и косился на Ронду. Вернувшись ко мне и проницательно глядя из–под кустистых бровей, он спросил:
— Что случилось?
Элмер коротко описал ситуацию, и король коротко кивнул.
— Ясно. Что ж, здесь вы в безопасности. Всех устроим, накормим, обогреем. Да что говорить, руки нам нужны. Дел невпроворот.
Все это время големы спокойно стояли рядом, никого не трогая. На мой удивленный вопрос Верлим махнул рукой.
— А, они теперь нам служат. Много чего поменялось, потом расскажу. Вон, даже Столбы Скорби теперь Сияющими Вратами кличут.
Он повернулся к повозке и крикнул:
— Давайте нашу фирменную!
Гномы у обоза засуетились и с бутылями, наполненными какой–то мутью, бросились к нам.
— Пей–пей, не бойся, — ухмыльнулся Верлим, когда мне протянули кубок с искрящимся напитком. — Настояно на горных травах и ягодах, тебе понравится.
Я сделал большой глоток. Вкусно. Терпкая жидкость обволокла горло, пузырьки ударили в нос, в голове появилась ясность. Тут же пропищал наруч, сообщая, что бодрость поднялась до максимума.
— Ух! — выдохнул я, вытирая губы тыльной стороной ладони. — Еще бы так же сытость подправить.
— Само собой, не буду же я друзей голодом морить. Но чуть позже, — с хитрющей улыбкой произнес гном.
— А Лекс чего не пришел? — поинтересовался я.
— Здрасьте, — фыркнул Верлим. — Как мы в горы прилетели, он сразу же и умотал.
— Куда?
— К своим любимым зенолам, даже на день не захотел остаться.
— Мне кажется, или ты ревнуешь? — усмехнулся я.
— Какая ревность? Я очень даже благодарен черногубым. Без их помощи мы ни за что не успели бы найти тело Фимруна в отведенное время. И пророчество не сбылось бы.
— Ну, тогда за дружбу народов Гор Безмолвия, — я поднял кубок и допил чудесную гномью настойку.
— Согласен, мир всегда лучше. — Верлим повернулся к Ронде и важно спросил: — Ну, а ты кто такая, храбрая воительница?
Прожженная фальшивомонетчица покраснела до ушей и присела в неловком реверансе. Было понятно, что она не в состоянии произнести ни слова, пришлось немного помочь.
— Самая добрая и щедрая гномка на всем Синеусе.
Ронда не с обратила внимания на мою иронию, а король серьезностью ответил:
— Вижу.
— Бросилась мне помогать, едва увидела твой перстень.
— Я же говорил! — просиял Верлим. Он оглядел толпу гостей и улыбнулся. — Ну что ж, друзья, добро пожаловать в Хорнгальд.
Охранники, с любопытством поглядывая на Ронду, развернулись и двинулись в обратном направлении. В коляску Верлим не сел, предпочтя усадить в нее усталых детей. Сам же шел рядом с нами и слушать новости.
Минут через пять послышался сильный стук. Звук усиливался, и вскоре стал почти невыносимым.
— Что это? — проорал Володька.
— Увидишь, — подмигнул в ответ Верлим.
Оказалось, гномы расширяют тот самый проход, где раньше ветер гулял, как в аэродинамической трубе. Подойдя ближе, я слегка опешил: там стояли несколько големов и раскачивали огромное бревно с острыми металлическими наконечниками. Оно свисало на цепях с непонятного механизма и с оглушительным грохотом долбилось то в одну скалу, то в другую. Куски породы катились вниз, засыпая Каменных Гигантов, те выбирались и снова возвращались к работе.
Надо сказать, толк от этого явно был: теперь в проходе чувствовался лишь легкий сквознячок, ни в какое сравнение не идущий с тем ветродуем, что встретил нас здесь в прошлый раз.
Завидев толпу, големы прервали свое занятие и отошли. Мы смогли пройти вполне комфортно. Но едва миновали проход, как нас снова догнали звуки ударов бревна о скалы.
Вскоре мы дошли до статуи Зордана Великого. Конечно, в другое время она вызвала бы восхищение и ажиотаж, но сейчас нам было не до этого. Лишь кто–то, проходя мимо, со вздохом сказал:
— Эх, был бы такой герой в Треглаве, никогда не отдали бы город.
Верлим, явно расстроенный нашим равнодушием, при этих словах засиял от гордости. Заметив, как он раздувает щеки, Маруся кинула на меня лукавый взгляд.
— Как ты сумел усмирить големов? — спросил я, когда статуя осталась позади.
— Это не я, — скромно ответил король. — Дух Гор, заметив наше рвение, великодушно вернул нам Кирку Удачи и дал Каменных Гигантов в услужение. Теперь все будет по–другому, вот увидишь. Королевство гномов расцветает на глазах. Жаль, конечно, что темные захватили Синеус, но сюда им не добраться. Здесь вы будете в безопасности.
Я с сомнением покачал головой. Нет, вечно прятаться — это не дело. Нужно сразиться с силами Утреса и победить. Только сначала требуется разобраться, что вообще происходит.
Два часа спустя мы, наконец, прибыли в Хорнгальд. И я не узнал каменный город. Исчезли валявшиеся в пыли кости, сломанное оружие и игрушки, не трепетали больше на ветру навесы заброшенных лавок. Теперь он напоминал огромную стройплощадку. Повсюду высились леса, по веревочным лестницам шустро ползали гномы, големы, вращая странные механизмы, поднимали и опускали вдоль склона люльки.
Со всех сторон слышался стук молотков, визжащие пилы поднимали облака пыли, а мастера со знанием дела подновляли орнаменты, выпрямляли покосившиеся колонны и статуи, выбивали новые и ровняли старые ступени бесконечных лестниц. Но больше всего удивили оплетающие скалы лианы с крупными белыми бутонами. Зачем они Верлиму? Кругом такая беда, мир рушится, а он цветочки разводит. Лучше бы подумал об обороне. Конечно, в горах сила Утреса не действует, но как знать — вдруг люди и неписи темного войска надумают нагрянуть в королевство.
От снующих туда–сюда гномов мелькало в глазах, шум и гам со всех сторон закладывал уши, големы оставляли за собой столбы пыли. Да,
