Таривердиев - Анна Михайловна Ветлугина
Совершенно измучив несчастных певцов, Таривердиев принялся их хвалить – так же чрезмерно, как раньше ругал. Галина и Сергей впали в транс, но это неожиданно дало им ту самую свободу, которая так необходима для настоящего артиста. Все прошло с огромным успехом, в этой передаче лучших выбирали зрители, и на первом месте оказался дуэт Бесединой и Тараненко…
Несмотря на абсолютную победу, Микаэла Леоновича мучила совесть. Эксперимент был жестоким, и дело могло закончиться очень плохо. Таривердиева утешала лишь мысль о том, что у него не было выбора. Передача-то уже стояла в плане, и отвечать за провальное выступление пришлось бы ему, так что на кону стояла его профессиональная репутация. Но более всего пострадали бы сами начинающие музыканты – их вряд ли бы уже позвали во второй раз.
Впрочем, если мы обратимся к книге Микаэла Леоновича, то найдем там несколько похожих историй с другими певцами. Например, с Еленой Камбуровой. Она раздобыла телефон композитора, позвонила и сказала, что хочет с ним работать, и снова Таривердиев согласился. Начинающая певица пришла со своей пианисткой, и выяснилось, что гостья не знает нотной грамоты. Даже это не остановило Микаэла Леоновича. Как и нетвердая певческая интонация Елены. «Как только я отпускал руки, она могла спеть фальшиво», – вспоминает Таривердиев. Восемь месяцев ежедневных занятий – и Микаэл Леонович стал брать Камбурову в свои концерты, где она вызывала неизменный восторг у публики.
Такой же путь прошло и знаменитое трио «Меридиан». Композитор случайно услышал ансамбль студентов Химико-технологического института на песенном фестивале в Ташкенте. Они обратили на себя внимание не только исполнением, но и репертуаром – «Попутной песней» Михаила Глинки. На этот раз предложение о работе поступило от самого композитора. КПД коллектива оказался очень высоким, времени на проект ушло меньше, чем обычно, – всего-то три месяца ежедневных многочасовых занятий. И программу ребята подготовили большую. Как всегда, обучение шло негладко, где-то посередине между восторгом и отчаянием.
И, как всегда, работа с Таривердиевым стала для начинающих музыкантов путевкой в жизнь. В июне 1981 года «Меридиан» завоевал первую премию на Всесоюзном конкурсе молодых исполнителей советской песни в Днепропетровске. Чуть позднее фирма «Мелодия» выпускает большую пластинку «Трио “Меридиан” поет песни Микаэла Таривердиева». Потом начинаются записи на радио и телевидении, съемки в кино, поездки во Францию…
Работа с Пугачевой и Кобзоном стоит где-то рядом. «Путевкой в жизнь» Микаэлу Леоновичу они, конечно, не обязаны, но песни, записанные под его руководством, стоят в их творчестве особняком и являются бесспорными шедеврами.
Все эти истории объединяет одно: Микаэл Леонович находил в исполнителях что-то новое, самим им совершенно несвойственное, и вытаскивал на свет – с огромным трудом, болью и кровью.
Можно ли назвать подобную работу педагогической? Скорее нет, чем да. Задача педагога в творческих профессиях – максимально широко раскрыть талант ученика, научив его как можно большему количеству навыков, которые позднее засияют разными гранями одного большого мастерства. Но Таривердиев в своей работе, наоборот, ограничивает ученика, заставляя его отказываться от многих своих умений… Возможно, его деятельность можно назвать больше продюсерской, чем педагогической, когда в исполнителе видят не личность, а потенциальный конечный продукт. И тогда при работе с артистом действительно нужно не всесторонне развивать его, а безжалостно отсекать лишнее.
Без продюсера Эдит Пиаф осталась бы обычной уличной певицей. Именно Раймон Ассо убрал из ее голоса, а также манеры одеваться и вести себя то лишнее, что удешевляло ее образ. Он даже прописывал памятки для каждой песни: где нужно добавить хрипотцы, а где ноты должны остаться абсолютно чистыми.
Нельзя здесь также не упомянуть «The Beatles». Вид и звучание легендарной ливерпульской четверки поначалу были очень далеки от своего классического варианта. Рождением своего имиджа, принесшего миллионы поклонников, они обязаны сразу двум продюсерам – Джорджу Мартину и, конечно, Брайану Эпстайну. Первый ознакомился с демозаписями молодого коллектива и задумался, из кого делать звезду. Отсутствие ярко выраженного фронтмена навело его на гениальную мысль – это будет многоголосный ансамбль. Идея придала свежести и новизны, но в ней также оказалась заложена ненавязчивая традиционность, она навевала мысли о спиричуэл. Проект сразу стал многомерным.
Брайан Эпстайн, хозяин магазина виниловых пластинок, узнал о существовании квартета, когда о нем стали спрашивать покупатели. Как настоящий делец, он тут же узнал, где ребята выступают, и пошел на их концерт. Вот его первое впечатление от «The Beatles»: «Весьма неопрятные и не очень чистые. Исполняя песни, парни курили, ели, разговаривали и в шутку обменивались тумаками. Они поворачивались к публике спиной, переругивались с посетителями клуба и смеялись над собственными шутками. Но они, совершенно очевидно, вызывали колоссальное возбуждение. Казалось, от них исходит какой-то магнетизм. Я был покорен».
Красноречия Брайана хватило на то, чтобы эти не вполне отесанные парни согласились слушаться его советов. Как и Раймон Ассо, он выстраивал каждый звук и жест своих подопечных. Научив их правильно подавать свою собственную музыку, Брайан Эпстайн задействовал все свои связи и помог ребятам записаться в престижной студии. Затем представил их миру и покорил этот мир.
Великих продюсеров на свете не так уж много, но в их работе прослеживаются общие моменты. Да и в целом задачи продюсера вполне можно четко сформулировать, хоть это и многоплановая неоднозначная профессия. Хороший продюсер тот, кто сможет предсказать, что именно будет хорошо продаваться, и поможет своим артистам достичь этого коммерческого идеала.
Ничего подобного и близко не найти в мотивации Таривердиева. Начать с того, что он «делал» исполнителей не только для себя. То же самое трио «Меридиан» исполняло произведения других композиторов, например Александры Пахмутовой. А замечательный советский хит «Прекрасное далеко» и вовсе был создан Евгением Крылатовым специально для «Меридиана». Но главное – Таривердиев, как многие большие композиторы, никогда не занимался обслуживанием публики. Даже работая в кино, он никогда не превращал свою работу в халтуру для зарабатывания денег, а, наоборот, старался дотягивать любые жанры до планки высокого искусства.
А поиск и постоянное «делание» начинающих артистов было нужно ему как воздух для того, чтобы выражать смысл той сложной утонченной поэзии, на которую он писал свою музыку. Для этой цели не годились ни эстрадные звезды, ни оперные дивы. Здесь все могло быть только штучно, никакой «фабрики звезд». Одна робкая, но свежая интонация могла открыть целый мир смысла – сияющий и прекрасный. Это, несомненно, стоило долгих часов работы и огромных эмоциональных затрат. Нереализованные или не до конца реализованные замыслы не давали ему жить. Поэтому нет ничего странного в той готовности, с которой знаменитый композитор бросался в омут новых и новых проектов с начинающими
