Хлорид натрия - Юсси Адлер-Ольсен
Второй экран тоже начал мигать, в то время как на первом кто-то спотыкался у бассейна, а кто-то другой на гидроцикле приземлялся на сушу, падал и едва не ломал шею. Затем на втором экране появилась серия записей.
— Ты тоже знаешь, что это, Гордон? — спросил Карл, кивая в сторону экрана.
— Да. Я даже знаю эту конкретную серию. Это парень по имени Джонни Ноксвилл из знаменитого шоу «Чудаки», где участники всегда сильно калечат себя. В этой серии Ноксвилл делает всякие идиотские и глупые вещи — ему распыляют перцовый баллончик в глаза, бьют электрошокером. В клипе, который мы сейчас смотрим, его сосок кусает маленький крокодил, а потом в его машину врезается другая машина. Это полное безумие.
Карл фыркнул.
— Какого черта Рагнхильд Бенгтсен это заводило? И зачем она прятала это в самом конце в остальном пустого DVD? Разве это не общедоступные телепередачи, даже если они безумные?
Ассад пододвинул к нему стакан чая.
— Почти без сахара, — пообещал он, указывая на экран. — Думаю, она пыталась это скрыть.
Карл взял чай и снова повернулся к экранам.
— Это отвратительно, — простонал Гордон, и Карл не мог не согласиться.
На обоих экранах телешоу сменились записями, которые ни в коем случае нельзя было назвать безобидными. На одном экране одна за другой следовали серьезные аварии, а на другом — реальные записи жестоких нападений и убийств. Записи были нечеткими, но не оставалось сомнений в том, что на них изображено. Самые яркие моменты групповых нападений с дубинками, мужчины, наносящие удары ножом в спину, выстрелы в толпу, массовые убийства в школах, полицейская жестокость.
— Выключи эту мерзость, Гордон, — воскликнула Роза.
Ассад ничего не сказал. О чем он сейчас думал?
— Ну что ж. Теперь у нас есть доказательство того, что Рагнхильд Бенгтсен была абсолютной психопаткой, — продолжила она.
— Что, черт возьми, могло заставить ее собирать эту дрянь? — Гордон был теперь бледен как полотно.
— Я думаю о ее постерах с фильмами, где все герои вершат правосудие своими руками. И даже если эти клипы более жестоки, по сути, это то же самое, — сказала Роза. — На данный момент она зашла так далеко, что сама делает это в крайней степени, как и Табита. Но какова связь между ними? Она ответит на этот вопрос, когда мы сможем ее найти.
Карл кивнул и отпил чая. Он прочистил горло и попытался не закашляться. Затем он сглотнул, снова прочистил горло и зашелся кашлем. Все похлопали его по спине, но стало только хуже. Через минуту он отдышался и посмотрел на Ассада затуманенными слезами глазами.
— Урр, Ассад! Лучше бы я пил с сахаром. Что ты туда положил?
— Немного имбиря, Карл. Берешь целый корень имбиря, трешь в чайник и даешь настояться час, а потом разогреваешь. Говорят, это полезно.
Карл кивнул.
— Ладно. Но сделай одолжение, предупреждай меня в следующий раз, Ассад. — Он повернулся к Розе. — Да, мы бы хотели услышать ее ответ, но Рагнхильд Бенгтсен не сможет ответить ни на какие вопросы.
— Почему? — спросил Гордон.
Карл нашел на своем телефоне фотографию изуродованного тела женщины и передал его Гордону.
— Вот почему! — сказал он и увидел, как последний оттенок цвета исчез с лица Гордона.
26 МАУРИТС
Суббота, 12 декабря 2020 года
Еще не достигнув тридцати лет, Мауритс ван Бирбек сколотил немалое состояние на реалити-шоу. Он начинал как мелкий агент по кастингу, затем стал сценаристом и, наконец, основав собственную компанию Unbelievable Corporation, превратился в разработчика концепций и выпустил множество шоу, которые могли заставить большинство людей разинуть рот от возмущения.
Но у Мауритса не было моральных угрызений совести по поводу того, как он зарабатывал на жизнь. Пока существовали телеканалы, готовые инвестировать в его идеи, в чем проблема? Да, его католическая семья в Роттердаме бушевала и предупреждала, что он будет гореть в аду, но он эффективно решил эту проблему, разорвав с ними всякие связи и переехав в Данию. По правде говоря, ему было наплевать.
Его домашняя жизнь тоже не создавала никаких проблем в отношении профессиональной, потому что они со второй женой, Викторией, познакомились на съемочной площадке одного из ранних шоу Мауритса, «Четыре номера в отеле». Уж она точно не возражала демонстрировать эффект своего секса на мужчинах. Напротив, Виктория и девушки были рады, что деньги продолжают поступать и что их дом в Гаммель-Хольте расположен недалеко от конюшни. Это была жизнь с друзьями из высшего общества в кашемире, подогреваемыми бассейнами и домашними кинотеатрами в подвале. Чего еще можно желать?
В определенные периоды в голове Мауритса крутилось столько идей для телешоу, что он едва успевал. Поэтому, возможно, не так уж странно, что разработка нового реалити-шоу каждый год одновременно истощала его и придавала сил. Во всяком случае, его успех было не игнорировать, и его усилия окупались с лихвой. И когда «Что делать с пьяным матросом» достигло вершины телевизионных рейтингов в двадцати пяти странах, Мауритс решил, что его компания должна стремиться стать крупнейшим в мире разработчиком концепций реалити-шоу. Поскольку он еще не достиг этой цели, несмотря на популярные шоу, такие как «Реальная тюрьма», «Пантеры и юнцы», «Кто следующий на диване?», «Рай или ад» и, совсем недавно, «Неужели она это сказала?», Мауритс знал, что он еще не разработал идеальное шоу.
Лишь когда COVID-19 сжал весь мир в своих беспощадных тисках, Мауритс наконец придумал идею, которая, скорее всего, позволила бы ему превзойти прибыль любой производственной компании в мире.
Она называлась «Кто умрет первым?», и список соответствующих участников был бесконечен: солдаты, отправляющиеся на войну, неизлечимо больные пациенты в онкологическом отделении, целый жилой район, где бедные люди живут слишком тесно, давая коронавирусу зеленый свет. Такое шоу могло бы вблизи следить за группами людей и сталкивать участников или их близких друг с другом, осложняя жизнь тем, кто наиболее уязвим. А если последним пятерым пообещать огромное денежное вознаграждение, борьба за выживание станет еще более ужасной. И это даст Unbelievable Corporation возможность постоянно разрабатывать новые темы и целевые группы, где ставкой в реалити будет только то, кто умрет первым и в каком порядке остальные последуют за ним.
Чем больше Мауритс думал
