Загадка тихого озера - Дарья Александровна Калинина
Ночь она провела так себе. Спалось плохо. Оля прислушивалась к каждому ночному шороху, надеясь, что это Слава. Но того все не было.
Утром, убедившись, что за ночь в количестве обитающих в доме живых душ не произошло никаких изменений, Оля в который уже раз набрала знакомый номер, услышала, что абонент не абонент, и отправилась за советом к подругам. Калачик последовал за ней. Чувствовал, что хозяйка в растрепанных чувствах и нуждается в его поддержке.
Дома у Светланы вкусно пахло свежими сливками, ванилью и цедрой. Она была одна. Катя все-таки уехала с Андреем Георгиевичем в город, ей сегодня предстояли смотрины у потенциальной свекрови. И в ее отсутствие Светлана позволила себе немного ослабить режим.
— Рисовый пудинг! — известила она Олю с Калачиком, едва те переступили порог. — Самый лучший завтрак в мире! Угощайтесь!
Пудинг в исполнении Светланы и впрямь был хорош. Он был нежным, воздушным, а сверху прикрыт аппетитной запекшейся карамельной корочкой. Оля попробовала ложечку и зажмурила глаза от удовольствия.
— Какой-то восторг!
Вкус был восхитительный. Одновременно нежный, сливочный и какой-то глубокий.
— Что ты сюда положила?
— Так… всего понемножку.
— Но все-таки?
— Отварной рис, сливки, сметана, творожный сыр, яйца, — нехотя принялась перечислять Светлана.
Нежелание ее раскрывать все ингредиенты в составе пудинга имело под собой опасение, что Оля догадается: рис у нее остался со вчерашнего дня, когда был сварен в качестве гарнира к отварной курочке, да не пошел. Сыр, сметана и сливки приобретались у фермера, который должен был прикатить именно сегодня со свежим товаром. А потому Светлана хозяйственной рукой сгребла все остатки из баночек и присоединила к вчерашнему рису. Туда же, в эту смесь, отправились и два треснутых яйца, которые нужно было срочно использовать. Одним словом, в пудинг отправились все продукты, которые сами по себе не имели высокого статуса. Некондиция, говоря совсем уж откровенно. И Светлане было несколько неловко, что получившееся в итоге кушанье было оценено столь высоко.
— Тут еще капля натуральной ванили и цедра с лимона.
— Очень вкусно. Можно Калачику ложечку?
Калачик тоже высоко оценил вкус пудинга. Все сладкое и сливочное вызывало в нем неизменный восторг. Песик был сладкоежкой.
Светлана налила себе в высокий стакан из тяжелого хрусталя клубничного морса. А вот Оле после жирного пудинга захотелось глотнуть горячего чаю. Его Светлана заваривала в большом пузатом чайнике, украшенном красными с золотом петухами. В качестве заварки использовались собранные Светланой летом травы. Мята, мелисса, почки березы, листья смородины и многое другое, что позволяло создавать сложные и гармоничные как по вкусу, так и по аромату смеси.
— Ну что твой Слава? — поинтересовалась она. — Вернулся к ночи?
— Я ведь к тебе как раз по его поводу и пришла. В том-то и дело, что нет! Не вернулся!
— Странно, тебе не кажется?
Оля заверила, что «странно» — это не совсем то слово, которое тут подходит. Тут требовался эпитет покрепче.
— Дед мой, он на флоте служил, сумел бы сказать. А я не могу, воспитание не позволяет.
— Так надо его искать! Что ты предлагаешь? Когда и где ты видела его в последний раз? Дома? А куда он должен был пойти потом? Ах, на озеро! Ну так и пойдем! Заканчивай с завтраком скорее. Нет, пудинг нужно доесть. Не хочу оставлять его дома. Когда приедет Катерина, чтобы даже духу его тут не осталось. Она так хорошо сбросила вес за лето. Почти полюбила сныть и ревень. Щи из крапивы даже стала есть без капризов. Нельзя допустить, чтобы все пошло насмарку из-за какого-то несчастного пудинга.
— Но я больше не могу ни кусочка.
— Я тоже. Будь другом, забери остатки с собой. Может, Слава найдется, его и угостишь. Пудинг ведь хорош и в холодном виде тоже.
Калачик прекрасно разбирался, о чем идет разговор. Он сверлил свою хозяйку пристальным гипнотизирующим взглядом. Ну, соглашайся! Чего ты ломаешься? Возьми пудинг и неси его к нам домой! Уж там я о нем позабочусь! Пудинг благополучно прибыл на место, где был помещен в холодильник. И Калачик занял сторожевой пост возле его двери.
Вообще, сторожем Калачик был еще тем. Никогда не убивался на этой ниве. Но сейчас песик прочно уселся перед дверью холодильника, не сводя с нее глаз. Калачик всегда поступал так, когда в холодильнике находилось что-нибудь по-настоящему ценное для него. Например, кастрюля с гороховым супом, сваренным на ароматных копченых ребрышках. Или жирненькая соленая скумбрия, без головы, но зато задорно блестящая из глубин холодильника своим золотистым брюшком.
Пудинг Светланы был признан Калачиком равноценным деликатесным блюдом, стоящим того, чтобы его старательно охранять.
Глава 3
На берегу озера, когда подруги туда добрались в поисках затерявшегося Славы, было уже много народу. Ведь и сегодня соревнования у рыбаков продолжались. И на второй день соревнований желающих в них поучаствовать было ничуть не меньше, чем в первый день. К немалому удивлению подруг, на соревновательной площадке мелькало большое количество женских лиц. И ладно бы все они явились сюда в качестве зрительниц, так нет же, больше половины участников были представлены женским полом.
Светлана с завистью смотрела на участниц, а потом сказала:
— Мы с вами, девочки, чего-то в нашей жизни упускаем. В следующем году тоже запишемся на участие в соревнованиях.
— А ты умеешь?
— Чего тут уметь-то? Дело нехитрое.
— Не знаю, Слава мне рассказывал, там, напротив, всякие хитрости и трюки знать нужно.
— Понятно, как во всяком деле. Но время до следующего соревнования еще есть, подучимся.
— Подучимся? Ты и мне предлагаешь участвовать?
— И тебе, и Кате. Призовой фонд у них, как я слышала, очень солидный. В этом году победителю дарят эхолот.
— А зачем он нужен?
— С его помощью под водой можно увидеть все что захочешь.
— Я спрашиваю, тебе-то он зачем?
— Когда на Ладогу пойдем, так все рыбные косяки наши будут.
— На Ладогу!
Было ясно, что Светлана всерьез заболела своей идеей. И так просто идею не оставит. От величины предстоящего им приключения Оля временно даже потеряла дар речи. Пока она выравнивала дыхание и мысленно репетировала то, что скажет Светлане, ее подруга уже увидела в толпе кого-то из знакомых и ринулась туда.
— Петр Филиппович, — услышала Оля звонкий голос подруги. — Вот хорошо, что мы с вами встретились. Вы-то мне и нужны. А как ваша «Гортензия»? Она ведь по-прежнему на плаву?
Услышав, как Светлана выцыганивает у их хорошего знакомого его лодку, Оля густо покраснела. Еще
