Принцесса, подонки и город тысячи ветров - Анна Ледова

Сзади наседал Коста, что-то громко и убедительно доказывая кейре, ему вторил Эрланн.

Неважно.

Кейре не обязан знать всех монов из дальних провинций, и скорее всего фамилия Оркан ему ни о чём не скажет. Зато в прозвучавшее слово «измена» он вцепится клещом, как пить дать. Правда, в местных архивах на Орканов ничего не найдут. И даже не смогут подтвердить самого факта их существования документально, потому что тщательно собранные бумаги хранятся в надёжном месте.

Но он обязательно сделает запрос в столичный архив, а там затягивать с ответом целому кейре — королевской крови — не станут. А пока кейре Астингтон должен сделать именно то, на что я рассчитывала…

— Увести! — прозвучал резкий приказ. — Залог отменяется! Заседание переносится! Все остальные остаются здесь!

Меня резко дёрнули под локти. Алые плащи обступили со всех сторон, оттеснив моих «родственников», подняли на ноги, быстро повели…

И только в своём тюремном закутке я наконец окунулась в блаженную тишину. И только сейчас осознала, что натворила, затрясшись одновременно от слёз и от нервного смеха. А, действительно, что я такого сделала?..

Если Коста так всемогущ, то вытащит меня в любом случае, пусть бы я хоть в покушении на самого короля призналась. А мне просто хотелось обрести свободу хоть на один миг… Свободу быть собой, сбросив все налипшие маски и имена.

Даже на Дне у меня никогда не было свободы. Чем увереннее вставала на ноги, тем сильнее увязала в неписаных законах Глубины. А теперь и вовсе угодила в яму. Нет, не в эту комнатушку без окон. В другую тюрьму: у которой стен и решёток нет вовсе, но сбежать нельзя, да и некуда…

Если господин Тоткен решит по-своему и бросит рыбку с чересчур болтливым языком на произвол судьбы, то что ж. По крайней мере, закончу свой путь на дороге, которую выбрала сама.

Потому что у каждого должен быть выбор.

Возможность побыть на развилке.

Коста же предоставил мне только один путь, не дав возможности свернуть.

А я не согласна.

Коробки с ресторанной едой, принесённые фреей Арвен, даже остывшими манили своим аппетитным содержимым. Но сначала я откупорила бутыль с ягодным взваром, надолго приложившись к ней. Потом, окинув взглядом разные деликатесы, остановила взгляд на бутылке вина. Не йелленское, но тоже не дешёвое.

Раньше я даже не задумывалась, настолько сроднилась со стихией. Зато поняла сейчас, когда с этим уродливым браслетом на запястье привычный трюк не удался. Пробка не вылетела от резкого хлопка по донышку. Тогда я, безразлично пожав плечами, просто отбила горлышко о железную ножку стола. Запрокинула голову и влила в себя пару глотков, не касаясь острых краёв губами.

На голодный желудок сразу замутило. Зато перестала биться тревожная жилка на виске. Не знаю, что будет дальше. И знать не хочу. Будь, что будет… Хорошее какое вино. И крепкое.

В голове зашумело, будто малоджа, редкий в этих широтах гость, западный брат безумца-хамсина, наведался в мою мёртвую каморку. Нет, я больше не могу без своих ветров! Этот мёртвый воздух убьёт меня…

Да, Коста, наверное, я была не права… Снова совершила ошибку. Хевл с ним, Эрланном, просто скажи им снять этот браслет, верни мне мою стихию — и я сделаю всё, что ты скажешь. Этот штиль, этот мёртвый воздух… Он просто невыносим!

В какой-то момент мне стало нечем дышать. Тогда я судорожно стала глотать розовое вино прямо из отколотого горлышка, не обращая внимания на то, что оно смешалось с кровью из моих собственных порезанных губ. В надежде, что шум в голове отвлечёт, создаст иллюзию ветра. Только шум вдруг стал действительно реальным.

— Идиотка! — грубо вырвали у меня из рук спасительное питьё.

Голос был громкий, злой и неприятный; резанул по ушам. И ладно бы один, но вокруг ещё загудели фоном другие, уже не столь уверенные.

— Мон Эрланн, кейре Астингтон чётко сказал: никаких посетителей до выяснения!

— Вы отдаёте себе отчёт в том, кому это говорите? — зарычал главдеп.

— Но… усиленный режим охраны…

Захлопнулась дверь, и голоса резко оборвались. А изнутри дверь припечатали тени, охраняя каморку надёжнее любых замков.

— Что, и по вам моё признание срикошетило? — пьяно рассмеялась я. — Раз даже ваши шавки перестали слушаться самого главдепа. Получается, вы укрывали изменницу, выдававшую себя за вашу кузину… Но не волнуйтесь, господин Тоткен всё решит. Ну, если захочет… Вы ведь были хорошим мальчиком, Кристар? Конечно, хорошим, иначе не дожили бы до этого дня. А вот я плохая рыбка… непослушная…

Эрланн метнул бутылку в стену и навис надо мной, обдав волной жара. Взбешённый, злой — разве что не отвесил пощёчину, хотя уже занёс руку. Передумал. Ну да, конечно, я ведь вроде как в положении… Я захихикала от идиотизма всей ситуации.

Да, спасибо магнадзору за блокиратор. Потому что без него я бы разнесла эту тюрьму к горным хевлам, но прежде — вырезала бы свою собственную розу ветров на лице этого ненавистного мага… Если бы могла чувствовать свою стихию. Но я не чувствовала. Ни свою, ни его.

— В корзине есть вторая бутылка, — я отряхнулась от брызг и отступила от Эрланна на шаг. — Может, побудете джентльменом и откроете даме?

— Идиотка, — повторил Эрланн. Всё так же зло. Но ещё как-то… беспомощно, что ли. — Что тебе стоило помолчать ещё пару недель… Полтора месяца работы хевлам под хвост… Дура!

— А вы, можно подумать, один такой умный и своей головой живёте, — прошипела я. — Убирайтесь. Оставьте меня в покое. Вам же сказали: никаких посетителей. Вы здесь ничего не решаете… Если не хотите сдохнуть прямо сейчас.

Я незаметно придвинула ногой валявшееся на полу отколотое горлышко с пробкой. Так себе оружие. Но стекло может резать не хуже моих ветров.

Эрланн не обратил внимания ни на мои слова, ни на действия. Он что-то лихорадочно обдумывал, перебирая какие-то названия:

— Южные доки? Нет… Притоны эти ваши — из тех, что не тронули? Нет, уж магам сдадут сразу… Ради такого весь Дансвик перероют… Разве что Лардуолл, пусть и под самым носом… Да! Отсидишься там. У меня. Неделю, две — или сколько там ещё понадобится! Хевл, во всём следственном же запрет на порталы, придётся сначала выводить отсюда… Руку!

О чём он так раздражённо бормотал, я не поняла, но смысл последнего уловила. Он что, собирается вытащить меня отсюда вопреки приказу