Современный зарубежный детектив-21. Компиляция. Книги 1-18 - Лен Дейтон

Любопытство мое было возбуждено, и я ответил утвердительно. Если это был заговор, чтобы вытребовать от меня денег, для меня, конечно, лучше было знать, на чем он основывался. Мне показалось, что человек этот был удивлен, однако продолжал:

— Я только по голосам мог судить о возрасте, характере и положении разговаривавших, но слух у меня тонкий, и память никогда не изменяет. По медленному, прерывистому, тревожному голосу одного я заключил, что он человек пожилой, в затруднительных обстоятельствах и не очень совестливый; другой голос показывал джентльмена, был музыкален и вместе с тем резок, его забыть нелегко, как вы видите, сэр. Первые слова, которые я услышал, убедили меня, что слушать стоит. Их произносил джентльмен.

— И вы пришли ко мне с таким грязным делом? Какое вы смеете предполагать, что я буду слушать вас?

— А такое право, — ответил другой, — что я знаю, какие грязные дела совершали вы в вашей жизни.

Перегородка затрещала при этом, как будто кто-то наклонился вперед, но я не услышал ответа на это странное обвинение.

— Неужели вы думаете, — продолжал тот же голос, — что я не знаю, откуда взялись пять тысяч долларов, которые вы мне дали на первую спекуляцию? Я это знал, когда их взял, и если бы операция оказалась неудачна, вы не занимали бы теперь такое положение. Эти деньги вы взяли из суммы, вверенной вам, это не был подарок родственника, как вы уверяли меня.

— Великий Боже! — воскликнул другой после молчания, — и вы…

— Это обсуждать мы не станем, — перебил другой, более грубый голос. — Вам нужен был стартовый капитал, чтобы положить начало, чтобы стать успешным человеком, вы этого достигли. Я никогда не беспокоился о нравственности, не стану делать этого и сейчас. Только когда вы говорите, что не поможете мне в том, что может удвоить мой капитал, потому что это кажется вам грязным, я напоминаю вам то, что я знаю о вас, и не вам говорить мне о добродетели.

— Я справедливо наказан, — произнес другой, — и мое сегодняшнее положение является достаточным искуплением всех моих предыдущих деяний.

— Вы сделаете то, о чем я вас прошу? — спросил другой, не обращая внимания на эти слова.

— Нет, — было категоричным ответом, — если я не идеален, это не означает, что я должен вступать на путь обмана. Я дам вам денег, как давал уже много раз, но не стану помогать плану, который может навлечь на меня бесславие. Не будь вы со мной в родстве…

— Вы поможете мне, — продолжал другой, — вы отвергаете мой план только потому, что знаете, что у меня нет прямых доказательств. Но, я найду…

— Нет, — перебил тот резко, — вы уйдете отсюда и не станете компрометировать ни меня, ни себя. Вы не должны напоминать мне о прошлом. Я давно начал новую жизнь, жизнь честную и чистую. Не только мое собственное счастье, но и счастье дорогой вам особы зависит от того, чтобы я продолжал вести подобную жизнь и дальше. Если вам нужно несколько тысяч долларов, для того чтобы уехать отсюда, скажите, но никогда не берите на себя смелость оскорблять меня подобными предложениями.

— И тот малодушный человек, сэр, ничего больше не сказал богатому и уважаемому, который не позволял даже и намекать на его вину. Но я был любопытен и принял намерение разыскать этого человека и разузнать в чем дело. К несчастью, я слишком заботился о том, чтобы остаться незамеченным, и не вышел из чулана, пока разговор не был кончен, так что опоздал и не мог узнать этих людей в числе уходивших из ресторана. К счастью, я никогда не забываю голосов, кроме того, один из собеседников произнес необычную фразу, в ответ на какую-то очередную угрозу пожилого человека, и ту же самую фразу произнесли и вы час тому назад. «Такие пустячки не удержат меня».

Я узнал ваш голос, а когда услышал ваше высказывание, понял, что наконец нашел того, кого так долго искал.

— Дядя, в жизни происходят события, изменить которые мы не в силах. Со мной случилось именно такое. Я оказался в тупике. Опровергать обвинения было бессмысленно. Я чувствовал, что ядовитая змея обвила меня своими кольцами, и не знал, что лучше: бороться или просто покориться. Человек этот заметил, какое впечатление произвел на меня, и самодовольно сложил руки на груди. Его взгляд напоминал взгляд голодного волка, но он был готов ждать так долго, сколько это было необходимо.

— Ваша история абсолютная выдумка, — сказал я наконец, — я всегда был честным человеком; и продолжаю таким оставаться и по сей день.

— Так вы хотите, — сказал он, чтобы я повторил эту историю одному из директоров вашего банка?

Я посмотрел на него, он встретил мой взгляд с холодной небрежностью, показывавшей твердое намерение. Я окинул глазами его поношенное платье, растрепанные волосы и бороду.

— Да, — сказал я с усмешкой, — попробуйте.

Он тотчас выпрямился.

— Вы думаете, — сказал он, — что имеете дело с обыкновенным авантюристом, что моя внешность не внушит доверия вашему руководству, и такого оборванца, как я сейчас же вытолкают взашей. Мистер Сильвестер, я беден, но не глуп. Когда я вышел из ресторана на Дейской улице, двадцать пятого февраля, два года тому назад, у меня в кармане лежал запечатанный конверт, в котором лежала бумага, где было написано все, что я слышал в тот день. Этот конверт я отнес в контору стряпчего, и так как в то время у меня были деньги, я убедил его оставить у себя на хранение этот документ, содержание которого он не знал. И это засвидетельствовал, по моей просьбе, господин, находившийся у стряпчего, и что удивительно — этот господин оказался директором того банка, где вы служите теперь кассиром.

— Как его зовут? — спросил я.

— Стьюйвесант! — вскричал незнакомец, устремив на меня твердый взор.

Я встал, мне нужно было время, чтобы подумать и посоветоваться с вами. Я только остановился, чтобы сказать ему:

— Вы человек предприимчивый и изворотливый. Ваша предприимчивость могла бы помочь вам заработать на кусок хлеба, но ваши дурные качества приведут вас или в тюрьму, или на виселицу. А о себе я еще раз повторю, что всегда был честен, как бы вы ни уверяли меня в обратном. Может быть,