Невеста криминала - Маша Драч
— Дэн, — пытаюсь собраться с мыслями, но они расползаются кляксами по разным угла моего сознания.
— Бросить меня по переписке! Серьезно? Да, что с тобой не так, Алмазова?! Я вокруг тебя и так и эдак, а ты только жопой крутила и на сухом пайке меня держала! А теперь тупо бросила?!
Я всё еще не рискую прижать телефон к уху, иначе у меня точно лопнет барабанная перепонка. Раньше я для Дениса была Ясей. Мне нравилось это сокращение. Оно такое нежное. Но теперь я вряд ли его услышу. Не после того, что сделала.
Денис во многом прав. У нас до сих пор не было нормальной близости, только много поцелуев и откровенных прикосновений. У него уже были девушки до меня, соответственно есть и опыт. А я… Я просто еще не почувствовала, что по-настоящему готова переступить эту черту. Для меня важна эмоциональная связь. Я просила Дениса подождать, он согласился, а теперь обвиняет.
С другой стороны, я могу его понять, он очень обижен на меня и сейчас весь на эмоциях.
— Дэн, послушай, пожалуйста, — пытаюсь вставить хотя бы слово, но он меня не хочет слушать.
— Если это такая стратегия, чтобы я подольше побегал за тобой, то она нерабочая, Алмазова! Бегать я за тобой больше не буду. И на твою девственность молиться тоже не стану. Не думай, что пацану охренеть как хочется быть первопроходцем. Больше гемора, чем кайфа. Так что мне пофигу. Таких как ты у меня сотни, а ты со своими тараканами вряд ли себе нормального мужика найдешь.
Денис сбрасывает вызов.
Я останавливаюсь посреди просторной светлой гостиной с панорамными окнами и чувствую себя так, словно… словно меня только что щедро облили помоями.
Когда я составляла текст своего сообщения, взвешивала каждое слово. Стирала и набирала по новой. Я не хотела обидеть Дениса, хотя мое решение само по себе уже оскорбительное. Не хотела, чтобы Денис искал в себе проблему.
А он и не искал.
Судя по его тираде, вся проблема заключается только во мне. Впрочем, так оно и есть. Но я всё-таки надеялась, что Денис меня поймет или как минимум не станет оскорблять.
В груди начинает неприятно тянуть, а в переносице — жечь.
От того, чтобы провалиться в бездну жалости к самой себе меня спасает уже знакомый щелчок входной двери.
Я резко оборачиваюсь. Чувствую себя в этот момент надрессированной собачонкой, которая увидела заветную включенную лампочку.
Холодильник еще забит под завязку. Я не нуждаюсь в продуктах. Вряд ли Зима привез новую порцию, а раз так, то… Может, он приехал с новостями? Может, мое подвешенное состояние наконец-то закончится?
Я даже немного воодушевляюсь. Разрыв с парнем — это тяжело. Но сейчас меня куда больше беспокоят проблемы моей семьи. Она для меня на первом месте.
Зима почему-то не торопится заходить в гостиную. Он с кем-то разговаривает по телефону и громко смеется. Я слышу, как со стороны кухни доносится звяканье стекла. Крепче стискиваю корпус смартфона и на носочках выхожу в коридор. Медлю и аккуратно заглядываю на кухню.
Мужчина вынимает из бумажного пакета с логотипом дорогого алкогольного бутика несколько различных бутылок.
— Да, давай на всю ночь, а там как пойдет. Сначала в сауну порулим, а дальше уже как Дым скажет.
Как только я слышу это прозвище, зачем-то отступаю назад и прижимаюсь лопатками к стенке коридора.
— Конечно, наших девочек давай. Мы к ним уже привыкли. Они знают, что и как любим, а с новыми один сплошной головняк будет. Даже для пробы не надо. Ага. Ты знаешь Дыма, он любит стабильность.
Зима снова смеется и звенит бутылками.
Не знаю, почему, но я воспринимаю его слова близко к сердцу. Меня ведь тоже в какой-то степени можно посчитать… хм… новой девочкой и головняка со мной и вправду очень много.
Гоню прочь эту дурацкую мысль и пытаюсь проанализировать услышанное без привязки к себе. Кажется, намечается какой-то праздник с… девушками и алкоголем. И куда это всё отправят? В тюрьму? Нет, вряд ли. Зима что-то про сауну сказал, а такое вряд ли можно обеспечить на месте. К тому же они собрались туда рулить.
— Лады. На связи.
Поздно спохватываюсь. Зима уже выходит в коридор и тормозит, когда видит меня.
— Подслушивала что ли? — он слегка щурится и смотрит на меня с высоты своего внушительного роста. — Крыс не любят, в курсе?
— Я не крыса, а человек. И… я бы хотела узнать, когда мне помогут с моей проблемой? — вежливо спрашиваю, стараясь не обращать внимания на грубую манеру речи Зимы.
— Ну смотри, человек, когда надо будет, тогда и помогут. Не напрягай и отвянь.
— Я просто хотела уточнить. Вы мне не даете никакой информации. Я не знаю, что думать и как мне быть.
— А ты не думай и просто будь. Несложно, правда? Когда понадобишься — узнаешь. Завязывай уже с протянутой рукой бегать.
Зима не оставляет мне ни единого шанса задать ему еще один вопрос. Он снова просто уходит.
Я стараюсь дышать чаще и глубже. На самом деле ожидание так же сильно изнуряет, как и работа. Ты варишься в своих мыслях, сомнениях. Снова и снова. Этот процесс кажется бесконечным.
Хочется крикнуть Зиме в спину, что я не бегаю с протянутой рукой, но он уже скрылся за входной дверью
Расслабься, Яра. Расслабься, блин. Чего ты ожидала, что все бросятся тебе помогать? Жди.
Я превращаю эту мысль в маленькую мантру. Методично повторяю ее про себя всякий раз, когда терпение вот-вот грозится покрыться мелкой сеткой трещин.
Возвращаюсь в гардеробную и продолжаю заниматься вещами.
Затем готовлю себе ужин. Включаю на фоне первое попавшееся видео на ютубе, чтобы хоть чем-то заполнить вакуумную тишину квартиры.
Тщательно моюсь в душе, сушу волосы и переодеваюсь в пижаму. А когда почти проваливаюсь в сон, слышу, как в квартиру буквально вваливается какой-то просто необъятный и до невозможности громкий сгусток шума.
Я уже по инерции вскакиваю с кровати. Сердце мгновенно разгоняет свой ритм, отчего в груди становится неприятно тесно.
Первые несколько секунд я не понимаю, что происходит. Аккуратно приоткрываю дверь и слышу мужской вперемешку с женским смех, болтовню, маты, шутки.
Стараясь не делать резких движений, я выхожу из спальни, аккуратно выглядываю из-за угла и вижу компанию из десяти человек.
