Современный зарубежный детектив-20. Компиляция. Книги 1-21 - Андреас Грубер

– И по сей день?

– Я не знаю. Прошло столько времени с тех пор, как у меня в детстве было домашнее животное. Большинство рано умерли.

– Почему позже вы переключились на детей? Потому что они могут лучше и интенсивнее выразить свои эмоции?

– Я не понимаю, к чему вы клоните?

– Неужели? Звери могут скулить и кричать, но не плакать, умолять и просить сохранить им жизнь. Они не могут ползать на коленях по полу… к тому же на спине десятилетней девочки проще сделать татуировку.

– Это верно.

– Вы потому очарованы видением Данте, что все еще ощущаете в себе этот злой жар?

– Меня завораживает тонкая грань между жизнью и смертью.

– Почему именно татуировки?

– А почему нет? Скажите мне! Вы ведь психолог.

– Вероятно, вы хотите «зафиксировать» этот переход к смерти и сохранить его для будущих поколений.

– Не для будущих поколений.

– Себе на память? Вы поэтому законсервировали татуировки и поместили их в рамы? Чтобы зрительно сохранить момент мучения и вызывать его в памяти в любое время?

– Возможно, я об этом не думал.

– А еще вас возбуждала возможность объединить жертву и мучение, слить их воедино – для этого вы увековечивали процесс умирания на коже.

– Я не понимаю, куда вы клоните.

– Это же очевидно. Вы использовали татуировки, чтобы документировать процесс умирания и одновременно, с каждым прикосновением иглы, приближать момент смерти… пока вы не достигнете пика наслаждения.

– А он бы наступил?

– Вы скрупулезно, кусочек за кусочком, снимали кожу, обнажали смерть и переносили ее в свое творение… затем вставляли ее в рамки и помещали к остальным в свой музей ужаса.

– Прекратите! Эта работа – мистический творческий процесс, который нельзя понять или логически объяснить.

– О, еще как можно. Я даже могу вам объяснить, почему вы работали над каждым объектом один год.

– Я не хочу этого слышать.

– Вы будете слушать, подозреваемый номер ноль!

– Не называйте меня так!

– Вы хотели оттянуть процесс умирания. Дать своей жертве надежду на спасение. Кожа должна была всеми порами впитать смерть и, пропитанная болью, стать чистой и невинной. Со временем появлялась не просто картинка, а разрасталось целое изображение. Оно искривлялось, как и сама жизнь, которая день за днем коробилась и постепенно уходила.

– Почему вы вообще со мной разговариваете, если и так уже все знаете?

– Всего я не знаю.

– Что же вы хотите узнать?

– Где остальные четыре трупа?

– А кто сказал, что девочки мертвы?

VIII. Понедельник, 9 сентября

Ребенок, однажды обжегшись, тянется к огню.

Оскар Уайльд

53

День начался с мороси. Сабина заварила в своей комнате чашку кофе, села перед ноутбуком и уставилась в окно. Темные облака висели так низко, словно в любой момент собирались опуститься на крышу академии.

Сабина спала всего несколько часов. Судебные записи Дитца не шли у нее из головы. Приютскому мальчику Беньямину сегодня было бы семнадцать лет. Вдвое старше ее племянниц в Мюнхене. Приговор немедленно вступил в силу, сразу по окончании судебного заседания. Сабина находила интересным то, как решили присяжные. Был ли приговор правильным?

Пытаясь согреться, Сабина обхватила руками чашку и сделала глоток. Голова была ватная. По спине то и дело пробегала холодная дрожь – отчасти от прескверной погоды, отчасти оттого, что она почти всю ночь не спала, сидела в Интернете и в промежутках паковала чемодан.

Пятеро присяжных посчитали Томаса Вандера невиновным, и обвиняемого оправдали. Но у четырех из этих присяжных в кругу родных произошло убийство. Вопрос: где сейчас находится Томас Вандер?

У Сабины на руках была практически полная хронология дел за четыре года. Не могло быть совпадением, что убийства происходили с промежутком в год – или, выражаясь по-другому… за каждым из этих убийств стояло двенадцать месяцев интенсивной подготовки!

«Многоножка» в Берлине, убийство на Ваттовом море в Санкт-Петер-Ординге, случай каннибализма в Айфеле и «Человек-лошадь» в Нюрнберге. Только одно не вписывается в общую картину. В семье пятого присяжного убийства не произошло, и поэтому в хронологии год назад имелся пробел. Если Сабина не ошиблась со своей теорией, то это жуткое событие было давно просрочено и пятому присяжному или кому-то из его родственников грозила опасность.

Мужчина, о котором шла речь, жил в Вене, и его звали Рудольф Брайншмидт. Много лет назад умерла его первая жена, а в прошлом году и вторая – правда, естественной смертью. К тому же Брайншмидт был приемным отцом девочки, которая отсутствовала целый год, но снова объявилась несколько дней назад.

Сабина уставшими глазами смотрела на статью онлайн-издания австрийской ежедневной газеты. Супружеская пара пенсионеров нашла одиннадцатилетнюю Клару в лесу на краю Вены и отвезла в больницу. Какой-то сумасшедший держал ее у себя целый год и татуировал ей спину. Но девочка выжила. Или это была неудачная попытка убийства?

Сабина подскочила, когда в дверь постучали.

– Да? – крикнула она.

Уборщица просунула голову в комнату.

– Мне нужно убраться здесь, в одиннадцать часов приедет новый постоялец.

– Я знаю, – вздохнула Сабина. – Через десять минут меня не будет.

Уборщица закрыла дверь. Сабина взглянула на настенные часы. Начало седьмого утра. Наверняка она разбудит Герхарда Дитца, если сейчас позвонит. Но она не могла больше ждать. К тому же Дитц сказал, что она может связываться с ним в любое время – особенно если у нее появится эксклюзивная информация. А она у нее была! Сабина набрала его номер.

После пятого гудка он ответил:

– Алло?

– Это Сабина Немез, – сказала она. – Я вас разбудила?

– Я ожидал вашего звонка. У вас есть что-то для меня? – ответил он бодрым свежим голосом. Никаких общих фраз, никакой ненужной болтовни. Сабина услышала щелчок. Наверное, он включил громкую связь и записывал их разговор.

– Я просмотрела документы, которые вы мне прислали. Пятеро присяжных на том заседании посчитали Томаса Вандера невиновным, – начала она и резюмировала все в нескольких коротких предложениях. Спустя две минуты Сабина уже объяснила свою теорию.

– Кто-то манипулирует серийным убийцей, чтобы угрожать присяжным, которые объявили Томаса Вандера невиновным, или чтобы отомстить им, – заключил он.

– Похоже на то. – Сабина задумалась. – У меня, к сожалению, мало времени. Мне необходима информация, где сейчас находится Томас Вандер, – но намного важнее мне кажется актуальное дело Клары, которое может быть связано с тем судебным процессом. Вы знаете, кто занимается расследованием?

– Дело Клары? –