Современный зарубежный детектив-22 - Лэй Ми
Господин Чжин тоже с восторгом смотрел, как молится Льян Сихай. Он видел, как голова босса медленно наклоняется и поднимается над подушкой. Он пытался прислушиваться, но понять, о чем говорится в молитве, так и не смог.
Несколько раз распростершись ниц, Льян Сихай развернул руки ладонями вниз и начал подниматься. Правую руку он передвинул в центр подушки, а левую вернул в молитвенное положение перед грудью. Медленно встал на ноги и выпрямился, сложив обе руки перед собой.
Закончив молитву, Льян Сихай повернулся к старому монаху, который вошел в зал, пока он лежал ниц, и ждал в молчании возле статуи Будды.
– Настоятель Чжинхен! – обратился к нему Льян Сихай с поклоном.
Настоятель широко улыбнулся, возвращая поклон.
– Милостивый Льян, вот вы и вернулись!
– Да, – просто ответил Льян Сихай.
– В последний раз вы пожертвовали храму триста тысяч юаней, а у меня даже не было возможности смиренно вас поблагодарить…
– Не надо благодарностей, наставник, – быстро ответил Льян Сихай. – Я сделал то, что должно.
– Вы обратились к Будде всем сердцем, поэтому Будда благословил вас и будет защищать, – монах приветливо кивнул.
С почтением и трепетом в голосе Льян Сихай произнес:
– Амитабха. – Это было священное имя Будды с запада, с «Чистой земли». Каждый, кто повторяет это имя и в мыслях сосредоточен на Будде, возродится в раю, достигнув совершенного просветления.
На выходе из храма лицо Льян Сихая сияло искренней улыбкой.
* * *
Настроение в конференц-зале Департамента общественной безопасности было мрачнее некуда. Неожиданные события второй половины дня превратили и без того сложное и запутанное дело в сущий кошмар.
После завершения теста на полиграфе Хан Веймин представил два набора противоречащих друг другу результатов. Первая часть теста давала четкий отрицательный ответ, вторая – четкий положительный. Хан Веймин объяснял это тем, что Син Чжисен не лгал полиции. Однако в отель он пришел не на обычную встречу. Вслух Хан Веймин этого не сказал, но все понимали, что по результатам теста Син Чжисен явился в отель «Бэй-Сити», чтобы кого-то убить. Просто в итоге он убил не того человека.
Помимо низкого торжественного голоса Хан Веймина, в конференц-зале не раздавалось ни звука. Участники совещания сидели, погруженные в раздумья, и даже высокопоставленное начальство не торопилось делиться своими заключениями.
После того как Хан Веймин закончил с отчетом, комиссар затушил сигарету и обвел комнату взглядом. Затем объявил, что полиция не может допустить в этом деле ни малейшей ошибки и потребуется дальнейшее расследование. На этом совещание завершилось.
По одному участники стали выходить из конференц-зала, и очень скоро в нем остались только Хан Веймин, Бьян Пинь и Фан Му. Бьян Пинь поглядел на своего профайлера: тот сидел, застыв в кресле, и смотрел в стол. Кажется, он не шелохнулся с начала совещания.
Вздохнув, Бьян Пинь повернулся к Хан Веймину.
– Идемте поужинаем, Мастер Хан, – негромко сказал он.
– Нет-нет. Я не голоден. – Лицо Хан Веймина было бледным. – С работой здесь я закончил и хочу уехать как можно скорее.
* * *
Фан Му подвез Хан Веймина назад в отель. Бьян Пинь их сопровождал. После того как полиграфолог вылез, Фан Му с Бьян Пинем немного посидели в припаркованной машине, в молчании куря сигареты.
Бьян Пинь выкинул окурок в окно и издал очередной тяжкий вздох.
– Мне пора обратно.
– Я вас отвезу. – Фан Му завел мотор.
– Не стоит. Мне надо подумать, так что я лучше прогуляюсь, – объяснил Бьян Пинь, вылезая из машины. – Увидимся завтра.
Фан Му опустил голову. Он совсем упал духом; в машине воцарилось молчание. Вдруг он ощутил желание как следует выпить. Очень кстати увидел в конце улицы небольшой ресторанчик. Неоновая вывеска так и зазывала к себе.
Фан Му нажал на газ, подчиняясь зову.
* * *
За какой-то час Фан Му опустошил четыре бутылки пива, которые теперь стояли в ряд перед ним. К еде он так и не прикоснулся. Алкоголь уже заметно ударил ему в голову; щурясь, Фан Му пытался сосредоточиться на котелке с кипящим бульоном в центре стола. Сквозь туман он внезапно осознал нечто важное: его мозг – такой же котелок, где все варится и кипит.
Старый Син обманул его. Такого Фан Му не ожидал. Он не жалел об усилиях, потраченных впустую, – куда больше его задело предательство со стороны человека, которому он полностью доверял. Может ли он и дальше полагаться на свои суждения? Каково значение их недавних открытий? Мог ли человек, замешанный в подобных делах, действительно быть невиновен? Работал Дин Сучен под прикрытием или был просто сообщником Син Чжисена?
– Вот это да!
На периферии затуманенного зрения Фан Му медленно возникла расплывчатая фигура. Он с трудом поднял голову, пытаясь сосредоточиться. После мучительно долгой паузы ему удалось наконец узнать и человека, и голос. Это был Хан Веймин.
Эксперт-полиграфолог сел за стол напротив Фан Му, пересчитал глазами пустые бутылки и усмехнулся:
– Ничего себе у вас жажда, юный Фан!
Ответа он не ждал; вместо этого позвал официанта и сделал заказ:
– Еще четыре бутылки пива и две порции ребрышек.
Когда еда и напитки прибыли, Хан Веймин немедленно принялся за первую бутылку. Казалось, он не обращает никакого внимания на Фан Му, неотрывно глядевшего на него.
В голове у молодого профайлера вихрем кружились мысли. Вне всякого сомнения, Хан Веймин – честный полицейский, но ведь это он изобличил Син Чжисена. Получалось – по искаженной алкоголем логике, – что это полиграфолог виноват в том, что он теперь чувствует себя преданным и озлобленным.
Хан Веймин ощутил на себе пристальный взгляд, но глаз не поднял. Между глотками пива он заметил вскользь:
– Поешьте что-нибудь. Можете и дальше меня ненавидеть, но вам надо поесть.
Продолжая буравить эксперта пустыми глазами, Фан Му взялся за палочки. Он выловил из котелка кусок мяса и уронил себе на тарелку. Несколько секунд посидел неподвижно, а потом сказал:
– Нет. Я вас не ненавижу.
Хан Веймин рассмеялся и посмотрел на Фан Му.
– Мы с вами оба специалисты по человеческому поведению. Так что не отрицайте, – сказал он, сухо ухмыльнувшись. – Это написано у вас на лице.
Мгновение Фан Му молчал. Потом, закипая, внезапно ударил пивным бокалом по столу.
– Почему вы просто не оставили Старого Сина в покое? – выкрикнул он.
Его вспышка привлекла внимание других посетителей. Они стали оборачиваться на Фан Му, который сидел, красный и смущенный, напротив Хан Веймина, по-прежнему спокойного и собранного. Однако шоу не возобновилось, и вскоре посетители уже
