Бой на далекой реке - Александр Александрович Тамоников
— Но вы сами сказали, остров подтапливается. Я правильно понимаю, что ничего тяжелого мы не можем тут разместить? Вот у вас тут обозначение болота же? Или заводи.
Снова «проснулся» Терко и указал на обозначение болота на карте и без того крошечного острова. Еще и болото для полноты картины непонятной географической «драгоценности».
— Правильно понимаешь. Но вот тут, — Алексей Петрович снова указал на небольшую точку, но в этот раз уже на острове, — очень удобно разместить новую артиллерию. И простреливаться отсюда будет хорошая территория. Если я не ошибаюсь, там уже стоит наша старая дальномерная точка. Не башня, как это принято, а точка. Но хорошая. Ее планировалось использовать для наведения артиллерии, установленной на бронепоездах.
— Далековато железная дорога.
— Да. Но в то время мы планировали строить дублер Транссибирской магистрали в этом месте. Долгая и финансово несбыточная история.
Богданов медленно кивнул, признавая грандиозность замысла.
— Да. Так что остров важен стратегически. И, судя по всему, Лучинский раскопал что-то очень важное. Связаться с нами напрямую и отправить документы как-то по-другому у него возможности не было. Он пойдет на нашу территорию вместе с китайскими разведчиками. Атаку эту наши отобьют. Но будут, скорее всего, другие. Нужно будет усиление, это мы обеспечим. Но пока необходимо отбить эту самую первую атаку, в том числе и для того, чтобы понять, они вообще всерьез собрались на нас переть или просто так. Играются.
— Принято. Разберемся на месте. Снаряжение?
— Все уже готово, даже халат тебе нашли по размеру, — улыбнулся уголком губ Шабаров, — борт через два часа. По оружию: сами знаете, где брать все, что вам нужно, не маленькие. Но выбирайте компактные модели. Чтобы не сразу оружие бросалось в глаза.
— Так точно, — вытянулся, щелкнув каблуками, Богданов.
Шабаров поморщился:
— Хватит, сам знаешь, я это не люблю.
Не любил, правда. Злился, если его подчиненные начинали сыпать «так точно!» и «разрешите обратиться» вместо нормального разговора за закрытыми дверями. Но пару раз бывали случаи, когда ребята забывались и вместо того, чтобы выполнять приказ, начинали спорить. Вот тогда Шабаров умел жестко напоминать про субординацию.
— Дорога долгая, так что вот тебе чтиво в дорогу, — сказал Шабаров, протягивая Богданову еще несколько папок, — но, если честно, я бы рекомендовал вам с Терко выспаться, пока есть такая возможность. Сомневаюсь, что потом будет время на полноценный сон. Легенду свою только изучи как следует, чтобы не было, как в Камбодже.
Вячеслав хмыкнул, ту командировку в Камбоджу теперь ему будут еще долго припоминать. Стоило всего лишь один раз за все время службы не успеть ознакомиться с легендой, и даже не со всей, а с одной строкой — именем «жены», и теперь ему всегда будут это припоминать. Притом что никакой катастрофы это не повлекло, а сам Богданов тогда выкрутился очень изящно. На приеме, где он был с «женой» и случайно назвал ее не тем именем, они с другим агентом настолько быстро начали импровизацию, сыграв конфликт супругов на фоне ревности и измены, что это помогло перетянуть на свою сторону двух сочувствующих несчастному мужу сотрудников посольства. Так что свою собственную ошибку Богданов тогда исправил виртуозно.
Ехать на поезде было долго, да и не добраться напрямую, ближайшим населенным пунктом был Лучегорск, а поезд туда собирался идти только через два дня. Поэтому Шабаров обеспечил дорогу военными бортами. Сначала боевики «Дона» летели до Дальнереченска, а оттуда до небольшого военного аэродрома в Пожарском районе. Там уже всего ничего, можно и на машине добраться — 35 километров до базы советских пограничников. Не самая комфортная дорога.
Семь часов до Дальнереченска еще удалось поспать, тем более что летели на «Иле». А вот дальше уже одна сплошная тряска. И самое забавное, что, несмотря на то что Терко мог водить все что угодно, казалось, дай ему штурвал от самолета, и его поведет, когда он не был за рулем — бойца всегда сильно укачивало, особенно сильно во время ближних перелетов. Самолеты набирали и сбрасывали высоту слишком долго, и на Степана в это время было страшно смотреть, настолько сильно ему становилось плохо. Хорошо еще, что очень давно один из наставников научил тогда еще молодых оперативников, что, если предстоит долгая дорога, справиться с такими проблемами поможет обычная маленькая щепотка соли на язык.
Еще в штабе Шабаров предупредил, что с ними полетит еще один человек. И одной из задач группы будет доставка этого человека на остров, откуда он уже сам доберется до Пекина. То, что ему нужно именно в Пекин, Шабаров уточнил отдельно. Намекнув, что этот человек не требует помощи группы, просто некоторое время будет двигаться с ними по пути. Зато потом будет очень полезен им.
— Гражданский? — уточнил Владислав тогда.
— Не совсем. Но не спецназ, он, скажем так… Работает в своем стиле, — предупредил полковник, — но не смотри на меня так, пусть это будет для тебя небольшим сюрпризом. Надо как-то вносить разнообразие в свою жизнь.
— А так-то у нас скучная жизнь, конечно, — вздохнул Богданов, и командир усмехнулся:
— Не волнуйся, будет у тебя шанс вернуться к своему отдыху на даче, даже пару дней отпуска дам дополнительно, но вот чего не обещаю, так того, что отпуск этот у тебя будет скоро.
Вячеслав приподнял брови. Хотелось сказать, что если есть донесения, что у них меньше суток до начала военной атаки против пограничных служб, то почему они вылетают так поздно? И зачем им балласт на руках в виде гражданского? Даже несмотря на то что он им может быть полезен.
Но начальство, как всегда, успело предугадать все вопросы.
Только вот отвечать ли на них и как именно отвечать — Шабаров уже решал сам.
— Не надо на меня так смотреть, он не бесполезен. Человек ученый. Позывной «Викинг». Профессор, преподает множество очень полезных нам дисциплин, и, кстати, ты его узнаешь и тебе будет стыдно, потому что и у вашей группы он тоже пару нужных предметов на
