Криминальная патопсихология - Юрий Антонян
Экспертная комиссия пришла к заключению, что Р. психическим заболеванием не страдает, а является психопатической личностью. Анализ динамики психического состояния Р. показал, что к моменту обследования у него наряду с заострением присущих ему психопатических особенностей личности наблюдается трансформация некоторых черт (в частности, неустойчивость и внушаемость трансформировались в сочетание избирательной внушаемости по отношению к узкому кругу лиц и идей и повышенной толерантности к обширному кругу внешних стимулов, потерявших для него свое значение), а также усложнение структуры психопатии за счет присоединения сверхценных идей религиозного содержания. Формирование и содержание указанных личностных новообразований связано с пребыванием Р. в секте.
Членами секты были люди с разным образованием, разной судьбой; мотивы, по которым эти лица вступили в нее, также были различны. Однако благоприятной почвой во всех случаях служило наличие заблокированных, значимых в период времени, предшествующий вступлению в секту, мотивов: коммуникативного самоутверждения, стремления быть в центре внимания окружающих и др.
Реальная или условная блокада значимых мотивов занимала определенное место в структуре личностной дисгармонии. Появление нового ведущего мотива (участие в жизни религиозной секты), воспринимаемого в качестве универсального способа разрешения актуальных жизненных трудностей, снимающего необходимость логического анализа, активных самостоятельных действий, полностью перестраивало прежнюю иерархию мотивов, приводило к определенной личностной трансформации.
Так, К., 31 года, сотрудница научно-исследовательского института, свидетель по тому же делу, в своих показаниях сообщила: «Как личность я была очень незащищенная, очень слабый тип, неуверенная в себе. Мне приходилось преодолевать большие трудности. Внутри всегда было желание считаться с интересами других людей, не попирать их, может быть, поэтому мне всегда было так сложно. Мне было 4 года, когда я впервые задумалась, что я умру. Как это может быть, я хочу жить, я не могу умереть. Что это за черта, через которую я должна перейти? Это очень взволновало меня. На уровне разума это не работает. Для меня это был вопрос жизни и смерти, слишком серьезная вещь. Религия для меня – это стремление жить честно. Это приятно каждому человеку считать себя порядочным. Я отгородилась от других людей, потому что очень боялась потерять то, что нашла. Избавилась от многих своих привычек, которые мне были приятны. Например, курила и мне это нравилось. И не пью совсем. Чтобы поступать по правде, нужно поступиться своими интересами. Обижают – хочется отомстить, отбирают – хочется вернуть. Мне всегда хотелось быть хорошо одетой, я раньше любила это. Но это не тот путь. Это мелко, но на каждом шагу приходится жертвовать своими интересами, чтобы поступать по правде. Это непросто. А критерий истины один – он в слове божьем».
Еще одна история прихода в секту Г., 60 лет, окончившей философский факультет МГУ, редакционного работника: «Человек в определенный период начинает понимать, что он грешник и нуждается в спасении. Почему я почувствовала себя грешником? Моя дочь перенесла менингит, умственная отсталость с детства, имбецильность. Сейчас ей 31 год. К кому бы я ни приходила, мне никто не мог сказать ничего утешительного. Я потеряла веру во врачей, надежду на исцеление никто не давал, а Бог дает. Самое главное, что Бог принес на землю, это спасение. В моей жизни ничего не изменилось, но появилась надежда, я думаю и прошу, я верю в это. Моя надежда приобрела почву. Встреча с Богом – встреча любви. Я чувствовала, что я виновата в болезни дочери, я считала, что это из-за того, что я делала аборты, считала, что дочь страдает по моей вине. Что изменилось в моей жизни? Да, раньше я много читала, следила за журналами „Новый мир“, „Иностранная литература“, поэзия, театр. Сейчас нет надобности. Что такое литература? Поиски истины. Когда у меня появился неисчерпаемый источник истины, когда я стала читать Слово, отпала необходимость в другом чтении. Нет нужды. Когда человек читает Слово, он входит в поток жизни, тут дается нечто такое, что не может дать ни одна книга».
Иллюзия универсального разрешения всех проблем в приведенных случаях повышает субъективную значимость нового ведущего мотива, приводя к концентрации вокруг него аффективности, построению ригидных, жестких концепций и суждений, снижению критичности. Внушаемость становится узкоизбирательной и проявляющейся только по отношению к лицам и источникам, связанным с ведущим мотивом.
Для проверки предположения об избирательной внушаемости у этих лиц на основе использования теста Роршаха был проведен специальный эксперимент, процедура которого была разработана нами для этих целей. Члену секты Р. предлагались таблицы теста Роршаха, фиксировались ответы. Затем в присутствии Р. таблицы показывались еще двум людям: одному из экспертов (постороннему для Р. человеку) и руководителю секты Ц. В заключительной фазе эксперимента Р. повторно предъявлялись таблицы теста и регистрировались все изменения в его ответах. Был обнаружен отчетливый сдвиг детерминантов ответов Р. под избирательным влиянием мнения Ц., значимого и авторитетного для него лица.
Полученные данные позволили подойти к изучению суггестивных воздействий не только через исследование внушаемости как личностной или ситуативной черты, но и через раскрытие механизмов группового взаимодействия, перестраивающего структуру и иерархию мотивов его участников, среди которых могут быть и психически здоровые и лица с психическими аномалиями.
Лидером преступной группы с мощным суггестивным воздействием может быть и душевнобольной. Среди наблюдений такого рода выделяется «экстрасенсорная» группа «астрального каратэ», члены которой, вызволяя своего лидера из психиатрической больницы, совершили покушение на убийство должностного лица. Окружение больного шизофренией А., среди которых были и психически здоровые люди, и психопатические личности, копировало болезненные неологизмы, разорванность речи своего лидера, воспринимало и транслировало идеи величия, другую психопатологическую симптоматику. Трудности дифференциальной диагностики, которые возникают при этих обстоятельствах, – это особая проблема. Наибольший интерес представляли межличностные отношения в этой группе, строящиеся в соответствии
