Ребенок не по контракту (вторая часть) - Ксения Богда
Тут же усмехаюсь такому вопросу. Конечно же работают. А куда им деваться?
И стоит мне пройти автоматические двери, натыкаюсь на взгляд той самой девушки, которая в мой первый визит сюда, чуть ли не выставила меня за дверь. И если бы не зам Яна, мы бы с ним не встретились.
— Добрый день, а вы куда с маленьким ребенком? — и взгляд такой, словно я зашла милостыню попросить.
Вздергиваю подбородок и пронзаю девицу холодным взглядом.
— Мы к Яну Ярославовичу, нам назначено, — специально выделяю слово «нам», чтобы у девицы не осталось никаких вопросов, что мы с малышом вместе.
— Сюда нельзя с маленькими детьми.
Вздергиваю бровь и выдыхаю.
— Это вам нельзя, а мне можно.
Девушка ошарашенно хлопает глазами, а я прерываю диалог и иду к лифту.
— Куда? Я же сказала, что нельзя!
Сдерживаю стон. Ну почему всем надо всегда все усложнять?
Разворачиваюсь на пятках и прищуриваюсь, чтобы напустить на себя грозный вид.
— Ещё разок, дорогуша, у меня назначено, и Ян Ярославович нас ждет. Что в моей ‘реплике вам непонятно?
Не жду, пока она отомрет, и захожу в кабину. Вздыхаю, опускаю глаза на своего малыша и широко улыбаюсь.
— Да уж, мы, взрослые, очень любим все усложнять.
Через несколько секунд оказываюсь в знакомом холле и пробегаюсь глазами по знакомой обстановке, останавливая взгляд на двери Яна.
— Главное, не нервничать. Да, Никитка?
Легонько жму по курносенькому носику, и сынишка тут же морщит его.
Прохожу и стучусь. С той стороны слышен приглушенный голос Яна, но он вроде не приглашает, и мне ничего не остается, кроме как стоять и ждать, пока он поговорит.
Дверь распахивается, и я натыкаюсь на вопросительный взгляд Яна. Он прижимает к уху телефон.
— Ты чего не заходишь?
Прикусываю губу и заглядываю ему за спину.
— Думала, ты занят.
Он качает головой и отходит, пропуская нас с Никитой.
- И кода ты успела стать такой застенчивой?
Прощается со своим собеседником и кладет мобильный на стол.
— Ну знаешь, — задумчиво тяну, — я хоть и бываю наглой, но не люблю невоспитанность.
Багиров фыркает.
— Привет, мужик, — здоровается с Никитой.
Сын только утомленно зевает, и мы одновременно с Яном усмехаемся
— Кажется, я навожу на него скуку. Устраивайся, чувствуй себя как у дома. Я пока документы попрошу. Проблем не было?
Пронзительный взгляд впивается в мое лицо, и я мотаю головой.
— Мне сказали, что к тебе нельзя с детьми.
Лицо Багирова темнеет. Даже мне становится страшновато при виде его реакции.
— На ресепшене?
Неуверенно киваю. Нервно сглатываю.
— А ты что? — серьезный взгляд прожигает.
Пожимаю плечами.
— Как видишь, я тут.
Багиров усмехается.
— Вижу. Это ты молодец, — и почему-то мне кажется, что он не хвалит, а думает о чем-то своем, — накажем.
Округляю глаза.
— Кого? Меня?
Ян смеется и качает головой.
— Нет, Спичка, того, кто вам не разрешал пройти.
Прикусываю губу. Не хотелось бы, конечно, чтобы страдали люди, но, с другой стороны, сама виновата. Могла бы спокойно диалог вести, а не агриться на меня.
— Это твои сотрудники, тебе решать.
Пожимаю плечами, но тут же признаюсь сама себе, что мне приятно, что Багиров не оставляет инцидент без внимания.
Ян угукает и кому-то звонит. Я отодвигаю от стола кресло и усаживаюсь, придерживая Никитку. Снимаю с него курточку и шапочку, чтобы не было жарко, сама с трудом раздеваюсь.
Ян все это время следит за каждым моим движением.
— А Никиту отстегнуть нельзя?
Удивленно моргаю.
— Можно, но так удобнее. Он же ещё не сидит сам. Маленький слишком, поэтому все время на руках, или лежать. У тебя тут особо не полежишь, так что... – развожу руками.
Ян усмехается и прикусывает губу. Ощущение, что мы с Никитой его забавляем.
— Как много интересного можно узнать про маленьких детей. Прям шок.
В кабинет стучат, и я вспоминаю девушку из отдела кадров, которая мне представляла все документы в первый раз. Тоже вижу в её глазах узнавание, и она одаривает меня быстрой улыбкой. Кладет папку, перекидывается с Яном парой фраз, и Багиров быстро выпроваживает девушку.
— А вдруг я что-то не там напишу, — задумчиво бормочу, глядя на бумаги передо мной на столе.
— Можешь промахнуться с подписью? — подкалывает Ян.
— Кто знает, кто знает... - бурчу под нос и тянусь к договору.
Пробегаюсь по нему взглядом. Никитка пару раз пытается вырвать у меня бумаги, но у меня реакция за три месяца натренирована, и я вовремя отдергиваю руку.
— Тш-тш-тш, малыш, это мамина будущая работа и зарплата.
Охаю при виде своей будущей зарплаты и перевожу на Яна вопросительный взгляд.
Он напрягается. Перегибается через стол, пытаясь увидеть, что же меня так удивило.
— Что там такое, Аль?
— Что мне надо будет делать, говоришь?
Ловлю его непонимающий взгляд и поворачиваю к нему договор. Стучу по сумме, но на лице Багирова не добавляется понимания.
— Что не так?
— Что мне нужно будет делать за такие деньжищи? — повторяю свой вопрос.
— Мы же обсудили, ничего, кроме того, что я сказал. Проверять, насколько новые претенденты в мою контору смогут защитить моих клиентов.
— Точно? А то, судя по моей зарплате, я должна буду взламывать банки и красть деньги.
Ян усмехается и плюхается обратно в кресло.
— Ерунды не говори. Такая сумма, чтобы ты не искала работу ещё помимо этой.
Чтобы ты была сосредоточена на моей фирме.
— ЕДИНОЛИЧНИК.
Ян оскаливается, и его глаза опасно сверкают. А у меня неожиданно теплеет внизу живота.
— Так ты согласна? Подпишешь?
Киваю, и вот тут сталкиваюсь с проблемой: мне неудобно ставить подпись с Никиткой, прицепленным ко мне.
Ещё раз пытаюсь найти место, куда можно его положить, но, кроме стола, ничего нет Ян видит заминку и вскидывает брови.
Выдыхаю.
Отстегиваю слинг и аккуратно перекладываю сынишку на руки, за нами продолжает наблюдать слегка удивленный Багиров.
Встаю со своего места и подхожу к нему.
— Можешь подержать Никиту?
Он моргает несколько раз, как будто думает, что ему послышалось.
— Кого?
Показываю на Никитку.
— Сына подержать можешь, пока я распишусь? Мне не очень удобно.
