Ведьмы в традиции и народной культуре - Алексей Евгеньевич Наговицын

Приведем соответствующую сказку.

Рассказ о ведьме

«Поздним вечером приехал один казак в село, остановился у крайней избы и стал проситься:

– Эй, хозяин, пусти переночевать!

– Ступай, коли смерти не боишься.

“Что за речь такая!” – думает казак, поставил коня в сарай, дал ему корму и идет в избу.

Смотрит – и мужики, и бабы, и малые ребятишки – все навзрыд плачут да богу молятся; помолились и стали надевать чистые рубашки.

– Чего вы плачете? – спрашивает казак.

– Да вишь, – отвечает хозяин, – в нашем селе по ночам смерть ходит, в какую избу ни заглянет – так наутро клади всех жильцов в гроба да вези на погост. Нынешнюю ночь за нами очередь.

– Э, хозяин, не бойся: бог не выдаст, свинья не съест. Хозяева полегли спать; а казак себе на уме – и глаз не смыкает. В самую полночь отворилось окно; у окна показалась ведьма – вся в белом, взяла кропило, просунула руку в избу и только хотела кропить – как вдруг казак размахнул своей саблею и отсек ей руку по самое плечо. Ведьма заохала, завизжала, по-собачьи забрехала и убежала прочь».

Из сохранившихся на Руси преданий известно, что в старину при всякой повальной болезни – повальном море и скотьем падеже – казнили злой смертью женщину, заподозренную миром в злом колдовстве.

Такую женщину завязывали в мешок вместе с собакой, черной кошкой и петухом, а затем зарывали живьем в землю или топили в реке с полным убеждением, что после этого мор должен немедленно прекратиться.

Поселяне еще совсем недавно высказывали мнение, что если бы первого заболевшего холерой похоронили заживо, то эта болезнь тотчас бы исчезла.

В некоторых деревнях на том месте, где пала первая зачумленная скотина, рыли яму, в которую зарывали падаль, привязав к ее же хвосту живых собаку, кошку и петуха…

Подобный «набор» животных полностью соответствует вышеперечисленному. Это указывает на его древние магические корни. Дело в том, что упомянутые животные обозначают три мира, где может распространяться страшная зараза, которую отправляют в Нижний мир через сжигание, зарывание или утопление.

Также полагали, что сожжение, утопление или зарытие ведьмы в землю исторгает из нее злого демона или нечестивую душу и удаляет их из здешнего мира в мир загробный, или в подземное царство Смерти.

Петух, кошка и собака как символические волшебные существа, по некоторым славянским верованиям, признавались необходимыми спутниками тени усопшего, призванными сопровождать ее на тот свет. Таким же животным, сопровождающим душу умершего, в первую очередь являлся конь, но его умерщвляли, только когда хоронили знатных и богатых людей.

Также из свидетельств памятников и народных преданий известно, что в отдаленной языческой древности вместе с трупом покойника иногда сжигались корова, собака и петух. Например, когда вайделотка – литовская жрица, хранительница священного огня – теряла свое девство, литовцы зашивали ее в кожаный мешок с кошкой, собакой и змеей, вывозили на паре черных коров на место казни и зарывали в землю или топили в воде. Отметим, что вайделотка является аналогом весталки – невинной жрицы римского священного огня. Она и ее девичество были посвящены богине Весте. Правда, весталку, потерявшую девственность, живьем замуровывали в подземную камеру, оставляя ей пищу и воду, но от отсутствия воздуха весталки погибали довольно быстро.

Впоследствии на Руси данный погребальный обряд получил характер уголовного наказания и совершался только в исключительных случаях, с целью увеличить позор совершаемой смертной казни за особенно серьезные преступления.

В дополнительных статьях к Судебнику сказано: «Кто убьет до смерти отца или мать, или кто хоти сродича своего убьет, и тому дата сыну муку: в торгу его возити и тело его клещами рвати и по тому посадити на него собаку, куря и ужа и кота, и то все, вместе собравши с ним в воде затопить. А которая дочь отца убьет или матерь – и указ тот же».

Литовский Статут[4] за означенное преступление постановляет: «Всадити в мех скуряный с псом, курем, ужом, кошкой и зашить».

11. Уничтожение ведьмой ее врагов разными магическими и иными средствами. Практически все колдуны и ведьмы собирают ядовитые травы и коренья, для того чтобы готовить из них зловредные снадобья и употреблять людям на погибель. В областных говорах «отрава» обозначается словами: «порча, портеж», а колдуна и колдунью называют «порчельник (портжник)» и «порчельница»; для всех одуряющих зелий существует общее, собирательное имя – «бесиво». Народные песни говорят о девах-чаровницах, приготовляющих подобный напиток:

Пo-край моря синего, по зеленым лугам Тут ходила-гуляла душа красная девица, А копала она коренья – зелье лютое; Она мыла те кореньица в синем море, А сушила кореньица в муравленой печи, Растирала те коренья в серебреном кубце, Разводила те кореньица меды сладкими, Рассычала коренья белым сахаром И хотела извести своего недруга…

По указанию другой песни, сестра задумала избыть постылого брата:

Брала стружки красна девица, Бравши стружки, на огонь клала, Все змей пекла, зелье делала; Наливала чару прежде времени, Подносила брату милому. Зелье было страшное: едва Канула капля коню на гриву, У коня грива загорелася.

Колдуны и ведьмы могут причинить недуги прикосновением, дыханием, словом, взглядом и самою мыслию; в них все исполнено губительной чародейной