Письма. Том II. 1855–1865 - Святитель, митрополит Московский Иннокентий
Отец Николай хорошо живет, имеет до 16 человек учеников Японцев. Стол имеет у консула, квартира очень хорошая и просторная.
Я нигде еще не был и ничего не видал. И потому ничего не могу вам сообщить нового. Скажу только, что грусть начинает нападать на меня оттого, что время идет и ведет к осени глубокой; а мы еще и не знаем, когда и на чем пойдем и когда и как придем.
Любопытно знать: как и что передали Вам — жителям Николаевска, бывшие на Сахалине Ваши плаватели о нашем разбитии, и, без сомнения, не без преувеличения или не без уменьшения. Кто что ни говори, но я всегда скажу, что мы были очень в опасном положении, потому что не имели никакого якоря в воде и ничем не были привязаны к берегу, и потому наше судно могло быть выкинуто на риф, находившийся от нас в нескольких саженях, или отнесено в море, и тогда наша погибель была бы неизбежна. Я последнего очень боялся во время разбития нашего. А о первом я и не знал, потому что я не выходил из каюты. О капитане нашем скажу только, что вперед он подобного не сделает; но если бы даже и осудили его за это, то надобно пощадить его, ради его редкого характера, чрезвычайно ровного и спокойного. Он и во время разбития говорил и распоряжался тем же самым тоном, как и во время лучшего плавания. Впрочем, по мнению моему, судно не совсем пропало. Лишь бы только не снесло его осенними льдами. Зимою могут зачинить пробоины и весною привезти в Николаевск, а там могут исправить его как следует.
Итак, ни на кого и ни на что нельзя надеяться и рассчитывать наверняка. Казалось, что мы как раз достигнем Камчатки. Судно новое, прочное, удобное, лучшее из всего отряда судов здешних, ходок и под парами, и под парусами, команды много, капитан из лучших, словом сказать, лучшей обстановки быть не может. Но дунул ветер, и все расстроилось и рушилось! Пока довольно.
Свита наша во время плавания из Кастри до Японии пользовалась пищею судовою в течение 8 или 9 дней на 5 порций. И потому заплати в казну, что потребуют, что будет следовать. Вчера я с адмиралом и консулом был в гостях у здешнего губернатора. Нас угощали: супом, рыбою и наливкою.
Гостинцев здешних я Вам ничего не посылаю. Главное потому, что нет денег, пустяков послать не стоит. Впрочем, я Гавриле велел купить шелку, который здесь очень дешев. Затем, прощайте, до свидания! Господь с вами. Отец Ваш Иннокентий, А. Камчатский.
Сентября 13 дня. 1861 г. Хакодате.
Ваня, верно, начал уже учиться грамоте. Скажите ему, чтобы он учился хорошенько, гостинцы привезу ему. А иначе не привезу. Учите, пожалуйста, его молиться хорошенько и побольше.
P. S. Если Отец Евлампий в Николаевске, то скажи ему от меня поклон и благословение и что я писал ему из Ольга с отцом Филаретом, который изъявил желание и получил дозволение остаться во Владивостоке до окончания храма, или до прибытия туда отца Евлампия. Я ему дал и св. Антиминс для освящения храма. Отец Евлампий пусть отправляется во Владивосток при первом случае. На случай, дай ему копию с миссионерской инструкции и выпроси дозволение или вид от губернатора путешествовать ему по Манчжурии. Прилагаемый пакет отправь с первою почтою.
Письмо 294
Возлюбленный мой о Господе, Отец Протоиерей Димитрий!
Наконец-то я добрался до Камчатки. Слава Богу! И вот уже собираюсь и выехать из Петропавловска и следовать помаленьку к Вам. Вы меня не ждите к себе ранее 20 марта, ибо намерен проживать дорогою в разных местах. В Гижигу предполагаю приехать около 1 февраля, а в Охотск около 5 марта.
Здоровье мое, слава Богу, находится в удовлетворительном состоянии.
Вы уже, вероятно, слышали, что то судно, на котором мы вышли из Николаевска, разбилось у острова Сахалина. Но — слава и благодарение Господу, хранящему меня во всех путях моих — я вышел с судна, не замочивши ноги, и во время разбития на меня не канула капля воды. О подробностях разбития расскажу, Бог даст, при свидании. Теперь скажу только, что хотя все спасено наше и церковное, но не без урону.
После этого нашего несчастия, мы плавание имели очень счастливое и покойное, несмотря на позднее время. Были мы и в Японии — в Хакодате на острове Иезо, где находится наше и другие Европейская консульства. Здесь мы прожили ровно 18 суток в ожидании судна и отсюда ушли только 26 сентября, и 5 октября вошли в Авачинскую губу, проплыв расстояние более 4000 вер.
Что я видел в Японии, расскажу также при свидании.
В Камчатке померли два священника, оба братья о. Георгия — нынешнего протоиерея, и двое просятся в отставку, но их заменить здесь некем.
Я Вам, кажется, писал, что я представил об открытии Духовного Училища в Благовещенске. И учеников наберется в одной Камчатке чуть не до 20, да от Вас я увезу троих певчих, и в училище будет не менее 25 человек при самом открытии его.
В одном Петропавловске находится 7 мальчиков. Ну, пока довольно. Ноября 9 дня.
Принимаюсь заканчивать письма: завтра отправляюсь. После написания к Вам первых строк ничего особенного не случилось. Только вчера здешнего диакона Лаврова произвел в протодиакона. Вы его знаете.
Писать более к Вам ничего особенного не имею. О квартире для меня и о встрече я писал Владыке Вашему.
Затем поручая себя, Вас и всех, Вам вверенных, Господу Богу, остаюсь с теми же к Вам чувствами, что и прежде, Ваш вседоброжелательный слуга Иннокентий, А. Камчатский.
Ноября 13 дня. 1861 г.
Камчатка.
in.
Многовидящему и всем моим знакомым поручаю Вам сказать от меня поклон и благословение, кроме губернатора, которому скажет от меня все это Владыка.
Письмо 295
Возлюбленный мой о Господе, Отец Протоиерей Димитрий!
Очень-очень благодарен Вам за два письма Ваши, из
