Большая книга Шамана - Владимир Павлович Серкин
О свободе
22.07.10
Сидим с Шаманом на скамейке для наблюдения за льдами. Загляделся на лунную дорожку на море. Когда «вернулся», почувствовал-понял, что, в период наблюдения за лунной дорожкой был полностью отрешен от реальной ситуации.
Также понял, что, осознав и вербализовав это, я смогу хотя бы на секунды повторять «пойманное» состояние дома.
Шаман, однако, отнесся к моей «технике» без воодушевления и даже несколько скептически.
– Что это дает?
– Состояние свободы.
– От чего?
– Практически от всего.
– Пока не можешь знать, что такое свобода.
– Почему?
– Еще не был свободен.
– Понимаю. Зависимость от законов природы, общества, тела…
– Не был свободен с учетом тела.
– Только что отрешился от тела, общества и всего другого.
– Это шаг. Но говорю не об отрешении, а о свободе действовать.
– Ну, свобода действовать есть только у гегелевского Абсолютного Духа.
– О свободе действовать в этом теле.
– Видел таких людей?
– Да.
– Расскажи?
– Раз в конце сороковых помог бежавшим из Колымлага. В группе было трое свободных.
– Как определил?
– Была решимость жить свободно или умереть. То есть выше тела.
– Не совсем понял.
– Они четко осознали, что продолжать смиряться – нанести урон не только телу, но и Духу. И не боялись за тела.
– Это часто бывает. Например, в бою или даже в драке, споре, экстриме.
– В бою иногда, но не часто. В экстриме или споре вообще глупость – ради минутной одержимости рисковать телом. Говорю о длительном постоянном состоянии.
– Но так человек быстро угробит свое тело.
– Речь не о глупости, а о жизни с телом не только для тела.
– Так многие религиозные деятели могли?
– Да. Если еще без фанатизма, то были свободны.
– Какая же тут свобода – только одно направление.
– Свобода не во множестве направлений. Она в возможности заниматься тем немногим, что хочет твой Дух.
22.04.10
– Ты живешь один, чтобы не подстраиваться под ритмы других?
– Живу и в городах. А это – хорошая практика.
– Какая?
– Пожить одному на побережье.
– Что дает такая практика?
– Возвращение к собственному ритму.
– В городе невозможно?
– Именно одному. Почувствовал желание – сел, почувствовал – разглядел камень, почувствовал – встал на голову или наблюдаешь за волной. Не ленись и уже через день-два начнешь возвращаться к своему ритму.
– Как понять, что действуешь правильно в этой практике?
– Увеличится энергия, ровное настроение, резко поздоровеет тело.
23.07.10
Над нами солнечно, и вода в бухте ярко-синяя в солнечном свете. Только не везде. Далекий выход из бухты закрыт плотным серо-фиолетовым туманом. Для настоящей передачи цвета термина в языке пока нет. Его можно назвать контрастно-тревожным. Высота валика тумана метров пятьсот. Над ним солнце, голубое небо, кое-где видны вершины отдельных высоких сопок. А в тумане сразу пасмурно, промозгло и холодно. Каждый раз, когда такой «валик» накатывается, думаю: «Накроет или солнце его разобьет?»
От тумана пешком по кустам и кочке не убежишь, хотя можно «отбежать» так, чтобы туман тебя поглотил на несколько минут позже. Раз туман меня стал догонять часа за два до дороги, и я «бежал»[103] по его кромке до условленного места на трассе, где ждал сын. Потом мы на «Делике» сына оторвались, и туман накрыл город только через полтора часа, когда я уже вылез из душа и смотрел на него в окно, попивая чай. Не то что мы с туманом друг друга не любим. Но лишний раз показать нос…
Описание лет ежовско-бериевских репрессий представляется мне как тяжелый валик тумана, который люди видели, знали, что «накроет», только бежать было некуда. Или не могло быть таких решений у людей?
– А эти беглые зэки[104] потом сохранили свободу?
– Не знаю.
– А ты свободен в этом теле?
– Да.
– В чем твоя свобода?
– Сам определяю события своей жизни.
– А как ты чувствуешь себя свободным?
– Свободен как не боящийся смерти.
– Не страшно умереть?
– Плохо умереть, [не вылупившись][105], не возмужав, не построив духовную развивающуюся структуру.
– Ты построил?
– Да.
24.08.10
Смотрю в небо, лежа на спине. В синеве медленно проплывают кажущиеся маленькими из-за высоты белоснежные чайки.
Свободна ли чайка? Действительно ли летит куда хочет?
Много лет вижу чаек. В темноте сидят, в дождь сидят, в шторм без дождя сидят на своих скалах. Прилетают в мае и долго голодают, так как море действительно оживает, наполняется их пищей лишь к середине июня. В голодный период насиживают яйца. Рыбаки в шутку называют чаек «летающий желудок»: чайки постоянно заняты поиском пищи. Когда рыбы много, они уделывают камни и море у своих жилищ (птичьих базаров) пометом так, что иногда за километр чувствуется. Чайки постоянно орут громко и пронзительно, не могут не орать. Так они обо всем оповещают своих, передают не описания, а состояния. Многие магаданцы чаек недолюбливают: городские чайки начинают орать на крышах с рассветом, а ночи летом белые… Плюс помет. Например, крышу центрального корпуса СВГУ чайки уделали так, что запах почти весь год чувствуется в аудиториях верхнего этажа: студентки педфака ищут свободные аудитории на других факультетах и просят преподавателя провести занятия там.
Больная чайка одинока. Она не кричит, сидит и ждет смерти. Или ничего не ждет. Здоровая асоциальная чайка тоже обречена. Сила и жизненный принцип чаек – в стае. Впрочем, если физически здоровая чайка асоциальна – то нездорова психически. А асоциальный человек? Ответ очевиден – «тоже».
А Шаман? А я? Люблю побережье больше города, но большую часть жизни работаю в городе. И Шаман хоть раз во много лет, а отправляется пожить в городах. Теперь понятно почему. Неужели и Шаман порабощен социальной системой, как все мы? Начну расспросы издалека, не о нем.
– Как система порабощает человека?
– С помощью родителей. Ребенок стремится соответствовать их ожиданиям.
– Может ли ребенок противостоять влиянию системы?
– (Шаман ответил риторическим вопросом.) Может ли младенец противостоять маме?
– Зачем это системе?
– Став частью системы, человек поддерживает ее своей энергией.
– Рентабельно. Ребенок растет двадцать лет, а поддерживает систему – сорок.
– Гораздо раньше и часто дольше.
– Почему же взрослые, умные люди не выходят из системы?
– Система дает защиту, комфорт. Ты сможешь без них?
– Не знаю. Ты же смог.
– Это одна из цен свободы.
25.08.10
Одному человеку никогда не построить даже хрущевскую пятиэтажку. Нужны бетонные блоки, арматура, провода, розетки, стекла, перекрытия, сварочные аппараты, подъемные краны, бензин… Это все – система, которая начинается с поиска и добычи руд и нерудных материалов, типа щебня, и заканчивается для хрущевки подачей электричества и горячей воды с ТЭЦ.
Хочешь жить один в лесу – система тебя не
