На связи с собой - Вероника Мелан

То есть, на фоне просто работает неверие в то, что «я хорошая», «я чего-то стою», «я достойна успеха», «успех – это для меня просто».

Сначала на эту тему меняются мысли, за ними следует смена ощущений. После вы каждый день в течение, положим, месяца проживаете новое состояние, когда «я этого достойна, я молодец, легко делаю деньги, я талант». И после уже получаете спокойствие от новых, выгодных убеждение, как от новой личной правды. Пока эта работа вами не сделана, Источник будет отражать отсутствие лайков, денег, плохие комментарии и прочие вещи, которые сигналят о ваших страхах.

Видео-инструкции «Самовосприятие» и «Бессилие»

Вопрос: Сыну 18 лет. Не понимает, зачем учиться и не представляет, не знает, чем будет заниматься, как зарабатывать. Нет самостоятельности. Про что это для меня? Я слишком сильно опекаю и перебарщиваю с заботой, или это его инфантилизм, лень, нежелание взрослеть?

Вопрос: Добрый день! У меня проблема общения с дочерью (18 лет). Не могу понять её, как она будет жить дальше. Вроде и хороший ребенок, но меня не слышит. Все советы принимает, как ежик. Устала от этого. Часто приходит мысль, а все как с ней. Это ужасно, конечно((

Ответ: Я объединила эти два вопроса, потому что они похожи в своей сути.

Пока я представляю своего ребенка кем-то отдельным от себя, то есть другим человеком, который «как-то там живет», я ничего сделать не могу. Я бессильна. То же самое относится к мамам, папам, братьям, иным другим людям. То есть, «есть я» и «есть они» – всё, это бессилие. Но, как только я перефразирую свой вопрос, мне всё станет ясно.

«Хорошо, есть я и есть мой аспект в моей реальности в виде моего ребенка. Этот мой аспект выбрал играть некую роль не приспособленного к жизни человека. Для чего? Что он мне показывает, какие чувства вызывает своим поведением?» – многое становится понятно. Отсюда уже можно работать.

Проведите с собой внутренний диалог.

– Вот я смотрю на своего беспомощного неадекватного ребенка. Что я чувствую?

– Злость, обиду, досаду, разочарование. Почему он такой?

– Что тебя в этом пугает?

– Что он плохо живет. Не умеет зарабатывать, не принимает верные решения.

– Что дальше? Что в этом страшного?

– То, что я буду вынуждена на это смотреть. Он будет попадать в неприятности, приходить ко мне и ныть, будет просить у меня деньги или просто будет страдать.

– Хорошо. Что ты чувствуешь?

– Что я плохая мать. Я не вырастила приспособленного к этой жизни человека, не научила его правильно действовать.

– И это значит?

– Что я виновата. Я что-то делала неправильно, я стыдная, неумелая. Я ощущаю страх и бессилие. И вину, снова её.

– Отлично. Значит, мой ребенок выбрал играть именно такую роль, чтобы я посмотрела на это свое «зеркало» и поняла, что оно поднимает во мне то, что внутри уже существовало какое-то время. Тревогу, чувство вины, стыд, раздражение и так далее. Эти чувства во мне уже были, но я их игнорировала, я не хотела позволять себе чувствовать себя виноватой, мне это неприятно. Но ребенок продолжает работать зеркалом, значит, мне придется развернуться к своим чувствам и что-то с ними сделать.

Диалог сделал многое понятным?

Да.

Что лично я сделаю, чтобы выявить свои максимальные страхи? Представлю точку А – негативный сценарий. Скажу себе: «Представь, что твой ребенок страдает, но ты ничем ему не можешь и хочешь помогать. Ты не будешь ничего делать, и страдание ребенка не изменится. Что ты чувствуешь?»

В этой точке выйдет максимально зверское чувство вины, стыд, злость, непринятие себя, отторжение, страх, что «если я не помогу, я буду плохая», страх быть плохой. Страх перед обвинением, самообвинением.

Что я сделаю? Я сяду и позволю себе все эти чувства, проживу каждое из них, поиграю в них честно, пока мне не надоест в них играть. Боюсь ли я, что при этом создаю ужасный сценарий? Нет. Когда я ставлю стоп-кадр и разворачиваюсь к своим чувствам, начинаю с ними работать, я расформировываю сценарий, даже, если кажется, что я делаю наоборот. Это нужно очень хорошо понимать. Вы формируете сценарий, когда боитесь «на фоне», когда у вас в голове работает «бетономешалка» из страхов и тревог, когда беспокойство и вина – ваш постоянный фон. Вот тогда вы «создаете» сценарий. А, когда разворачиваетесь к чувствам, тогда начинаете обратный процесс.

Я дойду в точке А до состояния, когда я «наигралась» в эти страхи и чувство вины, когда позволила себе быть любыми аспектами себя, в том числе «стыдными» и «виноватыми», проще говоря, я позволила себе быть плохой матерью, пришла в точку спокойствия. Я НЕ СТАЛА плохой матерью, но я позволила себе любой аспект себя.

А далее, когда в точке А негативных чувств не осталось, я поставлю себе точку Б и представлю, что мой ребенок начал принимать верные решения, стал приспособлен к жизни, самостоятелен, слышит меня прекрасно, действует уверенно и в целом счастлив.

Спрошу себя: «Какие у меня в этом стоп-кадре чувства»?

И будет мне ответ в виде вороха сомнений, недоверия, страхов, той же вины и так далее. Но это поначалу. Так выходит сопротивление. А дальше я буду садить себя в медитацию и смотреть на эту точку, где мой ребенок счастлив столько, пока не обрету «нормальность» от того, что версия моего ребенка прекрасна. Я счастлива от того, что она счастлива, это норма, обычность. Вот только тогда начинается процесс синхронизации с новым вариантом. Когда внутри нет страхов и отторжения самой себя. Тогда вашему ребенку нечего вам, как зеркалу, больше транслировать. И он начинает выбирать быть той версией, где становится уверенным в себе счастливым человеком.

Поэтому, когда мне задают вопросы «Вот, мой ребенок… Что я делаю не так?»

Я всегда спрашиваю – ваш ребенок – это кто?

И, если человек не может ответить «Это я», то с таким человеком не время работать, он еще не понял саму суть и базу.

Видео-инструкция «Мой ребёнок»

Вопрос: У меня вопрос про осознанные сны. Я уже который раз путешествую в плоскости умершей мамы. Я вижу её, пытаюсь поговорить, иногда говорю и даже обнимаю, чувствую ее руки. Но всегда одно и тоже состояние во сне. Я реву, а реву от того, что понимаю, что это сон и даже если я вернусь в этот