Саньютта Никая - Сиддхартха Гаутама
4) Другой учитель учил так, имел такие воззрения: «Действуя или побуждая действовать других, калеча или побуждая калечить других, пытая или побуждая пытать других, огорчая или побуждая огорчать других, причиняя боль или побуждая причинять боль других, наводя ужас или побуждая наводить ужас других; забирая жизнь, забирая то, что не было дано, врываясь в дома, расхищая имущество, совершая кражу, совершая разбой, занимаясь прелюбодеянием, говоря ложь – человек совершает зло. Если [железным] диском с острыми краями превратить всех живых существ на Земле в одну кучу из плоти, одну груду из плоти, то зло свершилось бы по этой причине, наступило бы зло. Если кто-либо шёл бы вдоль правого берега Ганга, убивая и побуждая убивать других, калеча и побуждая калечить других, пытая и побуждая пытать других – то зло свершилось бы по этой причине, наступило бы зло. Если кто-либо шёл бы вдоль левого берега Ганга, раздавая дары и побуждая раздавать дары других, жертвуя и побуждая жертвовать других – то свершились бы благие заслуги по этой причине, наступили бы заслуги. Благодаря щедрости, самоконтролю, сдержанности, правдивой речи – свершаются заслуги по этой причине, наступают заслуги».
И возникло во мне, Господин, замешательство и сомнение: «Какой же из этих почтенных жрецов и отшельников говорит истину, какой же из них говорит неправду?»
«Само собой разумеется, что ты пришёл в растерянность, само собой разумеется, что ты засомневался. Сомнения возникли в тебе в отношении того, что сбивает с толку».
«Но у меня есть такая убеждённость по отношению к Благословенному: «Благословенный сможет обучить меня Дхамме так, что я отброшу это состояние замешательства».
«Существует, градоначальник, сосредоточение Дхаммы. Если бы ты обрёл сосредоточение ума в этом, то мог бы отбросить состояние замешательства. И что такое, градоначальник, сосредоточение Дхаммы?
Вот, градоначальник, отбросив уничтожение жизни, ученик Благородных воздерживается от уничтожения жизни. Отбросив взятие того, что не было дано, он воздерживается от взятия того, что [ему] не было дано. Отбросив неблагое сексуальное поведение, он воздерживается от неблагого сексуального поведения. Отбросив лживые речи, он воздерживается от лживых речей. Отбросив сеющие распри речи, он воздерживается от сеющих распри речей. Отбросив грубые речи, он воздерживается от грубых речей. Отбросив пустословие, он воздерживается от пустословия. Отбросив жадность, он не жаден. Отбросив недоброжелательность и ненависть, он пребывает с умом, лишённым недоброжелательности. Отбросив неправильные воззрения, он обладает правильными воззрениями.
Далее, градоначальник, этот ученик Благородных – лишённый таким образом жадности, лишённый недоброжелательности, без замутнённого ума, бдительный, постоянно осознанный – пребывает, наполняя первое направление умом, наделённым доброжелательностью, равно как и второе, равно как и третье, равно как и четвёртое. Вверх, вниз, вокруг и везде во всей полноте он наполняет всю вселенную умом, наделённым доброжелательностью – обильным, обширным, неизмеримым, не имеющим враждебности и недоброжелательности.
И он рассуждает так: «Этот учитель учит так, имеет такое воззрение: «Нет ничего, что дано; нет ничего, что предложено; нет ничего, что пожертвовано. Нет плода или результата хороших или плохих поступков. Нет этого мира, нет следующего мира; нет отца, нет матери, нет спонтанно рождающихся существ. Нет жрецов и отшельников, которые посредством правильной жизни и правильной практики [истинно] провозглашали бы, что напрямую познали и засвидетельствовали самостоятельно этот мир и следующий». Если слова этого почтенного учителя правдивы, тем не менее, для меня является бесспорным то, что я не притесняю ни слабого, ни сильного. В обоих случаях я выигрываю: поскольку я сдержан в теле, речи, уме, и, поскольку, после распада тела, после смерти, я перерожусь в благом уделе, в небесном мире». [По мере таких рассуждений] возникает радость. Когда возникает радость, появляется восторг. Когда ум пропитан восторгом, тело становится безмятежным. Тот, у кого тело безмятежно, ощущает счастье. У того, кто ощущает счастье, ум становится сосредоточенным.
Это, градоначальник, является сосредоточением Дхаммы. Если бы ты обрёл сосредоточение ума в этом, то мог бы отбросить состояние замешательства.
Далее, градоначальник, этот ученик Благородных – лишённый таким образом жадности... наполняет всю вселенную умом, наделённым доброжелательностью – обильным, обширным, неизмеримым, не имеющим враждебности и недоброжелательности.
И он рассуждает так: «Этот учитель учит так, имеет такое воззрение: «Есть то, что дано; есть то, что предложено; есть то, что пожертвовано. Есть плод и результат хороших или плохих поступков. Есть этот мир, есть следующий мир; есть отец, есть мать, есть спонтанно рождающиеся существа. Есть жрецы и отшельники, которые посредством правильной жизни и правильной практики [истинно] провозглашают, что напрямую познали и засвидетельствовали самостоятельно этот мир и следующий». Если слова этого почтенного учителя правдивы, тем не менее, для меня является бесспорным то, что я не притесняю ни слабого, ни сильного. В обоих случаях я выигрываю: поскольку я сдержан в теле, речи, уме, и, поскольку, после распада тела, после смерти, я перерожусь в благом уделе, в небесном мире». [По мере таких рассуждений] возникает радость. Когда возникает радость, появляется восторг. Когда ум пропитан восторгом, тело становится безмятежным. Тот, у кого тело безмятежно, ощущает счастье. У того, кто ощущает счастье, ум становится сосредоточенным.
Это, градоначальник, является сосредоточением Дхаммы. Если бы ты обрёл сосредоточение ума в этом, то мог бы отбросить состояние замешательства.
Далее, градоначальник, этот ученик Благородных – лишённый таким образом жадности... наполняет всю вселенную умом, наделённым доброжелательностью – обильным, обширным, неизмеримым, не имеющим враждебности и недоброжелательности.
И он рассуждает так: «Этот учитель учит так, имеет такое воззрение: «Действуя или побуждая действовать других, калеча или побуждая калечить других... Благодаря щедрости, самоконтролю, сдержанности, правдивой речи – не свершается заслуг по этой причине, не наступает заслуг». Если слова этого почтенного учителя правдивы, тем не менее, для меня является бесспорным то, что я не притесняю ни слабого, ни сильного...» ... У того, кто ощущает счастье, ум становится сосредоточенным.
Это, градоначальник, является сосредоточением Дхаммы. Если бы ты обрёл сосредоточение ума в этом, то мог бы отбросить состояние замешательства.
Далее, градоначальник, этот ученик Благородных – лишённый таким образом жадности... наполняет всю вселенную умом, наделённым доброжелательностью – обильным, обширным, неизмеримым, не имеющим враждебности и недоброжелательности.
И он рассуждает так: «Этот учитель учит так, имеет такое воззрение: «Действуя или побуждая действовать других, калеча или побуждая калечить
