Товарищи - Иосиф Бенефатьевич Левицкий
— Сейчас. — хрипло отозвался Виктор и привычным движением засунул руку в карман. Но платка там не оказалось. Тогда он встал на ноги, расстегнул пиджак и обратной стороной подола рубашки вытер лицо.
— Вот это порядок. А то падаешь, как будто впервой здесь. С испуга, что ли?
— Не угадал ты, Быньдя, упал я от удара… Ловкой рукой он был нанесен туда, где мозжечок расположен, — ответил Виктор, прикидываясь равнодушным и потирая затылок.
— А кто ударил? — придвинулся вплотную Быньдя.
— Откуда я знаю, не видел.
— Ха, другой разговор. Ты начинаешь, Красавчик, подавать надежду на исправление.
— А я, по-моему, и не портился.
— Это еще вопрос, большой вопрос. Поживем — увидим. А теперь мне скажи, сознался?
— В чем?
— Как мы ходили на «Софию» кассу брать: я, ты и Петро по кличке Трус.
— Никакого Труса я не знаю.
— Познакомься. Вот он собственной персоной на нарах, и кличку ему дал я. Ничего, из трусов выходят храбрецы.
— Ну, встань, Петро, и, как положено, представься.
Сопронкин нехотя слез с нар, потянулся, подавая Виктору руку:
— Сопронкин, по кличке Трус.
— Мы знакомы, — сказал Виктор, не замечая протянутой руки.
— Тогда поздоровайтесь, — подсказал Быньдя.
— Это можно, — согласился Виктор и дал пожать Сопронкину кончики своих пальцев.
— А теперь сядем, — предложил Быньдя. — В ногах правды нет. И побеседуем.
Расположились на краю нар.
— И чего это ты, Быньдя, на меня показываешь? — спросил Виктор.
— А как же ты хотел. Вместе заварили дело, вместе и гореть… Солидарность. Или ты это слово запамятовал?
— Насколько я понимаю, оно расшифровывается по-другому: кого застукали, тот и вертится, а кто на воле остался, того не трожь.
— Но тебя же тоже взяли, — отпарировал Быньдя.
Виктор, разыгрывая возмущение, вскочил с нар:
— Только потому, что ты донес на меня, а еще говоришь о солидарности…
— Ах ты, щенок, — зашипел Быньдя, медленно вставая, и взмахнул рукой.
Виктор не сдвинулся с места и только загоревшимся взглядом впился в нависший увесистый кулак, готовый в любую минуту обрушиться на него. Но Быньдя не ударил, а порывисто сгреб за борта пиджака так, что он затрещал, притянул Виктора к себе:
— Щенок, шалишь, ой, шалишь, но на свою голову. Еще не родился тот, кто меня проведет! Понял? Продать нас и провалить дело кроме тебя некому было. Понял?
— Нечего мне тут понимать, — резко ответил Виктор, а про себя подумал: «Хватит с ним играться!» — Убери руки!
— Ты мне, Красавчик, хвостом не крути…
— Убери руки, говорю! — бросил в лицо бандита Виктор, цепко хватая его за плечи.
— Я убить могу тебя сейчас!
— Не выйдет! — и Виктор с силой оттолкнул от себя Быньдю.
На цементный пол упали оторванные пуговицы.
— Убью, щенок!
— Убить ты можешь только из-за угла.
Быньдя шаркнул подошвами, отпрянул к стенке и, громко сопя, заговорил:
— Нас было трое. Меня и Труса застукали в кассе. Третий доехал машиной до поселка Холодная балка и сбежал… Его надо выручить. И если ты, Красавчик, хочешь доказать, что не выдал нас, бери на себя все до конца. А там посмотрим, как быть.
— Но кто же третий, за кого я должен сидеть?
— Во-первых, настоящий вор и мой друг. А во-вторых, ты будешь сидеть за себя, а не за кого-то. Не опоздал бы на дело — и нас бы не застукали. Понял?
Виктор замолчал, пораженный наглостью этого негодяя, который все еще надеялся подчинить его себе. Он, наверное, забыл, что ему не удалось это сделать раньше, в колонии…
— Будет вот так: третий со временем займет свое место, а меня отпустят домой, и думаю, что скоро…
— Значит, продал — ты? — Быньдя сделал шаг вперед, сверля своего противника горящим взглядом.
Виктор тоже сделал шаг вперед, прижимая кулаки к бокам. Он видел, что схватки не избежать, и хотел ее, жалея только о том, что она должна состояться в таком неподходящем месте.
— Нет, не продал… — как можно спокойнее произнес Виктор. — Я, как гражданин, исполнил свой долг и донес о банде.
Их разделяли каких-нибудь два метра расстояния, и никто не решался первым преодолеть его. Быньдя, покачиваясь на кривых ногах, медленно тянул из-за спины растопыренную руку. Увидя это, Сопронкин забился в дальний угол.
Виктор разгадал маневр Быньди, и не успел тот дотронуться до его шеи, как был отбит к стенке точным ударом в подбородок. Бандит основательно ушибся головой и несколько минут сидел неподвижно. В это время Виктор мог бы сделать с ним что угодно. Но ему претило бить лежащего.
Придя в себя, Быньдя попытался встать на ноги.
— Сиди! — крикнул Виктор.
— Ах, так! — и Быньдя резко приподнялся, но Виктор в упор ударил его в лицо.
— Караул, убивают! — заорал Сопронкин.
Его крик услышал в коридоре надзиратель и открыл дверь в камеру.
— В чем дело? — спросил он, быстрым взглядом окидывая задержанных.
— Убивают, караул! — не унимался Сопронкин.
— Да замолчи ты! — прикрикнул надзиратель и опять обратился к Быньде: — В чем дело?
Держась за разбитый нос, Быньдя встал и внятно ответил:
— За то, что я показал следователю правду, этот щенок избил меня, гражданин надзиратель. Попрошу составить об этом акт…
— Я оборонялся от бандита, — сказал Виктор. — Он хотел меня убить.
— Молчать! — строго приказал надзиратель.
— И еще попрошу, — продолжал Быньдя, — чтобы меня допросил капитан Конюкин. Я скрыл от него, что Несветов — организатор всего дела…
Виктора перевели в одиночную камеру.
* * *
Начальник уголовного розыска Конюкин всю ночь работал в своем кабинете. Его подчиненные отправились спать, а вот он бодрствовал. Можно было и ему пойти домой, чтобы вздремнуть какой-нибудь часик, но он решил довести дело до конца — сразу же с утра получить санкцию у прокурора, а потом уже и отдохнуть. Конюкин считал, что сон и дом никуда не денутся, а вот улики против преступников нужно ловить сходу, иначе они исчезнут, потеряются, и тогда уже ничто не поможет… Ведь как удачно получилось с выяснением организатора банды. Кто-то из них двоих главный: Быньдя или Несветов, — так он гадал целый день вчера, а вот сегодня уже можно сказать совсем определенно… Откуда Быньдя мог знать, что на шахту «София» завезена крупная сумма денег? Ясно, что ему об этом сообщил Несветов. Но почему сообщил? Или потому, что это сделать приказал Быньдя, или, наоборот, он сам предложил ему совершить кражу из кассы? Ответа на этот главный вопрос не было. Не помогла и другая, не менее веская улика: встреча двух бандитов в машине
