Рассказы - Фируза Замалетдинова
Полоскание белья – красивая традиция нашей деревни. Это бельё пахнет свежим воздушным ароматом лета. Оно отделяется от других своим цветом, своей свежестью и белизной… Кажется, тёплая вода источника делится с ним своим богатством: чистотой и свежестью…
Журчание воды будит в душе воспоминания, светлеет мир, небеса кажутся выше, дышать становится легче. В душе рождается тихая радость… Поэтому, наверное, свекрови с удовольствием помогают молодухам, которые, подвесив на коромысла тяжёлые вёдра с выстиранным бельём, идут к источнику…
Молодухи ступают мелкими шажками, не торопясь, держа спину прямо. Иногда появляются и длинные очереди у родника. Бывают холодные дни, с ветром и дождём, а они ждут… а они стоят…
Вода постоянно в движении, поэтому ли она все мысли, мечты уводит с собой вдаль. Из уст свекровей иногда вылетают обидные слова… да, бывает такое… А вода смывает их с души, и эти слова вместе с грязью опускаются в глубь озера… и все обиды-печали там остаются…
Родниковая вода закладывает в души молодых женщин красивые сказки о маленьких мальчиках-карапузах и нежных девочках… Нет-нет, эти сказки обязательно превратятся в быль! Женщины это чувствуют…
Обратной дорогой они уже идут вдохновлённые, с улыбающимися глазами, в которых отражается весь мир, выдержка и терпение, и кажется, что в их душах рождается свой родник.
На тропинке к роднику встречаются люди. Подруги друг с другом общаются, делятся секретами. Здесь разговаривают лишь о хорошем, о добром.
Частенько приходят сюда и молодые мужья помочь своим жёнам нести обратно чистое бельё. Широко расставив крепкие ноги, стоя на берегу, они ладонями набирают и пьют чистую, как утренняя роса, ключевую воду и умываются ею.
А печерская вода пронизывает даже душу… Один лишь источник с тёплой водой не может его нагреть… Те прохладные родники окутаны тайной… Люди стараются к ним не приближаться… Они с гор несут с собой холодный ветер… И вода в озере становится ещё холоднее…
У нас говорят, если выпьешь их воду, ломаются зубы. Если скажешь: «Ой, какая холодная!», то появляются на лице или на руках отёки. Или же на глазах ячмень начинает расти, и ты уже почти воешь от боли. Вода этих ключей не принимает слова, даже безобидные. Ну а потом ноги уже сами несут тебя к дому, где живёт тётушка Аппак… Берёшь с собой два яичка и бегом вперёд… Моя бабушка говорит, что за исцеление нужно отблагодарить…
Если кто-то заболевает, то все начинают говорить, что это печерская вода, мол, и сглазила. И эту хворь можно вылечить только заговором. А заговаривать умеет у нас один человек: знахарка тётушка Аппак. Говорят, её по-другому зовут, но уже никто и не помнит, как.
Тётушка Аппак сидит за занавеской на высоких мягких подушках. Из-под полы длинного белого платья виднеются белые штанины. На голове белый платок, который покрывает её седые волосы. Даже глаза её под белыми широкими бровями кажутся белыми. Старушка всё время в руках держит тасбих[15], собранный из косточек фиников. Они уже истончились, стали маленькими, похожими на пчёл.
Когда она заговаривает, кажется, становится похожей на большую наседку, в одну минуту сто раз меняет облик. Её холодное дыхание бьёт тебя по лицу, как ветер из трубы.
– Уф-ф-ф, эф-ф-ф, уф-ф-ф… пыф-ф-ф…
Иногда на лицо попадают брызги слюны…
Вот поэтому к ней и не хочется идти. Идёшь и думаешь, лишь бы спала. Если ляжет спать, её не будят, и пришедшие уходят… Но тоже плохо, когда у тебя что-то болит. Плохо…
– Уф-ф-ф, – только она дунет на больное место, сразу появляется ощущение, что тебе уже хорошо, что уже выздоравливаешь.
Пока идёшь домой, то ячмень начинает исчезать и вытекает гной. А если болезнь запущена, то тётушка Аппак просит принести с собой соль, изюм, крупу. И с ними в твоё тело должно войти исцеляющее волшебство, об этом знает каждый, кто приходит сюда.
Она в нашей деревне только одного человека не может заговорить – это тётушка Хатиматти[16].
Хатиматти часто приглашает мою бабушку в гости.
– Зайди ко мне, Патима[17], есть слово.
Бабушка не отказывается. Иногда и я с ней иду.
Поздоровавшись и прочитав небольшую молитву, бабушка начинает разговор:
– Ну давай, говори, я пришла.
Хатиматти оглядывается по сторонам.
– Не могу, Патима. Вон уже все джинны озера Печер расселись рядом.
У меня от страха округляются глаза. А вдруг схватят за ногу и потащат под сакэ. Бабушка вроде с равнодушным видом слушает соседку, но сама нет-нет да и настороженно поглядывает по сторонам. В доме всё как на ладони. Перед печкой стоит самовар, уже свою песню поёт. А в печке горят дрова.
Некоторое время все сидим молча, затем мы уходим домой. Хатиматти остаётся со всеми печерскими джиннами одна.
– Хатиматти никогда не бывает на озере Печер, и как к ней эти джинны приходят? – донимаю своими вопросами бабушку. – Она же всё время ходит только на кладбище…
– Как, как… А вот так… – шёпотом отвечает она. – Повадились джинны к ней, дочка…
Мне ещё страшнее становится. А если эти джинны и к нам придут… Не дай Бог… Будешь сидеть в своём доме потом и молчать…
Через некоторое время бабушка продолжает:
– Дочка, а ты видела белые камни около родника? Их Хатиматти так разложила, сама таскала из реки. Это было ещё до смерти её младшего сына… У родника всегда бывало грязно…
– И как она их таскала? Камень не вата…
– В ведре… Да и молодёжь помогала…
И поэтому, оказывается, эти камни называют «Хатима ташлары[18]». Надо же!
Я на следующий день даже во время урока всё ещё думала об этих камнях. Белые камни Хатимы! Как же чисто теперь у родника и как красиво!
В тот же день к нам навстречу попала сама Хатиматти. Она шарила руками по земле… Будто что-то потеряла.
– Деточки мои, гребень потеряла, помогите, пожалуйста, найти, – попросила она нас, сама даже голову не подняла.
– Хатиматти, иди домой, а мы сейчас найдём и принесём тебе…
– А вы точно найдёте? – Она внимательно оглядела нас.
– Конечно, найдём. Гребень не иголка…
– Ну я пошла тогда, деточки, – обрадовалась бабушка.
Мы с Фардиёй дошли до конца улицы, но так и не нашли её деревянного гребня. Опавшие листья издалека нам казались жёлтым гребнем. Мы двигали комья глины вдоль дороги. Искали… искали… но так и не нашли…
Оказывается, живущие на том конце улицы знакомые Хатиматти пригласили в баню. Вот по дороге она и потеряла гребень…
И всё
