Избранные произведения. Том 1. Саит Сакманов - Талгат Набиевич Галиуллин
– У меня нет времени, выходите. Я просто пожалел женщину.
Пока водитель, молодой круглолицый татарин с пышными усами и двумя передними золотыми зубами, пытался упрямиться, один из парней приставил к его шее ствол нагана. Реальность близкой смерти холодом сковало всё тело водителя и бросило в дрожь. Потеряв всякую надежду, водитель сделал ещё одну отчаянную попытку. Он решил давить на психику, обратиться к сознательности своих «непрошенных гостей».
– Ребята, я ведь только пять лет как вернулся из армии. Всего два года назад женился. У меня дома годовалый сынишка и жена, такая же красавица, как и ваша подруга, хотя бы ради них отпустите меня, а? – проговорил он, глядя в зеркало на опухшую, растрёпанную, обмякшую, как мешок, Фариду.
– Оттого, что у тебя жена красавица, нам-то какая польза? Сам и наслаждаешься, нам ничего не перепадает, – заметил держащий его на мушке бандит.
– Машину согласен оставить нам? – спросил Рыжий.
Однако, как говорится, жадность фраера сгубила, есть такая привычка у живого человека – даже под страхом смерти цепляться за своё добро.
– Да у меня, кроме машины, ничего нет. Живём у родителей жены.
– Ну, тогда останешься в машине, – как-то нехорошо хихикнул Рыжий.
Водитель тяжело вздохнул, окончательно убедившись, что дела его плохи, то есть совсем безнадёжны. Как назло, бензина в машине полный бак, как угодно далеко можно уехать. «И почему я не послушался жены? – ругал он себя. – Иногда оказывается, и они говорят дельное. Говорила же: «Шавкет, не выходи сегодня ночью, что-то на душе неспокойно, чувствую не будет тебе удачи сегодня».
Рыжий уложил вещи Фариды в багажник и отдал приказ:
– Давай, держи курс на Васильево, дорогу сам знаешь, только, смотри, без глупостей. Тут же прикончим и выкинем. Будешь себя хорошо вести, может в живых останешься.
Надежда на то, что при выезде из города, машину остановит милиция, не оправдалась. Обычно они набрасываются как мухи на мёд, а тут полусонные гаишники беспечно пропустили машину.
Когда проехали довольно длинный путь, один из захватчиков решил уточнить маршрут.
– Мы на этом пути машину оставили. В ней женщина ждёт нас с большим нетерпением. Сначала туда заглянем.
– Теперь вы свою тачку найти-то не сможете, наверно, – сказал Рыжий.
– Ты нас выведи на ту железнодорожную станцию, на которой мы с вами встретились, оттуда мы дорогу знаем. Это недалеко, мы ведь оттуда пешком пришли. Минут пятнадцать-двадцать ходу.
На том и сошлись. Водитель внимательно слушал разговоры бандитов и делал для себя выводы. «Эти, похоже, свидетелей не оставляют, – думал он, – как им не угождай, всё равно отправят к праотцам. Когда двое уйдут искать свою машину, надо будет попытаться сбежать. Пистолет вроде бы только у одного». Так он решил попытать счастья. Всё-таки служил в армии, по бегу и прыжкам завоевал всякие значки. В общем, сдаваться, так сказать, без боя, нет никакого смысла. Вот так иногда в представителях нашей нации вспыхивают такие, слишком глубоко запрятанные в генах качества, как смелость и решительность. Видимо, эти качества наших предков и позволили им когда-то под предводительством Аттилы потрясти всю Европу. Однако последующим поколениям это не принесло пользы.
Парни ушли искать машину, а их подельник, который постарше, сел на заднее сиденье и, обняв женщину, стал ей нашёптывать на ухо что-то вроде того: «Всё будет хорошо, я сделаю тебя самой счастливой женщиной на свете, пылинки буду с тебя сдувать». Только эти слова Рыжего и застряли в голове молодого водителя «Жигули», больше он ничего не помнил. Внезапно он вскочил со своего места и изо всех сил бросился бежать к ближайшим кустам. Чтобы пуля, если вдруг в него будут стрелять, не настигла его, он бежал, раскачиваясь из стороны в сторону, как пьяный. Но, к сожалению, молодой отец семейства, так хотевший жить, обожавший свою жену и маленького сынишку, не знал, с кем имеет дело, каким метким стрелком является Рыжий, профессиональный киллер. Однако и киллер, оказывается, иногда проявляет человеческие признаки. Почему-то у Рыжего не поднялась рука стрелять на поражение в живую мишень. То ли с годами стал слегка сентиментальным, пожалел молодую жизнь, то ли устал оставлять трупы на своём пути, он всадил пулю в ногу. Звук выстрела и отчаянный крик разрезали тишину. Рыжий встал со своего места, не спеша, хорошенько закрыл и запер на замок дверцу машины, где сидела Фарида, потом, так же не спеша, направился к корчащемуся от боли молодому человеку. «Ну разве можно так, кретин», – почти по-отечески пожурив, обняв за плечи, Рыжий привёл водителя к машине, нашёл в бардачке какую-то тряпку, разорвал её на две части, одной частью перевязал рану, из другой сделал кляп и заткнул водителю рот. В таком виде Рыжий посадил его на муравьиную кучу. «Завтра утром кто-нибудь его обнаружит, рана неглубокая, кровотечение почти прекратилось», – подумал он. Тем временем, усталые и обессиленные, вернулись подельники Рыжего. По их унылым лицам и беспрерывному мату было видно, что их поиски не увенчались успехом.
– Всё, упустили бабу! Её спас какой-то очень опытный человек, машину завёл напрямую, ключи-то были у нас. Опоздали всего на несколько минут. Успели только несколько выстрелов сделать вслед.
В голове много повидавшего и ничему не удивлявшегося Рыжего мелькнула неприятная мысль: «Это ведь недалеко от той полянки, где проходил пикник. Неужели Сакманов выжил? Похоже, именно он завёл машину. Если так, то надо будет эту ошибку исправить, найти его и отправить к дружкам».
– А этот пень с глазами, чё это с ним? – спросил длинноволосый, ткнув пальцем в лежащего в кровавой жиже водителя, стонущего от боли.
– Да вот, наш друг решил было нас покинуть, пришлось притормозить его. Пусть тут поваляется, завтра кто-нибудь его найдёт, но мы уже будем далеко отсюда. Поехали!
Длинноволосому пришлось сесть за руль. Валявшийся на земле водитель запомнил, что бандиты в разговоре упоминали слово «Канаш». «В случае чего нас будут искать там, – сказал Рыжий и велел
