Другая сестра Беннет - Дженис Хэдлоу

Мэри согласилась – серьезность его просьбы затруднила возможный отказ – и снова устроилась на софе. Мистер Райдер расположился напротив нее. Теперь было очевидно, что он пришел сегодня не только за тем, чтобы просить прощения.

– Я не собираюсь, как говорится, ходить вокруг да около, – начал он, – сразу перейду к делу. Большую часть прошлой ночи я провел, размышляя о происходящем. И я решился на то, на что не решился вчера, – сделать вам предложение, которое нельзя неверно истолковать. Для меня будет большой честью, мисс Беннет, если вы примете мою руку и станете моей женой.

Мэри не могла скрыть своего удивления; и мистер Райдер грустно посмотрел на нее.

– Я чувствую, что ваше изумление не делает мне большой чести. Но, возможно, большего я и не заслуживаю.

– Мне очень жаль, но я… то есть я никак не могла предположить, что вы хотели именно этого.

– А теперь, когда вы это знаете, могу я спросить, что вы думаете?

– Боюсь, мой ответ будет таким же, как и вчера. Я вполне осознаю: вы оказываете мне честь своим предложением и пониманием того, что только предложение брака я готова рассматривать серьезно. Но я не люблю вас, мистер Райдер. И думаю, дать согласие с моей стороны было бы нечестно в отношении нас обоих.

Он встал со стула и подошел к ней, сидевшей на софе. Он начал говорить серьезным сдержанным тоном, которого Мэри раньше не слышала:

– Я знал, что таким будет ваш ответ. Но прошу вас подумать еще раз. Мы же хорошие друзья, не так ли? И не может ли дружба, мисс Беннет, быть более прочным основанием для супружества, чем любовь, которая в конце концов исчезает?

Мэри сцепила руки вместе. Это действительно то, о чем ей рассказывали ее книги. На этом настаивал доктор Фордайс. Она думала, что согласится выйти замуж за мистера Коллинза именно на таких условиях. Но сейчас, понимая, как этот шаг повлияет на самое судьбоносное решение ее жизни, она обнаружила, что не может так поступить.

– Действительно, мы прекрасно ладим как друзья. Но не уверена, что, став мужем и женой, мы сойдемся характерами.

– Неужто вы считаете, в моей голове слишком много ветра для такой глубокомысленной девушки, как вы?

– Это было бы слишком дерзко с моей стороны. Я не хотела бы создавать о себе впечатление, которому по слабостям своим не соответствую. Однако же замечу, что вряд ли найдется что-либо, объединяющее нас в виду разности наших нравов.

Он притих, тщательно продумывая ответ.

– Осознаете ли вы, почему я хочу жениться на вас, Мэри?

– Отнюдь, мистер Райдер. Признаться, я теряюсь в догадках относительно причин этого поступка.

– Безусловно, есть и обычные в таких случаях причины. Я наслаждаюсь вашим обществом. Я считаю вас доброй, искренней, скромной и обворожительной. Но есть у моей симпатии и более эгоистичный мотив. Я думаю, вы исправите меня. Вы серьезны, когда я взбалмошен. Вы усердно трудитесь, я ленив без меры. Вы видите суть вещей, я же смотрю поверхностно. Подумайте, насколько благое дело вы совершите, дав свое согласие на этот брак. Только представьте себе, как измените меня к лучшему своим примером. Возможно, именно по этим причинам, и никак иначе, вы обязаны принять мое предложение?

Он встал, демонстрируя самообладание, которого она от него не ожидала.

– Я не прошу вас незамедлительно дать окончательный ответ. Оставлю вас с этой мыслью. Но буду признателен, если вы все как следует обдумаете и сообщите мне о своем решении как можно скорее.

– Да, сэр, – ответила Мэри чуть дрогнувшим голосом.

Мистер Райдер откланялся и ушел. Мэри увидела, как дрожат ее руки. Она никогда раньше не слышала в нем такой искренности. Что же ей думать обо всем этом?

Не успела она поразмышлять, как в комнату ворвалась оживленная матушка.

– Я была права? Он сделал тебе предложение?

– Да, мама, так и есть.

– Я знала! Я так и знала! Разве я не говорила об этом? – миссис Беннет была почти вне себя от радости. – Вообрази только! Я в конце концов доживу до момента твоей свадьбы. И с таким состоятельным, пригожим молодым человеком! Кто бы мог подумать!

Она наклонилась и расцеловала Мэри в обе щеки, чего никогда раньше не делала. Когда в комнату вошла миссис Гардинер, миссис Беннет кинулась к ней и вцепилась в обе руки, спеша поделиться хорошими новостями:

– Мэри выходит замуж! За мистера Райдера! Он вот только минуту как сделал ей предложение.

Миссис Гардинер ошеломленно вздрогнула.

– Это правда, Мэри? Так и есть? Ты действительно помолвлена с ним?

Мэри переводила взгляд с матушки на тетю, видела радость одной и изумление другой и призвала все внутренние силы, чтобы сказать то, что должна была сказать.

– Не совсем так. Он сделал мне предложение, но я не приняла его. Он попросил меня дать окончательный ответ как можно скорее.

Миссис Беннет ухватилась за руку миссис Гардинер, будто стараясь удержаться после того, как услышанное лишило ее сил. Затем судорожно вздохнула и опустилась в кресло, откуда уставилась на Мэри с ужасом и непониманием.

– Что ты хочешь этим сказать? Силы небесные, почему ты не приняла его? Что, если он теперь хорошенько подумает, а стоит ли делать его снова?

– Если он действительно поступит так низко, – заметила миссис Гардинер, – то вряд ли он достойный человек и заслуживает руки Мэри.

– Ты должна написать ему сию же минуту! – воскликнула миссис Беннет. – Объясни ему, что это была женская глупость, что тебе изменило самообладание, вскружило голову, но сейчас ты будешь рада ответить «да» и ничего в этом мире не сделает тебя более счастливой. Погоди, сейчас принесу перо и бумагу…

– Прошу вас, мама. Я хочу, очень хочу обрадовать вас, но я не люблю его.

– О каких чувствах тут может идти речь? Он достойный обеспеченный человек и хочет дать тебе крышу над головой. Ты собиралась выйти замуж за мистера Коллинза на таких условиях.

– Вы уже упоминали об этом. Но с тех пор… не знаю, как объяснить это, но я изменилась.

– Да неужели? Что ж, если ты и изменилась. то определенно к худшему. Раньше благоразумие было предметом твоей гордости. А сейчас ты, похоже, совсем разучилась понимать, что тебе действительно нужно.

Миссис Гардинер примирительно положила ладонь на запястье миссис Беннет, стараясь утихомирить ее, но миссис Беннет стряхнула руку.

– Будь осторожна, Мэри. Ты собираешься совершить величайшую ошибку в своей жизни.

– 90 –

Следующий день был одним из самых волнующих и печальных на памяти Мэри. Миссис Беннет с самого завтрака ни на шаг не отставала от дочери, следуя за ней повсюду и изматывая разговорами о мистере Райдере. Наконец, поняв, что запасы терпения Мэри подходят к концу, миссис Гардинер