Седьмое евангелие от «ЭМ» - Франц Гюгович Герман
Обратный путь был коротким. Коллеги, поджидавшие Доктора, кинулись бежать в разные стороны пока в хриплых криках не признали голос вернувшегося друга в несколько изменённом виде и духе. Кое-как совладав с благовониями, которые в изобилии источал Доктор, водка была распита. К тому времени одежда на Докторе подсохла и местами заскорузла. Надо было двигаться домой и тут к ужасу сборщиков огурцов выяснилось, что автобус их не дождался и отбыл восвояси. Надо было ловить попутный транспорт. «Волга» шла в Красноярск и водитель, не подозревая подвоха, сразу согласился подбросить трёх мужиков. Машина тронулась и тут шофёр понял тот ужас, который обрушился на него в виде запаха, который распространял развалившийся на переднем сиденье мужик. По словам самого Доктора весь путь до Красноярска машина проделала за рекордно короткое время, а шофёр лихо крутил баранку, чуть ли не по пояс высунувшись из окна, чтобы максимально подставить лицо встречному ветру.
Дома жена (Доктор в тот период был на ком-то женат) пыталась отстирать одежду в трёх или более водах, но поняв безнадёжность этого занятия и опасаясь, что запах навеки останется в квартире, вынесла всю одежду во двор и сожгла. Злые языки поговаривали, что это приключение и послужило причиной для распада очередного брака Доктора.
Поговаривали также в некоторых кругах, что фекальную яму стали после этой истории называть «потенциальной ямой Доктора».
«Вся сила в яйцах»
При первом знакомстве с Доктором складывалось впечатление, что он очень влюбчивый человек. Но никто так Доктора хорошо не знал, как Семён. Он бы сказал, что Доктор – ищущий человек, а понятие влюблённости, скорее всего, Доктору вообще было недоступно.
Однажды Доктор познакомился с Галиной и тут же ей увлёкся. Галя работала в каком-то проектном институте и была человеком вполне независимым – у неё была гостинка в семейном общежитии. Причём, гостинка вполне цивилизованная: кроме комнаты, прихожей и туалета был ещё совмещённый с туалетом душ. Словом, рай.
Уже в первый день знакомства Доктор был приглашён в этот рай. Всё складывалось как надо – выпивали, закусывали, Доктор пел песни (найти гитару в общежитии всегда было не проблемой). Утром Галя чуть было не проспала на самолёт – ей надо было лететь в прибалтику в командировку. Не желая будить неожиданно свалившийся подарок – Доктора (Галя не была избалована мужским вниманием), она написала записку: «Я в командировке на четыре дня. Дверь просто захлопни. Целую.», машинально заперла дверь на ключ и отправилась в командировку.
Доктор проснулся в радужном настроении – похоже, начинался новый интересный зигзаг в его жизни. Сначала он допил оставшееся вино. Потом нашёл в холодильнике остатки сыра и пожалел, что вина взяли маловато. Изучив записку, он понял, что Галю ждать не надо и собрался покинуть уютный уголок, но дверь оказалась заперта. Перерыв всю гостинку, он не обнаружил ни основных, ни запасных ключей. Прыгать с четвёртого этажа не хотелось. Оставалось голодным взглядом смотреть в телевизор. Умереть от жажды он не мог – водопровод функционировал исправно. Обследовав душевую комнатку, Доктор обнаружил несколько бутылочек с прозрачной жидкостью и одеколонным запахом. На этикетке была надпись «Кармазин» и мелкими буквами: «средство для роста волос». Ещё более мелкими буквами было написано, что-то непонятное, но при большом желании можно было разобрать, что в состав входит шестьдесят процентов этилового спирта. Бутылочек было четыре. «Как раз по числу дней командировки», – с ужасом подумал Доктор. На столе были остатки салата и подсохший ломтик хлеба. Доктор прикинул по сколько надо откусывать, чтобы растянуть это явство на четыре дня. Потом перелил Кармазин в чайную чашечку, зажмурился, затаил дыхание и выпил. Горло приятно и знакомо обожгло, но выхлоп в нос был таким жутким, что Доктор судорожно принялся закусывать остатками салата и не заметил, как смёл все четырёхдневные запасы. Теплилась ещё слабая мысль, что Галя опоздала на самолёт и вот-вот вернётся, но время шло и эта надежда безвозвратно растаяла. К обеду был выпит весь Кармазин. Доктор облазил все углы гостинки. Не было никаких запасов круп или консерв. Доктор распух от выпитого чая, но скоро и сахар кончился. Правда была соль и подсолнечное масло, но пить солёный чай Доктор не решился. В холодильнике не было даже пустых упаковок. Кричать в окно о помощи или стучать соседям в стены Доктор тоже не решался – погибать так погибать. Эти четыре дня Доктор запомнил на всю жизнь.
Вечером четвёртого дня послышался спасительный скрежет в замочной скважине. Все эти дни Галя даже не подозревала о случившемся и, отворив дверь и увидев в квартире незнакомого мужика (она не узнала Доктора) с горящими голодными глазами, истошно закричала и схватилась за косяк, чтобы не упасть. Со страшным воем Доктор ломанулся в открывшийся проём, едва не сбив с ног Галину. Галя переведя дух и приводя мысли в порядок, присела у стола, когда снова ворвался Доктор. В руках у него была рамка на тридцать яиц. Не обращая внимания на хозяйку, он стал разбивать яйца и высасывать из них содержимое, отплёвываясь от яичной скорлупы. Проглотив пять или шесть яиц он поставил на плиту сковороду и включил на полную мощность. На сковороде поместилось только шесть яиц. Не дожидаясь полной готовности, Доктор обжигаясь принялся уминать огненую яичницу. Следующая партия из шести яиц (как было замечено: сковорода больше не вмещала) была уже хорошо прожарена. Доктор выложил блюдо на большую тарелку и предложил Гале разделить с ним трапезу. Галя нежно смотрела на небритого Доктора, внутренне содрагаясь при мысли, что пришлось ему пережить за эти четыре дня.
– Прости за Кармазин, – с набитым ртом извинился Доктор и произнёс фразу, которая потом стала крылатой, – всё сила в яйцах.
* * *
Грелкину нравилась операция «Доктор». Тонокое поле тела Доктора было настолько открыто и
" alt="Роман Коноплев - Евангелие от экстремиста">
