Княгиня Ольга - Елизавета Алексеевна Дворецкая
– Вот этот камень, что называют «глаз Одина»… Твоя мать, Ингвар конунг, госпожа Сванхейд, подарила его Хельге дочери Арнора. А она… оставила мне. Не знаю, видел ли ты этот камень у твоей матери… но это правда.
В глазах Ингвара было сомнение: он не видел этого камня, да и сама Сванхейд его много лет не видела, пока не вспомнила о нем и не откопала где-то на дне ларя перед расставанием с Хельгой. Но Мистина поверил: не тот Эскиль был человек, кто мог бы придумать про кусок янтаря с дырочкой, который одна женщина подарила другой, а та – ему.
– Почему же он у тебя? – мягко, вкрадчиво спросил Мистина.
Прекрасно зная цену высокого рода, он не предполагал в племяннице Эйрика любовной склонности к варягу, но имел привычку докапываться до дна.
– Я… подарил ей один очень дорогой перстень, который привез из Грикланда. Золотой, со смарагдом и жемчугом. В возмещение ее печалей и тревог, потому что она… достойная женщина, и я не хотел причинять ей зла. Она пожелала отдариться и сочла «глаз Одина» самым подходящим даром.
Мистина бросил Ингвару взгляд, означавший «похоже на правду», и чуть заметно кивнул. Он видел, что Эскиль, хоть и говорит неохотно, не пытается почесать нос или прикрыть ухо, как делают люди, когда произносят или слышат ложь.
– Ну, если так… – медленно ответил он. – Ты оказал конунгу услугу, избавив его от предателя. Не останавливайся на полпути.
– Многие сказали бы, что мы уже сделали достаточно, – вставил Гримар.
– Поговорите с людьми. Завтра или через день конунг ждет вас в Забитицах. Надеюсь, мы еще повоюем в одном строю.
Мистина махнул рукой на прощание и вместе с Ингваром пошел прочь.
Некоторое время они шагали молча, каждый обдумывал услышанное.
– Ты, черт языкастый, что ли, простил им Несвета? – спросил Ингвар шагов через десять.
– Это же я, а не ты. Ты еще можешь передумать. Слушай, Тень вроде поцапался с Несветом в ту зиму, когда ты без меня был в Хольмгарде, – припомнил Мистина, – или я что-то путаю?
– Что-то такое было… У Тородда спросим… Ётуна мать! – Ингвар вдруг остановился. – Да они же за девку и поцапались! За дочь Арнора Камня! Несвет хотел ее за сына взять, а Тень влез, я, говорит, тоже участвую… Нет, не сначала Тень… – Ингвар с трудом восстанавливал в памяти замыслы и разговоры почти трехлетней давности. – Ётунов гад! Да ведь на ней хотел жениться мой Рыжий! Логи!
– А досталась она Несвету! – хмыкнул Мистина. – Выходит, Тень и за твоего брата немного отомстил. И теперь она опять не замужем, так что у Логи есть надежда.
– Я не знал, что Арнор с ним породнился!
– Ты же слышал – это было совсем недавно, едва полгода назад.
– Ну так что?
Они уже стяли перед носом передней лодьи, и хирдманы возле катков и веревок слушали, ожидая приказаний.
– За все это я должен их простить? – Ингвар хмурился, явно не обрадованный этой мыслью.
– А это, – Мистина на миг прикоснулся к локтю Ингвара, успокаивая, – зависит от того, что они скажут нам завтра.
* * *
Когда Эскиль и Гримар, вернувшись к войску, передали разговор с Ингваром, какое-то время все молчали. Непривычный к такой сдержанности товарищей, Эскиль оглядел их в удивлении:
– Чего онемели, будто по шишке в зубы взяли?
– Чего? – буркнул Хамаль. – Ты не онемел – так говори. Ингвар, выходит, на наш уговор тролля положил…
– Тише! – оборвал его Эскиль. – Пасть прикрой.
От знания того, что Ингвар нарушил тайный уговор между ним и тремя вождями варягов, легче им не станет, а новости, что эти трое вождей знали, что рано или поздно Ингвар явится сюда с войском, могли только повредить.
– Ты говори – чего делать?
– А что мы можем сделать?
Эскиль оглядел толпу варягов на поляне. Места было мало, сюда поместилось человек тридцать, остальные ждали дальше на тропе, чем кончится совет. Ближайшие к нему сидели на земле, на своих плащах и щитах, вдоль опушек стояли. На Эскиля смотрели десятки настороженных, мрачных, выжидающих глаз.
– Ингвар хочет, чтобы мы опять за него бились. С Эйриком. Я не хочу. Мы с ним разошлись… по-хорошему. Почти. В тот раз, зимой. Был уговор – расходимся… и все. Мы больше не его люди. А теперь он опять хочет нас к своему стягу поставить. Без нас ему с Эйриком-то не совладать…
– Своих людей поберечь хочет! – крикнули из толпы. – А нас чего ему жалеть! Вперед пустит, и пропадай мы…
Варяги согласно зашумели – это было похоже на правду.
– Еще рад будет!
– Тем и отомстит!
– Мы ему за ту добычу все поляжем, а ему все достанется!
– Да с зимы все ясно, что он за сволочь!
– Постойте! – Гримар Мороз встал на поваленное бревно, чтобы его было лучше видно. – Мы хотим уйти в Грикланд, так?
По поляне пролетел согласный шум.
– А уйти туда без Ингваровой грамоты – не выйдет. Договор их утвержден…
– Может, еще не утвержден! Почем тебе знать?
– Да или нет – послы Романовы в Кёнугарде. Пусть бы Ингвар сейчас передумал – изменить договор он сам уже не может. Проще дать нам ту троллеву грамоту….
– Ты как хочешь, а я воевать за него больше не буду!
– Кто раз обманул, тому больше веры нет!
– Пошел бы он в Хель со своей грамотой!
Опомнившись от новостей, варяги расшумелись, и с трудом удалось их успокоить.
– Да вы что, ётунов брод, войны боитесь? – На то же бревно залез Сёльвар Бешеный. – Вы, ублюдки! Вам что за разница, за кого воевать? Вы что, глядь, хотели жить вечно? Мы пришли сюда воевать с Эйриком, нет? Тень, скажи, нет? Ну, ты нет, это да, ты пришел за своей сучкой, но мы-то пришли за славой, да, парни? Что за разница – за Ингвара воевать или без него?
– Ингвар – все-таки конунг, – зазвучали не слишком уверенные голоса. – У него того… удача.
– Вот, а я что говорю! Пойдем с Ингваром – возьмем добычу. А кого убьют – в Валгалле нам уже накрыто! Не трусь, Тень, покажешь себя мужчиной – в Валгалле найдешь себе девок получше этой!
– Глядь, захлопни пасть! – рявкнул Эскиль. – Поди вон свинью полюби, а то ничто больше на ум не идет! Вы забыли, что Ингвар пытался сделать из нас своих рабов? Забыли, как ушли от него зимой в метель – лишь бы подальше от этого ублюдка! А теперь он свистнул – вы опять хвостом завиляли! Один пес залаял – другие подхватили!
– Это я – пес? – Сёльвар подался к нему. – Сам ты пес…
Он явно был готов ринуться в новую драку, но тут уже Гримар и другие схватили обоих за руки и развели в стороны: время было неподходящее для свар.
– Меня слушайте! – На бревно влез Стейнтор Сова. – Кончай орать, Гуннар, тебя в Миклагарде слышно! Думайте лучше: если мы не с Ингваром, куда нам отсюда податься можно?
Все затихли: само слово «можно» обнадеживало.
– На востоке у нас Эйрик – там добра ждать не стоит. На западе – Ингвар, тоже того. В Миклагард мы без Ингварова согласия не пройдем, да и через Хольмгард тоже. На севере тролль знает что, только Утгард, и выйти оттуда – только в Ётунхейм. Мы пришли-то сюда откуда – с юга? От Сверкера. Не пойти ли нам к Сверкеру обратно?
Все молчали, обдумывая эту мысль.
– Ингвару Сверкер хоть и не враг, но и не друг. Нас он принял хорошо, вы знаете. Может, у себя предложит остаться. А если нет – от него можно на запад по рекам в Восточное море[295] уйти. Я так мыслю, это нам сейчас лучшее.
– Может, оно и лучше, – сказал Хамаль под негромкий одобрительный гул. – Да чтобы к тем южным озерам опять попасть, надо на Мсту выйти. В тот старый погост вернуться. А там Ингвар!
– Да тут вон сколько этих озер – пройдем как-нибудь, мимо Ингвара проберемся и опять на Мсту выйдем!
Под множеством вопросительных взглядов Эскиль подумал и медленно покачал головой.
– Мы этих ётуновых мест
