Исторические романы - Саймон Скэрроу
- Вы здесь, потому что вы подонки, - сказал тренер. - Обычные преступники смотрят на вас свысока. Шлюхи не стали бы с вами спать. Даже проклятые рабы смеются над вами. Рим гадит на каждого из вас каждый день, и будь моя воля, я бы отправил вас всех в шахты. Но сегодня ваш счастливый день, девочки. Наш хозяин настроен щедро на перемены. Он дал вам шанс, который выпадает раз в жизни, вылепить хоть что-то из ваших жалких маленьких жизней.
На тренировочной площадке воцарилась тишина. Тренер выискивал кого-нибудь для примера и устремил свой пронзительный взгляд на молодого человека в конце строя. У него было худощавое и угловатое телосложение, и он казался несколько ниже своего роста. Его глаза излучали пренебрежение к тому, что его окружало, а поверх туники он носил причудливо украшенный пурпурный плащ. Один только вид плаща заставил Каламуса вспыхнуть от гнева.
- Ты! - рявкнул Каламус, подходя к молодому человеку. - Это богатый плащ. И очень красивый.- Он сузил глаза до узких щелочек. - У кого ты его украл?
Молодой человек покачал головой: – Ни у кого. Это мой плащ.
Каламус толкнул его локтем в солнечное сплетение. Новобранец, кряхтя, согнулся пополам и упал на колени, кашляя и отплевываясь на землю. Каламус возвышался над ним: - Для тебя я - господин, ты, засранец! - прорычал он. - Как тебя зовут?
- Марк Валерий Паво, - произнес рекрут между отчаянными вздохами. - … Господин.
- Скажи мне, Паво, ты думаешь, я вчера родился?
- Нет, господин.
Каламус схватил складку плаща и сунул ее новобранцу в нос. - И ты думаешь, я поверю, что такой грязный ублюдок , как ты, может позволить себе такую роскошную вещь?
- Я не крал его.
- Чушь! Ты называешь меня лжецом? - тихо сказал Каламус.
- Это был подарок, господин.
- Подарок? - Каламус сплюнул. - Такие отбросы, как ты не получают таких подарков.
- Клянусь, господин. Этот плащ мне подарил мой отец.
Каламус рассмеялся и радостно потер руки. - О, это мне уже нравится! У тебя нет отца, сынок. Ты такой же ублюдок, как и все в этом лудусе. Но развлеки меня еще немного. Скажи, кто твой старик?
- Тит Валерий Паво, господин. Легат Пятого легиона. Или, по крайней мере, был им.
Эти слова застали Каламуса врасплох. Он нахмурился и на мгновение замер, не зная, что сказать дальше. За свой двадцатилетний опыт работы тренером, Каламус ни разу не слышал о сыне легата, поступившем в Школу Гладиаторов.
- Еще один богатый маменькин сынок-доброволец, а? - он закипел. - Я знаю таких людей. Ты просрал свое наследство, не так ли? И кто тебе помогли в этом, парень? Проститутки? Выпивка? Ставки в азартные игры? Гонки на колесницах? Не мог получить нормальную работу? Если ты приехали сюда, думая, что попал на легкую прогулку, тебя ждет гребаный шок.
- Я не доброволец, - сказал Паво, поднимаясь с земли. - Я здесь против своей воли. Мой отец был убит…
- Заткнись, - прогремел тренер. - Честно говоря, мне наплевать, почему ты здесь. Для меня, ты гребаный новобранец и больше ничего.
Паво промолчал. Его избивали, плевали и кричали на него люди ниже его по положению с тех пор, как преторианские гвардейцы прибыла в лагерь Шестого легиона и арестовала его. Тренер не запугал его. Сейчас он мало чего боялся. Не после того, что случилось с его семьей.
Он с отвращением смотрел, как Каламус сердито отвернулся, отошел от него и стал расхаживать взад и вперед перед новобранцами, его голос эхом отдавался в портиках и травертиновых колоннах, окружающих тренировочную площадку. Паво заметил, что сухожилия его босых ступней вздулись и деформировались от многолетних боев на песке.
- Это не армия, - сказал Каламус. - Гладиаторы не легионеры. Он бросил уничтожающий взгляд на Паво. - Если вы собирались копать нужники и собирать ракушки для Императора в течение следующих двадцати пяти лет, вы ошиблись местом.
Один из новобранцев справа от Паво неловко рассмеялся. Паво увидел, как Каламус нахмурился, и повернулся, чтобы посмотреть на него. Это был невысокий мужчина с коротко остриженными темными волосами и носом, сломанным как минимум один раз. На талии у него был слой жира, и он был одет в простую рваную тунику.
- Ты! Имя?
- Маний Сальвий Букко, господин, - нервно ответил мужчина.
- Букко? Я знаю одного Букко. Он тренер в Римской гимнасии. Ты не его родственник случайно, сынок?
- Нет, господин.
- Тогда, конечно, ты дурак! Ты доброволец или раб?
- Доброволец, господин.
- Хочешь быть гладиатором, Букко?
- Да господин.
- Не смеши меня. Ты не похож на гладиатора, Букко. Ты похож на то, что я бы соскреб со своего ботинка. Скажи мне, почему ты позоришь мой лудус? Ты убил кого-то и теперь в бегах, не так ли? Или трахнул старушку своего господина, когда он уехал по делам на Форум? Это так?
- Нет, господин.- Букко стыдливо опустил голову. Паво поморщился. Хотя ему было жаль бедного Букко, он также был рад, что Каламус нашел кого-то еще, над кем можно было поиздеваться. - Я играл. Связался с шулерами, господин. Решил, что я отыграюсь и расплачусь с долгами.
- Игрок! Во что ты играл?
- В основном играл в кости, господин.
Каламус ухмыльнулся: - Я должен был знать! Ты похож на идиота. Только идиоты играют в кости, Букко. Сколько ты потерял?
- Десять тысяч сестерциев.
- Боже мой, парень! - воскликнул Каламус. - И посмотри на свою фигуру! Чтобы заработать столько, нужно выиграть двадцать боев, а я ни разу не видел, чтобы толстый ублюдок выигрывал хоть раз. Или сын легата, если уж на то пошло.
Паво нахмурился. Он не одобрял отношение тренера к военным. Его отец Тит был в некотором роде героем для своих людей - настоящим солдатом - в отличие от тупиц и аристократов, занимавших большинство высших постов в легионах. Тит еще больше расположил к себе людей своим интересом к гонкам на колесницах, и его часто можно было увидеть в Большом цирке, подбадривающим своих любимых Зеленых. Но его удовольствие от гонок было ничем по сравнению с его преданностью гладиаторским боям. Паво с нежностью вспоминал, как отец объяснял, что Рим был основан на крови и жертвах и что ни один человек не
