Весь Кен Фоллетт в одном томе - Кен Фоллетт
— Черт, он же достаточно способный для колледжа… — сказал Гас.
— Он обыгрывает меня в шахматы.
— Меня тоже обыгрывает. Так в чем же дело?
— Он терпеть не может учиться. И любит корабли. Ему интересно только ходить под парусом. — Вуди взглянул на наручные часы.
— Тебе пора на вечеринку, — сказал отец.
— Можно не торопиться…
— Нельзя, нельзя. Очень красивая девочка. Выметайся немедленно!
Вуди расплылся в улыбке. Порой отец оказывался на удивление сообразительным.
— Спасибо, папа, — сказал он, вставая.
Грег Пешков тоже уходил, и к дверям они подошли вместе.
— Привет, Вуди, как дела? — сказал дружелюбно Грег, поворачивая в ту же сторону.
Было время, когда Вуди хотелось набить ему морду за то, что они сделали с Дейвом Рузроком. Но за эти годы злость притупилась, и, по правде говоря, виноват был Лев Пешков, а не его сын, которому тогда было всего пятнадцать. Но все равно Вуди ответил вежливо, только и всего.
— В Вашингтоне мне очень нравится, — сказал он. Они шли по широкому бульвару. — А тебе?
— Ничего. На работе уже почти привыкли к моему имени… — Заметив вопросительный взгляд Вуди, Грег пояснил: — В Госдепартаменте сплошь одни Смиты, Фаберы, Дженсены и Макалистеры. Ни одного Козинского, или там Коэна, или Пападопулоса.
А ведь действительно, сообразил Вуди. Управление осуществлялось довольно элитарной группой. Почему он этого раньше не замечал? Может быть, потому, что то же самое было и в школе, и в церкви, и в Гарварде.
— Но они люди без предубеждений. Они готовы сделать исключение, если человек бегло говорит по-русски и происходит из богатой семьи.
Грег говорил полушутя, но в его тоне слышалось раздражение, и Вуди понял, что этот парень — человек конфликтный.
— Они считают моего отца гангстером, — сказал Грег. — Но на самом деле никого это не волнует. У большинства богатых людей где-нибудь в роду были гангстеры.
— Ты говоришь так, будто ненавидишь Вашингтон.
— Наоборот! Я бы никуда больше не хотел. Здесь — власть.
Вуди подумал, что у него более высокие устремления.
— Я здесь — потому что здесь возможно сделать то, что я хочу, совершить перемены, к которым я стремлюсь.
Грег усмехнулся.
— Я о том и говорю, разве нет? Власть.
— Ну… — С такой точки зрения Вуди на это не смотрел.
— Как ты думаешь, — спросил Грег, — будет война в Европе?
— Тебе лучше знать, ты же в Госдепартаменте!
— Да, но я в отделе пресс-службы… Я знаю лишь сказки, которыми мы пичкаем репортеров. А о том, как там на самом деле, у меня нет никакого представления.
— Черт, у меня тоже. Я только что был на встрече с президентом — и мне кажется, даже он не знает.
— Моя сестра Дейзи — там.
Это Грег сказал совсем другим тоном. Было очевидно, что его беспокойство искренне, и Вуди почувствовал к нему большее расположение.
— Я знаю, — сказал он.
— Если начнут бомбить, даже женщины и дети будут в опасности. Как ты думаешь, будут немцы бомбить Лондон?
Честный ответ был только один.
— Я думаю, да.
— Как бы я хотел, чтобы она вернулась…
— Может, войны и не будет. Чемберлен — английский премьер-министр — в прошлом году подписал в последнюю минуту с Гитлером соглашение о Чехословакии…
— Продажу Чехословакии.
— Вот именно. И, может быть, так же поступят и с Польшей — хотя время уже истекает.
Грег мрачно кивнул и сменил тему:
— Куда направляешься?
— К Джоан Рузрок. У нее вечеринка.
— Я слышал об этом. Я знаю одну из ее соседок по комнате. Но меня не пригласили, как ты мог догадаться. Дом, где она… О боже! — Грег замер на полуслове.
Вуди тоже остановился. Грег неотрывно смотрел вперед. Проследив за его взглядом, Вуди увидел, что он смотрит на красивую темнокожую женщину, идущую им навстречу по И-стрит. Она была примерно одного с ними возраста, хорошенькая, с большим коричнево-розовым ртом, взгляд на который навел Вуди на мысли о поцелуях. На ней было простое черное платье — возможно, деталь костюма официантки, но она надела к нему маленькую шляпку и модные туфли и выглядела очень стильно.
Она увидела их, встретилась глазами с Грегом — и отвернулась.
— Джеки? — сказал Грег. — Джеки Джейкс?
Девушка, не обращая внимания, продолжала свой путь, но Вуди показалось, что она взволнована.
Грег снова окликнул:
— Джеки, это же я, Грег Пешков!
Джеки — если это была она — не ответила, но вид у нее был такой, словно она сейчас заплачет.
— Джеки — а на самом деле Мейбел, ты же меня знаешь! — Грег стоял на середине улицы, умоляюще протянув к ней руки.
Она намеренно обошла его, не ответив и не взглянув, и пошла дальше.
— Подожди минутку! — оборачиваясь, крикнул Грег ей вслед. — Ты бросила меня четыре года назад, ты должна объясниться!
Как это было непохоже на Грега, подумал Вуди.
