Титаник и всё связанное с ним. Компиляция. Книги 1-17 - Екатерина Барсова
— Я утону… — чуть слышно прокричал Гарольд ему вслед.
— Что??? — рассмеялся Чарли и встал. Воды было меньше чем по пояс, — тут даже кошка не утонет!
— Мыыыыы… — заплакал Гарольд, представив как тонет кошка.
Он развернулся и потопал на берег.
Чарли вылез из воды и начал собирать разбросанную на берегу одежду.
— Ты воды боишься как огня, — одеваясь смеялся Чарли над стоящим рядом Гарольдом, который то тупо смотрел в землю, то отворачивался, чтобы не глядеть в глаза братьям.
Вылез Уильям и ехидно улыбнувшись заглянул в лицо Гарольду.
Мальчик отвернулся, но Уильям словно преследовал его лицо.
— Ой, девочка Гарри! — смеялся Уильям, — вы только посмотрите! Мы боимся водички! Нам страшно прыгать с мостика! Мы можем ударится и будем плакать!
— Сам ты! Ты..! Ты сам девочка! — закричал обиженно Гарри, схватил свою одежду и гордо направился в ближайший лесок.
— Штаны не забудь одеть, когда домой пойдёшь! — крикнул ему, хохоча вслед, Уильям.
Гарольд остановился, развернулся, показал брату язык и пошёл дальше своей дорогой.
В леске он оделся и решил домой идти сам.
Нахлобучив кепку на самые глаза, Гарольд, высоко задрав нос, рассматривал из под козырька дорогу. Внезапно его внимание привлёк огромный обрыв над рекой…
Он подошёл к обрыву и посмотрел вниз. Внизу была грязь, пара огромных луж и много всякого интересного.
— Я покажу им! — сказал сам себе Гарольд, решив что сейчас он проверит, боится он высоты или не боится.
Встав на четвереньки мальчик долго рассматривал, что же там такого внизу. Потом развернулся задом в сторону обрыва, уцепился руками за траву, ногой нащупал небольшой выступ, на который можно было встать чтобы не сорваться. Потом поставил туда же вторую ногу и медленно, держась руками за траву, начал спускаться вниз.
Сердце в груди ёкнуло и тревожно забилось. Гарольд понял, что не удержится. Он повис над обрывом медленно сползая вниз…
На дороге показались Уильям и Чарли.
— Э… — хотел их было позвать Гарри, но подумал, что может опозориться ещё больше чем на речке.
— Гляди! — закричал Уильям увидев Гарольда, едва державшегося на обрыве.
— Ох… мама моя… — прошептал Чарли и мальчишки бросились на помощь Гарольду.
— Уйди! — закричал Гарри.
— Ты что тут делаешь!? — спросил у него Чарли, остановившись перед самым обрывом. Он наклонился чтобы схватить брата, но в этот миг трава сама вырвалась с корнями из земли и Гарольд полетел прямо в огромную лужу…
— О нет! Гарри! — закричал Уильям готовый броситься за братом, но Чарли не дал ему этого сделать.
— Свинтус! — крикнул он Гарольду вслед, увидев что тот влетел в самую грязную лужу и поднялся весть в тине, ряске и чёрной-пречёрной грязюке, посмотрев вверх на братьев…
— А ты бутылка! Вот ты кто! — не найдя других слов от обиды и досады крикнул в ответ Гарри, гордо стоя по колени в грязи…
Домой его привели под руки, зарёванного, но с гордо поднятой головой.
Августа потеряла дар речи увидев сына. Джесси, сестрёнка Гарольда, потеряла дар речи следом за ней, а маленькая чёрненькая собачка, бегавшая во дворе, до сих пор лаяла не веря что это и есть Гарольд.
— И что это, с позволения сказать, за представление? — тихо спросила у сыновей Августа, — как мне показалось, вы попросились купаться на речку, а не на болото? И почему вы трое напоминаете трубочистов?
— Этот… — отпустил Чарли Гарольда и ткнул ему в кепку пальцем, — купаться не захотел, а сиганул с обрыва прямо в болото! Его пришлось вытаскивать!
— Они назвали меня девочкой! — заплакал Гарольд.
— А кто ты есть! Ты боялся спрыгнуть с мостика в воду! — начал кричать в ответ Уильям.
— А вот и не боялся! — громко возразил Гарольд ему.
— Боялся! — не унимался брат.
— Не боялся! — он посмотрел на Августу, — а ещё они сказали что я боюсь!
— Боишься! Боишься! — дразнил его Уильям.
— Тихо! — прикрикнула Августа, — подите в дом, — приказала она Уильяму и Чарли и посмотрела на Джесси.
— Принеси брату переодеться, — сказала она Джесси и глянула на Гарольда.
— Что это было?
— Я доказал им, что я не трус, — пробурчал Гарольд, отвернувшись.
— Ты доказал, что ты поросёнок! — высунулся, громко рассмеявшись, из-за угла Уильям и тут же спрятался.
— Вот видишь, мамочка! — заплакал Гарольд, — они смеются надо мной! А я не хочу прыгать в воду! Она — холодная!!! — крикнул он трагическим голосом.
Августа вздохнула и аккуратно, взяв двумя пальцами за козырёк, сняла с сына кепку и бросила её на пол.
— Снимай всё здесь и марш в ванную… — вздохнула она, — и чтобы это было в первый и последний раз. Прошу тебя, Гарри.
Гарольд вздохнул, молча снял с себя пиджак и небрежно бросил его на пол. Затем вытащил полы рубахи из штанов. На пол полилась грязная жижа… Именно в этот момент, вниз по лестнице, со второго этажа спустился папа. Он молча, с ног до головы рассмотрел чумазого как сам чёрт Гарольда.
— Купались? — спросил папа с невозмутимым спокойствием в голосе?
— Купались, — вздохнул Гарольд и громко разрыдался…
Молча оценив всю комичность ситуации, в которую попал его младший сын, Фредерик направился к себе в мастерскую…
Старенький домик из красного кирпича, аккуратно заштукатуренный жёлтым мелом, стоял в самом конце улицы. Он назывался Дом Уотсона[110], как и квартал где жил Гарольд со своей большой семьёй: папой, мамой, братьями, сёстрами… Кто такой был этот Уотсон, и как его звали, и когда он жил, Гарольд не знал. Хотя мальчику это было очень интересно.
Перед домом, за невысоким забором, раскинулся маленький палисадник. В этом маленьком палисаднике рос большущий абрикос и маленькая, тоненькая вишня. А ещё цветы жёлтые, цветы красные, просто цветы…
Абрикосы не растут в Англии. Но этот прижился. Неизвестно откуда он взялся, и кто его посадил возле дома. Эту тайну знал только абрикос…
Узенькая улочка вела от дома к другому дому, большому, с аркой. А через эту арку можно было выйти на главную улицу города. В этом большом доме был салон и швейная мастерская, в которой работали мама и сестра. Это была их мастерская. К ним постоянно приходили заказывать новые платья, шляпки, сумочки. Всё чаще к свадьбе. Поэтому и салон называли свадебным.
А на самой улочке, прямо друг напротив друга, были два огромных сарая. В одном отец Гарольда оборудовал себе лабораторию, а в другом ремонтировал велосипеды и даже собирал мотоциклы… Там было много интересного, постоянно пахло керосином и дымом. Гарольд не любил мастерскую. В мастерской вечно что-то шумело, гудело, сверлило, что хоть уши затыкай.
А
