Последний «Котобой», или Вверх и вниз по Амазонке - Андрей Алексеевич Усачев
Как у нас во Котьме было,
Кота кошка полюбила:
Стали парочкой гулять,
Свадьбу начали справлять…
Эх-ма,
Деревня Котьма!
Старпом пустился в пляс. И так отбивал чечётку, что из воды выглянули два каймана:
– Что там?
– Русские гуляют.
Праздник имел неожиданное продолжение. Пришла попугайная почта. Вернее, прилетела. Севший на рубку попугай сообщил сразу три новости:
«Ара-Уру-Пара-Гвай передаёт: дон Базилио де Бразилио задержан и обвинён в поджогах лесов Амазонии».
«В Австралии начались сезонные пожары».
«Срочная телеграмма для старпома Афанасия. Сима родила троих. Марианна».
– Эй, а не сказали, кого родила Сима – мальчиков или девочек? – спросил старпом.
– Это же телеграмма, а не письмо, – ответил попугай.
Афоня заставил его ещё раз десять повторить последнюю новость. После чего принялся скакать по палубе:
– Ура! Я стал дедом. Трое внуков – и все в меня!
Все улыбались, глядя на танцующего Афоню.
А всегда радостный Шустер вдруг заплакал и убежал на корму.
– Что с тобой? – спросил Котаускас.
– Скоро я останусь один, – всхлипнул мышонок. – Ты женишься и переедешь в Бразилию. Тима вернётся в свой Театр кошек и уедет куда-нибудь выступать. Котя улетит тушить пожары. Афоня будет воспитывать внуков. И получается, на лодке останусь только я. Последний котобой. И буду снова один ночевать в сапоге…
– Может быть, так когда-нибудь и случится, – задумался Котаускас. – Но прежде мы должны проплыть Амазонку, пересечь два океана, попасть в три-четыре бури, может быть погибнуть в пасти акулы или кашалота…
– Здорово! – улыбнулся Шустер.
– Дурачок ты, Шустер! – обнял его Котаускас. – Посмотри. Ты плывёшь по самой великой на земле реке, на лучшей в мире яхте, в компании лучших друзей… Так вот, выбрось их, ёксель-моксель!
– Кого? – испугался мышонок.
– Дурные мысли, таксель-брамсель!
– Слушаюсь, кэп!
