Анатолий Гейнцельман - Столб словесного огня. Стихотворения и поэмы. Том 1

МУЗЕЙ

В мозгу моем пинакотека,Каких нигде на свете нет:Там всё творение от векаДо наших безнадежных лет.Захочешь, Млечные ПутиВдруг зароятся в голове,Как шелка легкого моткиИль одуванчики в траве.Захочешь, Ангелов крылаЗаблещут стаей голубей,И купол неба из стеклаНад мерной пляскою зыбей.Или червивого коняОбодранное вдруг стервоМеж лопухами у плетняУвидишь дома своего.Или над глинистым обрывомСебя меж голубых фиалок,В души неведеньи счастливомГлядящего на вещих галок.Иль матери лицо в гробу,Миниатюрное из воскуС атласным венчиком на лбу,Как будто сверху сняли доску.Всё в этой странной галерееВолшебной магией кистейНаписано стократ быстрееМежмирья золотых лучей.И в мраке я их созерцаю,Как очарованный знаток,И ничего не зная знаю,Как над могилою цветок.

ДОЖДЕВЫЕ КАПЛИ

Шел дождь. Громадные жемчужиныМне капали на шею и на лоб,Но я стоял, пакетами нагруженный,На мостике, глядя как будто в гроб.Внизу струилась жалкая речушкаС коричневой застывшею водой,Как высохшая от годов старушкаС источенной червивою клюкой.И капли двигались по шоколаду,В прекрасные преображаясь пузыри,Что радужно по грязевому адуКуда­то плыли, словно фонари,Два­три мгновенья радуя глаза мне,Потом неслышно лопались в грязи,То расшибаясь о сырые камни,То сталкиваясь с травкой визави.Я наблюдал за ними с содроганьем:Мы все такие в луже пузыри,Хотя и одаренные сознаньем,И жаждой приключений, как угри.

НЕУГАСНЫЙ ОГОНЬ

Под аркою готических ворот,Во время нескончаемого ливня,Ты мне сказала, что переворотВ твоей душе вдруг совершился дивный,

Что любишь ты по­прежнему меняИ все прощаешь мне проступкиВо имя неугасного огня,Горящего в моем священном кубке.

И сердце вдруг, зажатое в тиски,Освободившись от земныя скверны,Пустило новые вокруг ростки,Как будто находилося в Лаверне.

И я упал бы пред тобою в грязь,Чтоб целовать твои колени,Но липы выражали неприязнь,И странные вокруг шмыгали тени.

И я лишь заглянул в твои глаза,Как будто был уже в волшебном крае,И не одна горючая слезаС ресниц скатилась у меня в трамвае.

ОТХОДНАЯ

Жизнь кончилась, осталась только тайнаКромешная без проблеска надежды.Ни Авеля смиренного, ни КаинаЕе не смогут ввек рассеять вежды.В начале жизни заревая змейкаКак будто откровенье обещала.Природа­Мать нередко чародейкаКак будто бы конечное вещала.И много было по миру дорожек,Змеившихся, казалось, в Вечный Рим,И шел по ним, насколько было можно,Упавший с неба Божий серафим.Увы, они все приводили к бездне,Куда слететь нельзя было без крыл,А в бездне только новый ужас звездный,Как будто мертвецов в гробах отрыл.И вот конец, быть может и сегодня,И в голове космический лишь ил,Который лишь одна рука ГосподняМогла бы превратить в сиянье крыл.Я только пыль на временной дороге,Осевшая на высохший цветок,Я только пленник в мировом остроге,И унесет в Ничто меня поток.

РАСПЫЛЕННАЯ ВОЛНА

Нет ничего величественней волн,Свободнейших созданий в Божьем мире,Когда они подъемлют утлый челн,Бряцая буйно на утесов лире.Что им пространство, что убийца – время!Одетые в сверкающие шали,Они не чувствуют земное бремяИ влюблены в загадочные дали.Что им плотины? Разметут, как прах,Сметут деревни, города и лес.Бессилен перед ними смертный страх,Они доплещут пеной до небес.И я волна такая с белой головой,Разбившая все для души преграды:Теперь, увы, я только призрак свой,И надо мной смеются даже гады.

ВОДОПАД

Раскройся, небо, расступитесь, звезды:Я должен Бога видеть пред концом, –Пред тем, как пасть навеки на погосты,Уткнувшись в грязь померкнувшим лицом.

Вся жизнь была лишь поисками Бога,Хотя бы только в пестром мотыльке,Но ни к чему не привела дорога,И всё – как надпись на сухом песке.

Подует ветр, нахлынут с моря волны,И на песке – зыбящийся муар:Бесцельны оснащенные все челныИ мятежа негаснущий пожар.

Пугливые мы только в мире тениРасплывчатых в лазури облаков,И ничего, помимо сновидений,Не выражают водопады слов.

МУКА ВРЕМЕНИ

Время то свирепый ураган,То улитка на стене кладбища:Часто я отважный капитан,Чаще же мокрица на горище.

Временами хочешь бросить якорьГде­либо в сгнивающей воде,Иль прилечь, как истомленный пахарь,В проведенной плугом борозде.

Временами ползанье улиткиУ могилы хочешь оборватьИ забить гвоздями все калитки,Чтобы Смерть не ставила печать.

В ГРОБУ

Холодный пот вдруг выступил на лбу,Когда приснилось мне, что я в гробуНетесаном лежу среди других,Допевших жизни несуразный стих.И ясно так осознал я нелепостьСвою и перед тайной вечной слепость,Что рад был навсегда закрыть глаза,И только жаркая еще слезаКатилась почему­то мне на грудь,Мучительную облегчая жуть.И крышку мне поднять хотелось лбом,Чтоб поглядеть в желтеющий альбомНа темные возлюбленной глаза,Которыми смертельная грозаМне досыта назреться не дала.Всю жизнь глядел я в эти зеркала,Где, как в колодце, видны были звездыИ в полдень солнечный, как рай отверстый...Я разбудил ее средь темной ночи,Чтоб в солнечные насмотреться очи,И возродясь, как воскрешенный Лазарь,Я снова строю сказочный Альказар.Бог есть Любовь, и нет другого Бога,Вселенная – любовная эклога!

МОЛОДОЙ ВИТЯЗЬ

Перед моим окном стоит платан,Который я своим считаю внуком.Он молодой отважный великан,Что, как и я, не обучен наукам.Лет десять лишь тому назад в дыруСадовники его пересадили,И он проник корнями чрез коруАсфальта в слой животворящий ила.И рос и рос, пока не переросМое окно и все в округе крыши.Теперь его и Голиаф колоссНе устрашит, как ласточки и мыши.Я каждый день, распахивая ставни,Любуюсь им, хотя бы ветер выл:Он сотнями рапир фехтует славно,И ураган его б не победил.Прекраснее всего он на закате,Когда отлит как будто бы из бронзыИ выделяется на туч брокате,Как канделябр, стуча в мое оконце.Я вместе с ним врастаю в неба кубок,Где зажигаются неслышно звезды,И Ангелы, как белый рой голубок,Свивают у меня под сердцем гнезда.

ОМУТЫ

Чем глубже ты глядишь на жизнь,Тем меньше в ней находишь смысла:Ясна лишь цепь печальных тризн,Да алхимические числа.Пророй колодезь хоть насквозь,Увидишь только то же небо,Пласты увидишь, ржавый гвоздь,Да черепа под сводом склепа.Себя узришь на дне реторт,Свои испуганные очи:Сухой, бездушный натюрморт,Который изучать нет мочи.Так устреми же лучше к звездамСвои усталые глаза:Их бриллиантовые грозди,Когда потухнет бирюза,Горят на небе. ВопрошайУ них, где вечное начало,Где вымышленный в детстве рай,Кто ставил в свод небес кружало?А если это надоест,Сокрой головку под крылоИ где­либо найди насест:Во сне не чувствуется зло.Как кошка, подкрадется смертьИ мигом цап тебя царап,И уплывешь ты в душевертьИ без благословенья пап.

АТОМ