Сокровища вспоминания - Джалаледдин Руми

напасть на тебя не могли.

Рай тоже говорит верующему:

«Пролетай подобно ветерку,

а не то все, чем я владею, перестанет

пользоваться спросом. Ты владеешь стогами,

а я лишь подбираю колосья после сбора урожая.

Я только идол, а ты исток». И Ад и Рай

трясутся от страха, завидев человека веры:

ни тот, ни другой не ощущают себя в безопасности

в присутствии истинно верующего.

(VI, 4606–4614)

* * *

Это путешествие – верхом на лошади

до самого моря, но после тебе

необходима деревянная лошадь[50].

Деревянная лошадь бесполезна на сухой земле,

она везет только тех, кто странствует по воде.

Деревянная лошадь —

мистическое молчание:

это молчание наставляет мореходов.

Каждый из этих молчащих и наводящих на тебя тоску

исторгает, на самом деле, крики неземной любви.

Ты говоришь:

«Хотел бы я знать, отчего он молчит»;

он говорит сам себе:

«Как странно! Где его ухо?»

(VI, 4622–4626)

* * *

Цветы, распускающиеся на растениях,

живут лишь мгновение;

цветы, вырастающие из подлинного разума,

свежи всегда. Земные цветы поникают,

но цветы, расцветающие в сердце —

что за радость!

Знай, что все замечательные науки, известные нам —

лишь два или три букета из Сада.

Мы посвящаем себя этим двум или трем,

поскольку захлопнули для себя дверь Сада.

Как жаль, о дорогая душа,

что из-за твоей жадности к хлебу

такие восхитительные ключи

продолжают выпадать из твоих рук.

(VI, 4649–4653)

* * *

Бог придает земным вещам

определенный цвет,

разнообразие и цену,

и это заставляет людей

по-детски спорить из-за них.

Когда кусок теста

выпечен в форме верблюда или льва,

эти несмышленыши

нетерпеливо грызут от жадности ногти.

И лев, и верблюд превращаются в хлеб во рту,

но бесполезно говорить об этом детям.

(VI, 4717–4719)

* * *

Несомненно, существует окно

между сердцем и сердцем.

(VI, 4916)

Часть II

Ягода смакования

Во времена Шу’айба[51] некий человек сказал:

«Бог видел все мои неправедные поступки,

однако по доброте Своей,

Он меня не наказал».

Бог таинственным образом сказал Шу’айбу:

«Ответь ему:

“Ты говоришь: ‘Бог меня не наказал’.

Но истинно обратное.

Бог наказал, но ты не ведаешь об этом.

Ты блуждаешь по пустыне бесцельно.

Ты связан по рукам и ногам.

Как печной котел,

ты ржавчину накапливаешь слой за слоем.

Ты зрение духовное свое теряешь раз от разу.

Когда копоть оседает на новом медном котле,

последствия увидеть можно тотчас,

но коль поверхность так почернела, как твоя,

кто может разглядеть,

когда она темнеет еще больше?

Когда ты прекращаешь медитации,

слои ржавчины разъедают

твою душу-зеркало. Исчезает блеск.

Когда ты раз напишешь

на листе бумаги, легко читать,

но если ты мараешь

вновь и вновь все тот же лист,

написанное невозможно разобрать.

Окунись в кислоту, очищающую медь.

Избавься начисто от черноты”».

Шу’айб это произнес, и с первого же вздоха

розы начали расцветать в груди того человека.

Но он сказал: «И все же я хотел бы

знамения, указующего, что Бог меня наказал».

Бог через Шу’айба рек: «Я не раскрою секретов,

но дам тебе знак, который ты поймешь:

У тебя на счету немало благочестивых поступков,

посты и ежедневные молитвы,

но ты эти деяния не смаковал.

Множество скорлупы от грецких орехов,

но нигде нет сладкого ядра.

Должен быть вкус, зерно наслаждения,

а иначе ягода не произведет молодое деревце,

которое позднее станет плодоносящим древом.

Безрадостная и безвкусная практика —

это просто фантазирование».

(Маснави II, 3364–3397)

Восхождение и нисхождение

Мохаммад сказал: «Не проводите различия

между моим восхождением и нисхождением

Ионы в чрево рыбы. Близость к Богу

превыше рангов и описаний».

Нет верха, низа, быстро, далеко иль поздно.

Эти термины пригодны лишь

для сущего и времени.

В несуществовании быть уничтоженным

это высшая почесть. Лучшая провизия —

пустота. Нищета – преславное богатство.

Всякий, ощущающий

гордость от выигрыша

или втайне радующийся чужому

прилюдному позору, все еще пойман

в ловушку иллюзии.

(Маснави III, 4512–4524)

Почему пророки – люди

Женщина пришла к Али:

«Мой ребенок забрался на крышу возле водостока,

куда я не могу добраться. Он не слушает меня.

Я обращаюсь к нему, но он не понимает языка.

Я жестикулирую. Я показываю ему

свою грудь, но он отворачивается.

Что мне делать?»

«Возьми другого ребенка того же возраста

на крышу».

Женщина так и поступила, и ее дитя,

завидев своего приятеля, отползло от края.

Пророки – люди по той же причине:

чтобы мы увидали их, возрадовались

их дружественному обличию

и отползли от водосточного желоба.

(Маснави IV, 2657–2669)

* * *

Почему? Почему был утрачен рай?

Почему финиковое дерево теряет осенью листья?

Почему каждое прекрасное лицо

к старости покрывается морщинами,

как спина ливийской ящерицы?

Почему пышная шевелюра

превращается в лысину?

Почему высокая стройная фигура,

выделявшаяся в толпе, подобно пике,

теперь согнулась почти пополам?