Елена Шварц - Лоция ночи

75. Сатори

Не было предчувствия,И памяти не будет.Пришлое — птицам,Будущее — стрекозам.Пятница. Солнце. Дождь.Леса, сияя, мылись,И под дождем собор процвел —Глазами, крыльямиВсе стены вдруг покрылись.Никто не увидал — все от дождя укрылись.О сестры! Духи!С туманом я играю!Духи! Мне весело —Я умираю.Душа моя — ты стала чашей,В которую сбирает нищий,Слепой, живущий при кладбище,Пятак, и дождь, и фантики пустые,Обломки солнца золотые —Объедки херувимской пищи.

76. Медведь

Я хозяйка себе(А не плоть, а не персть),Вот вскопала себяИ посеяла шерсть.Вся от глаз до пятМехом порослаГустым и мокро-волосатым,В каждой волосинке — ость.Дай мне знак!О, теперь я заставлю Тебя!Медведь!Страшный гость.Вот я небом мчусь,Реву, ищу.Глазки медные смотрят внимательно.О, теперь я найду. Я дождусьОт Тебя — хоть рогатины.

77. Кормление птиц

С тарелки блеклой оловяннойЯ птиц кормила за оградойВ сосновом преющем лесу.Печаль! — о, вдругМеня печаль пронзила,Когда тарелку подносилаК несытым тяжким небесам,Как будто край этой тарелки,Полуобломанной и мелкой,Вонзился в грудь мнеИ разрезал,И обнажилМою оставленность Тобою —Всю, всю.(А пятки пели и стучалиИ тихо землю колотили —Вот на тебе! Вот на тебе!).О Боже, я тебе служуКоторый век, который лик.Кричу, шепчу — не отзвалсяНа писк, на шепот и на крик.О, на кого меня оставил?Мне холодно! Я зябну! Стыну!На красноглазой злой земле —Зиянье я, провал, пустыня.А пятки землю отшвырнули,И полетела к облакамЯ вдруг с тарелкою протянутой,С кусочком черствым кулича.Мелькнула птицею в пруду —Щетина леса, ноготь крыши, —Чрез облака и дальше, выше,Куда-то к Божьему гнезду.

78. Скит

Куда вы, сестры, тащите меня?Да еще за руки и за ноги?Ну пусть я напилась… была пьяна…Пустите! Слышите! О Боже, помоги!Но раскачали и швырнули в ров,Калитка взвизгнула и заперлась,И тихо все. Я слизывала кровьС ладони и скулила. ГрязьСо мной стонала. Пузырилась ночь, спекаясь.Шуршали травы.Лежала я, в корягу превращаясь.Господь мой Бог совсем меня оставил.Мхом покрываясь, куталась в лопух.Вдруг слышу я шаги, звериный дух,И хриплый голос рядом говорит:«Раз выгнали, пойдем поставим скит».«Ох, это ты! Ты, огненный, родной!Меня не бросил ты, хмельную дуру!»Мы в глухомань ушли, где бьется ключ,Лев лес валил и точас его шкурил.Мы за три дня избенку возвелиИ церковь, полый крест — как мне приснилось, —В мой рост и для меня, чтоб я вошла,Раскинув руки, в ней молилась.Пока работали, к нам приходил медведь —Простой медведь, таинственный, как сонмыНочных светил, —И меду мутного на землю положил.Он робкий был и так глядел — спросонья.Лев мне принес иконы, свечек, соли,Поцеловались на прощанье мы.Он мне сказал: «Коль будет Божья воля,Я ворочусь среди зимы».Встаю я с солнцем и водицу пью,И с птицами пою Франциску, Деве,И в темный полый Крест встаю,Как ворот, запахнувши двери.Текут века — я их забылаИ проросла травой-осокой,Живой и вставшею могилойЛечу пред Богом одиноко.

Примечания

1

Хьюмби — от human being — человеческое существо (англ.).