Юрий Влодов - Люди и боги

Что до отношения к Иуде, то Иуду Влодов жалеет, сочувствует ему, в первую очередь как жертве, как мученику.

Спаситель на кресте. Иуда — на осине.Все муки на земле пред Господом равны.

Поэт считает, что Иуда пострадал гораздо больше Христа. Исус всего лишь день промучился на кресте до своей земной смерти. А Иуда обречен на вечные муки, и не только на земле, где к нему после смерти прилепилось позорное клеймо «предатель», но и там, за пределами жизни, он обречен на вечные адские муки. Что может быть ужаснее? А так ли уж велико преступление Иуды по сравнению с его наказанием? Наказание явно неадекватно содеянному.

Не спится той осинеСредь шелеста и гуда,Все думает о сынеПо имени Иуда.Не он ли шел на муки,Глотнув святого чада,Божественной наукиПомеченное чадо?

Но Влодов в этом вопросе идет дальше. Он не только считает, что наказание Иуды чрезмерно, он даже высказывает предположение, что тот вообще ни в чем не виноват. И развивает эту мысль в двух направлениях. Во-первых, если даже Иуда и предал Христа, то есть сдал властям, то поступил правильно, так как Христос, по тогдашним законам Иудеи, — смутьян и безбожник, а Иуда как законопослушный гражданин сделал то, что должен был сделать любой на его месте: указать, где скрывается преступник. Он просто исполнил завет своего истинного Бога Яхве.

И топнул Яхве: «Встань! Очнись, плебей!Яви, Иуда, преданность сыновью! —И страшно крикнул: Выродка убей!Убей урода и упейся кровью!»

Таким образом, по законам древней Иудеи обвинять Иуду не в чем, он не только не совершил предательства, а наоборот, сделал богоугодное дело. А по другой версии, которую рассматривает Влодов, Иуда обязан был предать Христа, не мог он его не предать, потому что так было предопределено Богом. Развитие событий с предательством и казнью было предрешено, каждому в этой истории была отведена своя роль, и никто ничего не мог изменить. Иуда оказался всего лишь игрушкой в руках Высших Сил. Вот на что уговаривает его сам Христос:

Пусть для землян ты будешь тать,Пусть пострадает плоть,Но я молю тебя предать,Так повелел Господь!

В книге «Люди и боги» немало места отводится также образу евангельской блудницы Марии Магдалины. (Влодов называет ее просто Магдалиной). Конечно же, и в этом случае Влодов не стал трактовать образ Магдалины в традиционном русле, по Писанию, а в большом стихотворном цикле по-новому осмыслил роль этой женщины в библейской истории.