Чайка. Три сестры. Вишневый сад - Антон Павлович Чехов

щ и к. Я полнокровный, со мной уже два раза удар был, танцевать трудно, но, как говорится, попал в стаю, лай не лай, а хвостом виляй. Здоровье-то у меня лошадиное. Мой покойный родитель, шутник, царство небесное, насчет нашего происхождения говорил так, будто древний род наш Симеоновых-Пищиков происходит будто бы от той самой лошади, которую Калигула посадил в сенате... (Садится.) Но вот беда: денег нет! Голодная собака верует только в мясо... (Храпит и тотчас же просыпается.) Так и я... могу только про деньги...

Т р о ф и м о в. А у вас в фигуре в самом деле есть что-то лошадиное.

П и щ и к. Что ж... лошадь хороший зверь... Лошадь продать можно...

Слышно, как в соседней комнате играют на биллиарде. В зале под аркой показывается  В а р я.

Т р о ф и м о в (дразнит). Мадам Лопахина! Мадам Лопахина!..

В а р я (сердито). Облезлый барин!

Т р о ф и м о в. Да, я облезлый барин и горжусь этим!

В а р я (в горьком раздумье). Вот наняли музыкантов, а чем платить? (Уходит.)

Т р о ф и м о в (Пищику). Если бы энергия, которую вы в течение всей вашей жизни затратили на поиски денег для уплаты процентов, пошла у вас на что-нибудь другое, то, вероятно, в конце концов вы могли бы перевернуть землю.

П и щ и к. Ницше... философ... величайший, знаменитейший... громадного ума человек, говорит в своих сочинениях, будто фальшивые бумажки делать можно.

Т р о ф и м о в. А вы читали Ницше?

П и щ и к. Ну... Мне Дашенька говорила. А я теперь в таком положении, что хоть фальшивые бумажки делай... Послезавтра триста десять рублей платить... Сто тридцать уже достал... (Ощупывает карманы, встревоженно.) Деньги пропали! Потерял деньги! (Сквозь слезы.) Где деньги? (Радостно.) Вот они, за подкладкой... Даже в пот ударило...

Входят  Л ю б о в ь   А н д р е е в н а  и  Ш а р л о т т а  И в а н о в н а.

Л ю б о в ь  А н д р е е в н а (напевает лезгинку). Отчего так долго нет Леонида? Что он делает в городе? (Дуняше.) Дуняша, предложите музыкантам чаю...

Т р о ф и м о в. Торги не состоялись, по всей вероятности.

Л ю б о в ь  А н д р е е в н а. И музыканты пришли некстати, и бал мы затеяли некстати... Ну, ничего... (Садится и тихо напевает.)

Ш а р л о т т а (подает Пищику колоду карт). Вот вам колода карт, задумайте какую-нибудь одну карту.

П и щ и к. Задумал.

Ш а р л о т т а. Тасуйте теперь колоду. Очень хорошо. Дайте сюда, о мой милый господин Пищик. Ein, zwei, drei! Теперь поищите, она у вас в боковом кармане...

П и щ и к (достает из бокового кармана карту). Восьмерка пик, совершенно верно! (Удивляясь.) Вы подумайте!

Ш а р л о т т а (держит на ладони колоду карт, Трофимову). Говорите скорее, какая карта сверху?

Т р о ф и м о в. Что ж? Ну, дама пик.

Ш а р л о т т а. Есть! (Пищику.) Ну? Какая карта сверху?

П и щ и к. Туз червовый.

Ш а р л о т т а. Есть!.. (Бьет по ладони, колода карт исчезает.) А какая сегодня хорошая погода!

Ей отвечает таинственный женский голос, точно из-под пола: «О да, погода великолепная, сударыня».

Вы такой хороший мой идеал...

Голос: «Вы сударыня, мне тоже очень понравился».

Н а ч а л ь н и к  с т а н ц и и (аплодирует). Госпожа чревовещательница, браво!

П и щ и к (удивляясь). Вы подумайте! Очаровательнейшая Шарлотта Ивановна... я просто влюблен...

Ш а р л о т т а. Влюблен? (Пожав плечами.) Разве вы можете любить? Guter Mensch, aber schlechter Musikant[17].

Т р о ф и м о в (хлопает Пищика по плечу). Лошадь вы этакая...

Ш а р л о т т а. Прошу внимания, еще один фокус. (Берет со стула плед.) Вот очень хороший плед, я желаю продавать... (Встряхивает.) Не желает ли кто покупать?

П и щ и к (удивляясь). Вы подумайте!

Ш а р л о т т а. Ein, zwei, drei! (Быстро поднимает опущенный плед.)

За пледом стоит  А н я;  она делает реверанс, бежит к матери, обнимает ее и убегает назад в залу при общем восторге.

Л ю б о в ь  А н д р е е в н а (аплодирует). Браво, браво!..

Ш а р л о т т а. Теперь еще! Ein, zwei, drei!

Поднимает плед; за пледом стоит  В а р я  и кланяется.

П и щ и к (удивляясь). Вы подумайте!

Ш а р л о т т а. Конец! (Бросает плед на Пищика, делает реверанс и убегает в залу.)

П и щ и к (спешит за ней). Злодейка... какова? Какова? (Уходит.)

Л ю б о в ь  А н д р е е в н а. А Леонида все нет. Что он делает в городе, так долго, не понимаю! Ведь все уже кончено там, имение продано или торги не состоялись, зачем же так долго держать в неведении!

В а р я (стараясь ее утешить). Дядечка купил, я в этом уверена.

Т р о ф и м о в (насмешливо). Да.

В а р я. Бабушка прислала ему доверенность, чтобы он купил на ее имя с переводом долга. Это она для Ани. И я уверена, Бог поможет, дядечка купит.

Л ю б о в ь  А н д р е е в н а. Ярославская бабушка прислала пятнадцать тысяч, чтобы купить имение на ее имя, — нам она не верит, — а этих денег не хватило бы даже проценты заплатить. (Закрывает лицо руками.) Сегодня судьба моя решается, судьба...

Т р о ф и м о в (дразнит Варю). Мадам Лопахина!

В а р я (сердито). Вечный студент! Уже два раза увольняли из университета.

Л ю б о в ь  А н д р е е в н а. Что же ты