Комиссар и комбриг. Армейско-партизанские мемуары - Герасим Алексеевич Кирпич
У-2 тем временем опять закружил над деревней и, к нашей неописуемой радости, устлал крыши, улицы и поле листовками и газетами. Подбирать их бросились наперебой не только мы, но и местное население: наконец-то есть возможность получить точную информацию о положении на фронте, рассказать людям правду.
Тем временем наш маленький ночной «ангел» окончательно скрылся из виду, а мы, припрятав газеты и листовки, прихватив оружие, бросились в лесок к месту, где упал груз. Пошли густой цепью.
– Есть, вот он! – слышим вскоре голос старика Адама Станкевича.
В ящиках, их было два, оказались снаряды к 76-миллиметровой пушке. Почему сбросил их летчик, гадать не приходилось: такой подарок был для нас весьма кстати. Подарок с неба можно было чудесно использовать для диверсий на дорогах, для подрыва мостов. Да, мы мечтали и об артиллерии, о доставке и ремонте пушек, оставленных 100-й дивизией.
Люди в деревне спать не ложились, вслух читали газеты, не стесняясь, плакали женщины. Среди газет оказалась и «Правда» с известной сельчанам речью И. В. Сталина от 3 июля.
– Нет, братцы, не видать Гитлеру Москвы как своих ушей. Не рыться фашистской свинье в нашем огороде, – под одобрительный смех остальных жителей сказал один из стариков.
По домам люди разошлись с хорошим настроением, впервые за дни оккупации они узнали правду о войне.
Для нас, готовившихся к партизанским действиям, вдвойне отрадно было прочитать в одном из номеров газеты призыв ЦК ВКП(б) о развертывании в тылу врага партизанской борьбы: все мы как бы заново убедились, что стоим на верном пути и пути назад нет.
Конечно, с нашей небольшой группой мы ещё не могли развернуть открытую боевую деятельность против врага. Решили пока практиковать эпизодические вылазки, уничтожение одиночных гитлеровцев и их холуев, отбивать подводы с награбленным у населения продовольствием, рвать линии связи.
(Иногда автор явно использует свои дневниковые записи, вероятно, цитируя те, что вёл в отряде.)
…Местная молодежная организация, организации других деревень действуют неплохо, поддержка населения ощутимая. Крестьяне саботируют хлебозаготовки, выводят из строя тракторы и молотилки. И хотя немцы присылали уже в некоторые деревни карательные отряды, запугивали и арестовывали людей, успеха их акции пока не имеют.
(Непросто, ох, непросто проходило «сколачивание» разрозненных групп в отряд. Авторитет у будущих партизан молодому офицеру Кирпичу приходилось завоёвывать и своё право на общее командование отстаивать. Осень 1941 года.)
Зарождение и организация 1-го отряда «Чекист»
Время от времени через связных из деревни Литовские поступали сведения, что тамошняя группа активно готовится к уходу в лес. Ребята запаслись у местных жителей зимней одеждой, достают из тайников оружие. Тревожило только то, что по-прежнему уклонялись от встречи бывшие командиры Григорий Иванов и Николай Дьяков: ещё один мой специальный приход в деревню оказался безрезультатным. Пришлось передать Маше Венидиктовой настоятельную просьбу разыскать товарищей и передать, чтобы через пару дней они обязательно явились в Рогожанку, в дом старика Лазаря Савельева. За ними придёт дед Савельев.
Явка состоялась, но на встречу пришёл один Григорий Иванов, как он доложил: «Гришка Семкин явился». Сказал, что специально они от нас не прятались, просто так получилось: ходили в деревню Озёры на встречу. Григорий оказался человеком правдивым, искренним, и первый ледок отчуждения стал быстро таять. Как сообщил мне Григорий, в деревне он оказался после того, как их часть, оборонявшая Могилев, попала в окружение. Ранее он участвовал в финской кампании, награжден медалью «За отвагу». Григорий тут же показал мне медаль: специально захватил с собой на встречу, понимая, что сразу на доверие рассчитывать не придется.
– А что Николай Дьяков, какие его планы, или решил отсидеться под крылышком у отца-старосты?
– Судя по всему, он собирается в отряд, просил передать, что полностью солидарен с нами, нужно уладить в семье, и он явится.
– Хорошо, Григорий, поедешь в деревню, передай нашим ребятам, чтобы шестого ноября вечером все собрались здесь в доме Софьи Дударевой: проведем собрание, посвященное 24-й годовщине Великого Октября, и организационно оформим отряд, присвоим ему имя.
– Вот отлично! А то, если бы вы знали, как надоело сидеть без дела.
– Еще бы мне не знать!
Необыкновенная история
У дома Дударевых народ собрался задолго до назначенного часа: пришли и молодежь, и старики. Явились все вызванные из окрестных деревень товарищи, сын Дударевой Софьи Михаил играл на гармошке, молодежь кружилась в танцах, было довольно весело. Хоть на минуту люди забыли, что находятся в тылу врага. В таком приподнятом настроении начали мы собрание, посвященное 24-й годовщине Великого Октября.
Коротко, как можно доступней, я рассказал крестьянам о революции 1917 года, особо остановился на наших сегодняшних задачах по борьбе с врагом. Видно было, что высказанные мной слова доходят до сердца людей, все слушали с огромным вниманием, одобрительно кивая головами. Подтвердило это впечатление и выступление старосты Морозова, который коротко рассказал об итогах сельхозработ, о хлебозаготовках, о том, сколько намолочено зерна и сколько из него «сдано фашистам». Когда Александр назвал эти цифры, по хате пошёл легкий гул: оказывается, фашистам не сдано ни одного центнера зерна, а десятки центнеров надежно припрятаны у верных людей в тайниках. Действительно, было чему удивляться крестьянам. В повседневной работе как-то незаметно, когда со склада увозят пару мешков с хлебом, а вот, поди ж ты, какой в итоге получился хороший результат.
Оживлённые и довольные собранием люди долго не хотели расходиться. Снова играла гармошка, снова кружились в танце пары. Но вот, наконец, распрощался последний человек, и в хате остались те, кто был вызван специально, ради чего и проводилось собрание. Слово пришлось держать мне:
– Нас, товарищи, немало. Отряд наш практически уже существует и ведёт работу. Но сегодня мы собрались здесь для того, чтобы оформить его организационно, определить командование и дать отряду имя.
– А зачем определять командование, разве вы не командир?
– Нет, я только командир разведывательной группы, организатор, а вы можете сейчас избрать любого другого командира.
– Нет, товарищи, – высказался Степан Коняшкин, – коль дядя Гриша дело начал, то ему и бразды правления в руки – нужно продолжать дело до логического конца. Согласны?
– Согласны, согласны, – загудел одобрительный рой голосов, и дружно взметнулись вверх руки.
– Раз так, большое спасибо, товарищи, за доверие, понадобится, жизнью своей его оправдаю. Теперь, уже на правах командира, предлагаю избрать моим заместителем Григория Семеновича Иванова. Он, как вы знаете, кадровый офицер и единственный
