Егерь. Черная Луна. Часть 2 - Николай Скиба
Но Вальнор не остановился. «Последний прыжок» требовал жертв, и чудовище, которым он стал, жаждало крови. Развернулся и метнулся к Драконоборцу.
Тадиус уже стоял позади Ивана, собирая багровую энергию в ладони для смертельного удара в спину.
Барут не думал. Мысль и действие слились воедино — как учил его Максим. Поджёг гранату и швырнул вниз, целясь в группу тварей рядом с Драконоборцем.
— ИВАН, ЛОЖИСЬ! — гаркнул он что есть силы, пролетая мимо.
Опытный боец услышал крик сквозь звон оружия и рёв умирающих. Инстинктивно рухнул плашмя, прижавшись к полу.
Взрыв озарил трибуны оранжевой вспышкой.
Ударная волна снесла двух тварей, которые теснили воина. Керамические осколки с визгом разлетелись во все стороны, срезая плоть как бритвы. Ещё троих последователей сбило с ног, они покатились по полу, истекая кровью из множественных ран.
Звон в ушах. Запах пороха и жжёной плоти.
Вальнор достиг Тадиуса как раз в тот момент, когда старик пытался прийти в себя после взрыва. Когти прошили плоть друида насквозь, входя под рёбра и выходя между лопаток. Кости хрустнули. Кровь брызнула горячим фонтаном, забрызгав серебристую шерсть оборотня.
— АААААААААА! — завыл Тадиус нечеловеческим голосом и тут же ответил ударом.
Волна чистой багровой энергии в упор, в грудь. Воздух раскалился.
Вальнора подняло и отшвырнуло через полтрибуны — трёхметровое тело врезалось в каменную кладку.
Торговец уже держал в руке ещё одну гранату. Внизу к Драконоборцу, который только поднимался, подбирались новые враги.
— Неси меня ниже, — хрипло приказал грифону Барут, удерживая тело Ники.
Огненная птица расправила крылья и спикировала, рассекая дымный воздух. Горячий ветер хлестал Барута по лицу. Он прицелился и швырнул гранату прямо в гущу врагов, окруживших Ивана.
— ЛОЖИИИИИИСЬ!
БАБАХ!
Второй взрыв прогремел ещё громче первого. Ещё четверых снесло ударной волной. Осколки и едкий дым дали Драконоборцу передышку подняться на ноги и схватить оброненное копьё.
Барут посмотрел вниз и его дыхание перехватило.
Оголённая Лана стояла рядом с отцом на коленях. Слёзы текли по её лицу, смывая пыль и кровь.
И Тадиус, зажимая рваную рану в груди, медленно шёл к ним.
Огромное тело Вальнора сползло вниз по камням. Он уменьшался на глазах — «Последний прыжок» закончился, сжигая остатки жизни.
* * *
Моё сознание уже не просто тонуло — оно захлёбывалось в первобытном кровавом океане.
Сквозь багровый туман и слепящую агонию ломающегося черепа, я уловил звук. Надрывный, полный обжигающей боли и отчаяния женский крик.
В нос ударил запах черной шерсти, страха и свежей пролитой крови. Самка пантеры. Запах стаи.
Лана.
Это человеческое слово на секунду всплыло в кипящем мозгу и тут же растаяло, безвозвратно смытое кислотой звериных инстинктов.
Там, впереди, умирал старый седой хищник с запахом серебра. А рядом с ним густо смердело гнилью и отвратительной магией.
Дикий импульс ударил по оголенным нервам: броситься туда. Разорвать глотку. Выпустить кишки тому, кто посмел пустить кровь на моей территории. Неважно кто это!
Мышцы сжались для смертоносного рывка. Я рванулся вперед, чтобы сожрать врага. Всех, кто там находится.
ХРУСТ.
Меня с размаху впечатало в раскаленный песок арены с такой силой, что из легких выбило весь воздух.
Тело обмякло под ударом невидимой монолитной плиты. Я попытался поднять искаженную морду, остервенело клацая зубами и разбрызгивая по камням густую желтую пену, но чудовищная тяжесть вдавила меня обратно в грязь.
Скосив налитый кровью глаз, я выхватил из пыльного марева фигуры.
В пяти метрах от меня, хрипя и взрывая каменную крошку толстыми когтями, стоял массивный таежный зверь. Он вдавил передние лапы в землю так глубоко, что из-под когтей сочилась кровь. Это от него исходила сдерживающая меня волна гравитации.
Тьма-тьма-тьмаааааааа!
Вокруг метался полупрозрачный силуэт, сотканный из ураганного ветра. Крупная рысь нарезала круги с немыслимой скоростью, стягивая вокруг моего распластанного тела кольцо из режущих воздушных потоков. Она возводила непреодолимую стену шторма.
А прямо перед моей мордой, загораживая обзор, выросла огромная полосатая кошка. Запах смертельного нейротоксина и закипающей ярости. Она хищно оскалилась, глядя мне прямо в сузившиеся зрачки, и издала низкий, вибрирующий в груди рык. Предупреждение.
Белоснежный комок сидел на тигрице и пищал от отчаяния. Да, тварь! Страшно? ТАК ПИЩИ! ПРОДОЛЖАЙ ПИЩАТЬ!
Рядом стоял огненный двухвостый зверь. Стоял… И скулил.
Они все пахли… моим. Но сейчас их клыки были обращены ко мне.
Остатками гаснущего ума я осознал то, что уже приняли их чистые инстинкты — я перестал различать своих и чужих.
Дай они мне вырваться из этого капкана — и я бы в слепом бешенстве разорвал на куски и самку пантеры, и того человечишку с палкой, и вообще всё живое. Стая сделала единственное, чему я сам их учил: жестко, прагматично и без колебаний изолировала опасность. Они заперли взбесившегося Вожака в клетку.
— РРРРРРААААААА! ВСЕХ… сожрать… — Сдавленный гравитационным прессом, захлебываясь собственным клокочущим рыком, я мог лишь смотреть, как из старого вонючего оборотня со свистом уходит жизнь.
— Наконец-то что-то могущественное, — Тадиус медленно поднял голову. На губах заиграла довольная улыбка.
Он протянул руку — пальцы разжались.
Струйки пара поднимались от тела мёртвого оборотня. Пятьсот лет накопленной силы древнего хищника. Вся мощь теперь текла в руки его убийцы.
— Спасибо, — прошептал Тадиус. Голос звучал с наслаждением человека, который пьёт хорошее вино. — Наконец-то я могу быть собой.
В этот момент тело старика начало меняться.
Позвоночник с хрустом удлинялся. Спина выгибалась дугой, становясь всё круче, пока Тадиус не припал на четвереньки. Из лопаток с мокрым звуком прорывались костяные отростки — будущие крылья.
Пять метров… Он рос. Семь метров. Девять метров.
Голова вытягивалась вперёд. Человеческие зубы выпадали, уступая место рядам клыков из чёрной кости. Глаза провалились в глубокие глазницы и вспыхнули — два адских окна, за которыми плескался чужой разум.
Крылья расправились. Костяные дуги, между которыми натянулась кожа цвета засохшей крови.
Дракон Крови.
Сайрак — Завоеватель в истинной форме.
Существо расправило крылья во всю ширь и подняло морду к небу. Челюсти разошлись, обнажив глотку, светящуюся изнутри багровым пламенем.
— Р-Р-Р-О-О-А-А-Р-Р! — Звук ударил как физическая сила. В стенах арены побежали новые трещины.
Драконоборец медленно поднял голову и посмотрел на исполинскую тварь, которая возвышалась над ним. Воин сжал копьё крепче.
— Твою мать, — сказал он тихо. — Не для этого мне прозвище давали…
В этот момент небо над ареной треснуло.
Одновременно с этим последние остатки человеческого разума покинули меня.
Воздух дрогнул, искривился — что-то падало сверху. Быстро, как камень с утёса.
БААААААААААААХ!!!
Метеор из чистого огня врезался в Дракона Крови.
— ГРАААААААААХ! — крылатый тигр,
