Из золота в свинец 2 - Сергей Витальевич Карелин
— Расстраиваешься, что никак не спасу тебя, как Хлебникову? — поддел ее, счищая о траву грязь с ботинок. — Или давно не делала мне искусственное дыхание?
Алиса задохнулась от возмущения, а Григорий чуть не подавился горячим чаем.
— Поехали, — смеясь сказал им. — Бойлерова барон потом доставит домой без нас.
— Точно? — прищурилась рыжая.
— Я могу показать направление, где их искать. Ты пока сходишь спросишь, а мы поедем обратно. Идет?
— Да ну тебя… — буркнула девушка и забралась в машину.
Скоро мы все втроем покинули гостеприимное баронство Капустина, все глубже заезжая в захолустный лес. По пути, конечно, забрали нашу лабораторию из усадьбы. С пробами и всем таким.
Пока ехали, вкратце пересказал Алисе события вчерашней ночи и сегодняшнего утра. Хотя большую часть картины она и сама уже восстановила в своем воображении. Прослезилась на истории о мертвой кошке и ее котятах. Григорий тоже проявил живейший интерес к истории. Пытался выяснить, жук, не нашел ли я чего ценного в том лесу. Пришлось после очередного вопроса его малость осадить.
— Что это, Григорий? — высунул я голову между сиденьями и заглянул ему в глаза.
— А? Где? — оглянулся он на меня, потом посмотрелся в зеркало заднего вида. — Ничего не вижу…
— Морщины, Пантелеев. Я вижу у тебя новые морщины. Чем больше узнаешь, тем быстрее стареешь.
— Тьфу! Ладно… — ругнулся он и замолчал.
Я пока еще не знал, что делать с котенком, чтобы планировать что-то. Григорий же в мыслях уже прибыль подсчитывал.
А котенок этот очень важен. Я чувствовал это. И когда посмотрел зрением алхимика на сумку, лежащую на коленях, лишь убедился в этом. Нить, которую я нашел на опушке, тянулась за больным зверем.
Сунул руку в сумку и нащупал тонкий хребет под мягкой шерсткой. Котенок все еще спал.
Остаток пути проделали в молчании. К городу подъехали уже на исходе светового дня. Да и рабочего тоже. Заехали в здание и на пару с Григорием перетаскали все оборудование назад в лабораторию. Все это время я тщательно прислушивался, не раздасться ли в сумке пищание. Но пока мне везло.
Распрощались с Григорием и остались с Алисой вдвоем в лаборатории. Сложили пробы в холодильник. Уже завтра часть из них уйдет наверх и в другие лаборатории, где их будут изучать. Может, даже отправят в головной филиал в Москву. Можно было бы и сегодня заняться этим, но часы показывали почти шесть вечера. Мало кто остался в этом здании, кроме нас с Алисой.
— Ну и поездочка… — рухнула она на свой стул и откинула голову назад, рассыпав по рабочему месту рыжие волосы. — Хочу в душ, чтобы все эти деревенские запахи с себя смыть. Кажется, что до сих пор коровами пахну.
Я решил не говорить ей, что именно так пахнет. Она и сама догадывалась. Приблизила нос к подмышке и поморщилась от запаха.
В это время делал последние записи в журнале лаборатории и видел ее краем глаза. Сколько проб привезли, во сколько и в какую температуру поставили. Кожаный несессер стоял рядом. И именно в этот момент из него раздался тонкий и сонный мяв.
— Что это? — удивилась Алиса.
Внимательно посмотрел на нее, лихорадочно думая, как выпутаться. Но усталый мозг соображать уже не хотел. И без того в голове крутилось множество мыслей. Поэтому я не нашел ничего лучше, как сказать правду.
— У меня в сумке зараженный котенок, которого я нашел в лесу барона и усыпил, чтобы привезти сюда и обследовать.
Селезнева несколько мгновений смотрела на меня своими пронзительно-синими глазами. Затем недовольно их закатила и саркастично произнесла:
— Очень смешно, Макс. Мог бы просто сказать, что поставил новый дурацкий рингтон на телефон.
— Да, мог бы, — согласился я, накрывая лежащий рядом мобильный рукавом. Лишь бы он не зазвонил сейчас.
И вообще… У них что, можно мелодию менять? Забавно, но… зачем? И зачем ставить на звонок мяуканье больных котят?..
— Ладно, — поднялась Алиса со стула и накинула ремень своей сумочки на плечо. — Я пошла домой. Если завтра утром не приду, знай, что я застряла в стиральной машинке при попытке выстирать себя вместе с одеждой.
Она пошла к выходу, но на середине вдруг замерла на месте, обернулась и, прищурившись, произнесла:
— Нет, Исаев, не нужно приходить и спасать меня, как в фильмах. Я сама как-нибудь.
— Что? В каких фильмах?
— Так… — судорожно вздохнула девушка. — Ни в каких, ясно? Ни в каких! И вообще, ты ничего не слышал!
Покраснев до корней волос под моим непонимающим взглядом, Алиса резко развернулась и вышла из кабинета.
А я так и не понял, о каких фильмах речь. Что вообще сейчас произошло? В них девушки застревают в стиральных машинках? Звучит, как фильм ужасов.
Ладно, главное, что я остался один. Как раз из сумки снова раздалось жалобное пищание. Я открыл ее прямо на столе и заглянул внутрь. На дне котенок пытался встать и поднять голову, но она была слишком тяжела, а он слишком слаб. Приподнял, снова уронил и пронзительно мявкнул. Затем чихнул. Розовая роса выпала на тертый рог гриборога, начала его превращать, но тут же замерла. Серый порошок в месте чиха превратился в розоватый бисер. Способ защиты от Fungus calcipetalus работал отлично. По крайней мере, пока.
Осторожно вытащил котенка на ладони.
— Черт…
Болезнь распространялась. Во сне его организм сопротивлялся хуже. К тому же голод явно не способствовал восстановлению его сил.
— Ладно, пойдем, купим тебе еды по пути домой и займемся тобой вплотную, — сказал я, погладил котенка, немного его успокоив, и сунул обратно в сумку.
Уже через час я был дома, а руку оттягивал пакет с покупками из магазина и ветеринарной аптеки. Романа еще не было — видимо, на смене.
Первым делом занялся кормлением. Котенка, а не себя. Хотя я тоже жутко хотел есть, но сперва он. Надо бы, кстати, ему имя придумать, но… Как ни странно, я легко придумывал названия для новых растений, ингредиентов, видов животных или мутантов, а вот кличку… Это было тяжело. Все казались какими-то несуразными. Да и не заводил я питомцев никогда. Сейчас вот надо было животину сперва накормить, чтобы не померла от голода у меня прямо на столе. А потом уже обследовать.
Вытащил пищащего котенка на стол и тут же обсыпал порошком гриборога. В смысле, вокруг него, а не его самого засыпал. К несчастью, это не поможет его вылечить. Усадил его в центре круга из порошка
