Во имя рода - Андрей Коткин
На этом наш разговор и закончился. Время уже поджимало, мы с ней, приняв максимально независимый вид, по одиночке поспешили в класс, для разнообразия не в свой. Уроки полноценной алхимии, а не зельеварение, как раньше, должны были проводиться в специально оборудованной для этого лаборатории.
В сущности, так тот день и закончился. Первое занятие по новому предмету не впечатлило: урок у нас получился, что называется, для ознакомления. Техника безопасности, правила поведения в помещении с потенциально опасными веществами, просто знакомство нас с преподавателем, а его с нами, съели львиную долю отведенного времени. Простенький «холодный супчик», состоящий из выданной нам основы и всего трех ингредиентов сумели накрошить буквально все одноклассники. А вот равномерно напитать его маной, сдобренной волевым посылом на получение конкретного результата, получилось отнюдь не у многих. Алхимия, даже в низшем ее проявлении, зельеварении, — она такая, требует таланта пополам с самой обычной скрупулезностью. В принципе, у меня получилось получше, чем у подавляющего большинства, не считая, конечно Вязниковой, но струн моей души это действо не затронуло. Ритуалы мне по-прежнему импонировали гораздо больше.
Следующие две недели для меня выдались довольно таки хлопотными. В первую очередь истек срок моего притирания с ментальным духом. Думал уж никогда этот момент не случится. Но нет, проснувшись в одно поистине прекрасное утро я вдруг, как и обещала моя бабушка, совершенно отчетливо понял, что все, мелкий дух, изо дня в день буквально выжирающий у меня ману, ощущается частью меня. Потому просто пожелал: лети, голубь сизокрылый, обратно к себе, на свой план. И с огромным чувством облегчения ощутил, что ежесекундный отток моей маны вдруг резко прекратился.
…Вместе с тем, осознание, что этот паразит по-прежнему где-то неподалеку и может быть призван буквально за пару мгновений никуда не делось. Сложная это штука, становление полноценным шаманом.
И таки, возвращаясь к вопросу о духах. Избавившись от близости одного из них, я был вынужден немедленно заняться другим. Да-да, тем самым, водяным, Первым. Дело в том, что в день достопамятного дорожного боестолкновения неподалеку от башни Хабаровых, моя бабушка, как только чуточку оклемалась от поражения магическим ударом прибитого мной мага-разбойника, немедленно поинтересовалась, отчего в схватке не участвовал мой контрактный дух? И очень удивилась, когда я сообщил ей, что не знаю, каким образом мне это участие обеспечить.
Много я от нее в тот вечер бранных слов услышал по поводу своей и моей безалаберности. Все же, когда немного успокоилась, просто привела пример с ее собственными духами: у нее оказалось привязано три стихийных духа, примерно равных по силам моему собственному: огненный и два воздушных. И всех трех она смогла в завязавшемся бою очень быстро натравить на противников: огненный одномоментно поджег на одном из врагов одежду, волосы, просто опалил пламенем глаза и органы дыхания; воздушные тоже справились со своими противниками, в одночасье лишив их этого самого воздуха.
— Как думаешь, внучок, каким образом мог бы воздействовать на этих злыдней дух воды? — Поинтересовалась она у меня.
Естественно, что ответ с созданием вокруг лица одного из врагов толстой водяной пленки в данной ситуации просто-таки напрашивался сам собой. Однако и воплощение этой замечательной идеи нуждалось в обучении контрактного духа и моих последующих с ним тренировках. А те, в свою очередь, еще нуждались в подкреплении изрядной порцией маны с моей стороны. Потому, ничего удивительного, что до воплощения столь многообещающей идеи я дошел только сейчас.
Хех, в очередной раз подумал, что все в мире очень относительно. К примеру, холодный осенний дождик, сыплющийся с небес с утра и до самого вечера, — плохой стимул для моих прогулок и просто-таки замечательный для обучения моего духа. Реально, даже в таких мерзопакостных условиях, самую чуточку, но меня утешило, что при изобилии сыплющейся с небес воды, количество маны, требующейся для тренировок с духом, выходило заметно ниже, чем для тех же самых тренировок, проводимых при ясной погоде. Так или иначе, однако, требуемый навык у нас с Первым постепенно вырабатывался.…Только не подумайте, что мы с ним нападали на кого-то из школьников. Для отработки данного навыка вполне хватало и лиц каменных статуй и бюстов, густо расставленных на перекрестках дорожек нашего гимназического городка.
О том, что случилось что-то неприятное, я узнал из выражения лица Андрюхи Скворцова, возвратившегося в нашу комнату после закончившихся уроков. Очень уж он был насуплен.
— Выглядишь так, словно любимую тетю похоронил, — прокомментировал я увиденное.
— Альянс Джугадзе-Хабаровых объявил ультиматум союзу производственных родов, в который также входит и род князей Безуховых, — схода огорошил меня Андрюха своим невероятным известием. — Мы должны в течение суток выдать организатора убийства Сергея Хабарова, главного химеролога альянса.
Так, Хабаровых знаю, серьезный клан, не из самых-самых могучих, конечно, но недалеко. А что это за Джугадзе? Вроде, эту фамилию я уже слышал, но внимание на ней не заострял. Если тоже, на уровне Хабаровых, тогда у союза родов, в котором состоят Безуховы, могут быть большие проблемы.
— Джугадзе — клан чисто боевых магов. Они в нашу губернию лет пятнадцать, как со своего Кавказа перебрались. Говорят, сбежали от кровников. Очень сильные бойцы, но немного их. — Просветил меня мой сосед по комнате в ответ на мой заданный вопрос.
— А что будет, если не выдадите? И, кстати, а вы действительно его убили? — Продолжил я свои расспросы. Вот было у меня предчувствие, что меня этот намечающийся конфликт так или иначе коснется.
— Мы или не мы — про это сейчас никто не скажет, факт в том, что наемники, напавшие на его кортеж, их, кстати, тоже потом убил кто-то неизвестный, довольно часто получали задания от родов Изместьевых и Вязниковых. Но и даже если бы мы и знали этого заказчика точно, и он был из нашего союза, то и тогда никого бы не выдали. Предательство союзника, с которым заключен магический договор, в принципе, самое последнее дело, на которое только может пойти магический род. А потому, можно считать, что у нас с завтрашнего утра уже начинается война. И никто не знает, останемся ли мы, со всем нашим родом, хотя бы через год вообще в живых.
— Погоди, какая еще к бесам война? На Хабаровых с этими… Джугадзе что, уже законы империи не распространяются? Вроде, если мне память не изменяет, уже сто пятьдесят лет, со времен указа Алексея Благочестивого, все клановые войны внутри страны строго
